Утро первого января было пасмурным. Тамара, кутаясь в тёплую шаль, стояла в коридоре у окна, возле их с Владимиром гостевой комнаты и смотрела, как крупные хлопья снега, кружась, тихо падали с неба и укрывали собой вчерашнего Сашкиного ангела.
Глава 151
«Второй день только, а хочется уже собрать сумки и рвануть отсюда домой…, - Тамаре было совсем неуютно в этом громадном особняке. – Эх, сейчас бы дома кофе сварила себе…, а тут, жди, когда все изволят проснуться…, жди, когда завтрак подадут..., -
думала она. – А может, сходить на кухню и сварить? – мелькнула у неё мысль. – Нет, неудобно. Валентина спит, наверное, ещё. Вчера они тоже на своей половине Новый год встречали. Шуму было не меньше, чем у нас.. Аркадий, ходил к ним, поздравлял…, - вспомнила Тамара, как он сказал ей «Меня не теряйте, схожу, прислугу поздравлю…». – Придётся ждать…», - вздохнула она.
- Тамара, доброе утро! - остановившись возле неё, сказала Екатерина. Она шла в комнату Марка. Хотела проверить, спят ли сыновья.
- И вам, Кать, доброго утра, - улыбнулась Тамара.
- Не спится?
- Привычка. Я рано встаю…, - пожала плечами Тамара.
- А Лариса Васильевна? – поинтересовалась Екатерина.
- После выхода на пенсию, позволяет себе утром поспать…
- Ну, да. Свекровь. Наша вообще выходила из своей комнаты ближе к обеду. Кофе в постель…, это принеси…, то подай. Мы с Аркашей первый год жили вместе с ними. Аркаша с Борисом Моисеевичем с утра на работу, а я дома. Вот и приходилось мне исполнять все её прихоти.
- А в выходные?
- А в выходные…, в выходные Борис Моисеевич обычно проводил с друзьями, а Аркадий крутился возле матери. Она его от себя не отпускала…, - вспоминала Екатерина.
- Он любил её? – спросила Тамара.
- У них странные были отношения. Она его постоянно хвалила, поощряла его стремление быть первым…, выглядеть лучше всех, культивировала в нём самовлюблённость. В общем, Аркадий у неё был всегда и везде прав. Даже когда у него появилась Инесса, он был прав, а я виновата. – Екатерина вздохнула. - Я не понимала ничего тогда. Поняла только сейчас. Они с Борисом придумали сценарий…, распределили роли, свои правила установили, и играли. Им было плевать на тех, кто не вписывался в их сценарий.
- М-да…, свекровь – не свекровь…, - усмехнулась Тамара. – Слава Богу, её уже нет.
- Да уж. Слава Богу! Том, а Владимир…, он как? Так и не помнит ничего? – спросила Екатерина. – Мне так неловко…, нашли, сделали из него Хаймана…
- Кать, если бы вы его не нашли…, я не знаю, что было бы с ним. И с нами, не знаю, что было бы. Спасибо вам огромное от всех нас. А на счёт помнит… У него сейчас новая жизнь. А мы…, мы вынуждены пока подстраиваться под неё. Его новая жизнь началась с чистого листа с того момента, как он вышел из комы. У него сейчас мозги работают иначе. Он знает больше нас с тобой. И не только знает…, он помнит всё, что видел…, что слышал…, что читал. Но то, что было в прошлом…, нет…, не помнит. Правда, иногда в его сознание врываются картинки прошлого, но очень редко. А так хочется, чтоб этих бандитов нашли и наказали…
Они ещё поговорили немного и разошлись. Тамара вернулась в комнату, а Екатерина направилась к своим сыновьям.
**** ****
Аркадий Борисович проснулся от сильной жажды. Хотелось пить. Он протянул руку, взял с тумбочки бутылку и, отвинтив крышку, с жадностью выпил половину воды прямо из горла.
- Ух, как хорошо…, - поставил он бутылку на прикроватную тумбочку и посмотрел на будильник. - Сколько? Сколько…, сколько? – округлились у него глаза. Так поздно он ещё не вставал. - Хотя, что я…, лег-то только в пять, - он откинулся на подушки и закрыл глаза. – Нет, всё-таки пора вставать, гостей полный особняк, а хозяин спит…, - Хайман откинул одеяло и сев в кровати, опустил ноги в пушистый тёплый ковёр. – Душ, завтрак, проверить почту, ответить на звонки, отправить поздравления…, - планировал он, по пути в душевую кабину. – Да, и посмотреть, что у меня в носке…, - вспомнил он о традиции, про которую говорила мать. А потом он вспомнил Андрюшку у камина и гуся под фольгой. – А гусь…, гусь был выше всех похвал…, и фрукты в гусином жире. Я такого ещё не ел. Да что я. Из того, что они привезли и приготовили, всё было вкусным… Валентине надо сказать, чтоб рецепты записала, и готовила хоть иногда…
**** ****
После завтрака, который без натяга можно было считать обедом, жёны уехали по домам. В особняке из гостей остались только Самойловы. Лариса Васильевна попросила Аркадия показать ей его детские фотографии.
- Мам, зачем? Ты расстроишься…, давай со школьных начнём, - предложил он.
- Ну, давай, - согласилась она.
Аркадий принёс фотоальбом. Тамара и Владимир присоединились к ним. Они сидели за столом. Лариса Васильевна медленно переворачивала картонные страницы альбома, вглядываясь в лицо сына на каждой фотографии. Остальные лица её не интересовали. А Аркадий рассказывал про всех.
- Постой, а это кто?- Ткнул пальцем в лицо мужчины Владимир.
- Этот?
- Да.
- Это родной брат Клары Семёновны. А это его сыновья, - показал пальцем Аркадий на двух черноглазых мальчишек. А почему ты спросил? – посмотрел он на Владимира.
- Где-то я видел его, но не помню где, - ответил Владимир.
- Ты не мог его видеть нигде. Он умер давно. Сердечный приступ.
- Сердечный приступ?
- Да, на работе случился, мне так Клара Семёновна сказала, - ответил Аркадий Борисович.
- А мальчишки? – спросила Тамара.
- Понятия не имею, что с ними стало. Я был в Лондоне…, учился. Знаю только, что Карл Семёнович работал вместе с Борисом Моисеевичем. Они что-то строили. Карл Семёнович под залог своего особняка взял большой кредит. Умер. Кредит не погасили. В общем, банк забрал у них особняк. Что было дальше, я не знаю.
- А фамилия его?
- Данилович.
- Данилович…, - повторил Владимир и отвернулся к окну.
Тамара и Лариса Васильевна замерли.
- Что происходит? – тихо произнёс Хайман, прикоснувшись к Тамариной руке. Тамара приложила палец к своим губам, требуя тишины.
- Данилович, - повторил Владимир ещё раз, и левой рукой взъерошил свою густую шевелюру. - Ну, какой же сволочью был Моисеич. Пойдём Аркаш, я тебе покажу…, - встал он из-за стола.
Братья ушли.
- Интересно, как звали племянников Клары. Она им помогала? Они же ей ближе, чем Аркаша. По крови…, ближе, - рассуждала Лариса Васильевна.
**** ****
- У Моисеича тут архив, что ли? Вместо закладок документы, - Владимир вытащил из шкафа книгу и, взяв за корки, потряс её.
На пол упали сразу три сложенных вчетверо листа. Аркадий нагнулся, поднял их, развернул и пробежался глазами.
- Оаа, а мне сказал, что они в Израиль уехали. Сказал, что полностью выплатил им долю, - Аркадий ещё раз перечитал текст, задержавшись на датах. – С этими надо как-то разобраться…, - двигая скулами, произнёс он.
- И как будешь разбираться? Они же прямым текстом угрожают, клянутся…, клянутся уничтожить и его, и тебя. Обрати внимание, тётку трогать не будут…, - сказал Владимир.
- Ладно, разберёмся и с ними, - махнул рукой Аркадий.