Введение. Марсианин в меховой шапке.
Представьте, что вы марсианин. Вы прилетаете на Землю. Вам показывают датскую сказку. В ней:
— мальчику попадает в глаз осколок дьявольского зеркала,
— после этого он становится холодным и уезжает с женщиной в снегоходе,
— девочка идет его спасать,
— по пути грабители, говорящие олени, северное сияние, Маленькая Разбойница и бабушка, которая весь первый акт вяжет чулок и ничего не замечает.
Вы смотрите на это и задаете единственный нормальный вопрос:
Почему никто не спросил Кая: «Ты вообще хотел, чтобы тебя спасали?»
Но в сказках Андерсена этот вопрос не задают. Потому что в сказках Андерсена спасение — это обязанность, а не выбор.
И здесь мы начинаем главное расследование.
Глава 1. Осколок. Или как попасть в глаз и не заметить.
Тролль разбивает зеркало. Осколки летят по свету. Одному человеку — в глаз, другому — в сердце.
Кай получает оба.
Марсианин:
— Минуточку. Если осколок в глазу искажает реальность, а осколок в сердце превращает его в кусок льда — то Кай перестает быть Каем. Он становится носителем симптома. Почему мы считаем, что спасать нужно именно «старого» Кая? Может быть, этот — новая версия? Может быть, ему так удобнее?
Андерсен не дает ответа. Потому что ответ страшный.
Кай не хочет возвращаться.
Он сидит в чертогах Снежной королевы, складывает слово «ВЕЧНОСТЬ» из льдинок. У него нет боли. Нет тревоги. Нет Герды, которая лезет с своей любовью. Есть только холод, порядок и абсолютная тишина.
Это называется диссоциация.
В психологии это состояние, когда психика не справляется с болью и просто... выключает чувства. Кай не стал злым. Он стал мертвым. И ему там, внутри льда, впервые за долгое время — спокойно.
Герда приходит и говорит:
«Очнись, ты должен страдать, как раньше!»
И он очнется.
Потому что в сказках Андерсена страдать — это правильно.
Глава 2. Герда. Спасатель третьей степени с сертификатом вечности.
Берн выделял три степени сценариев.
Первая — легкая: «Я помогу тебе с отчетом».
Вторая — средняя: «Я задержусь с тобой на работе до утра».
Третья — клиническая:
«Я пройду полсвета босиком, отдам башмаки реке, лишусь кареты, попаду к разбойникам, замерзну в тундре, но вытащу тебя из ледяного замка, даже если ты сам туда уехал на добровольных началах».
У Герды — третья степень.
У нее нет вопроса: «А хочешь ли ты?»
У нее есть миссия. Она рождена, чтобы причинять ДОБРО.
Знаки на пути
Берн сказал бы: обратите внимание на тех, кого Герда встречает в пути. Это не случайные люди. Это этапы превращения. Это инициации. Вспоминается "Одиссея".
Река. Герда бросает в неё красные башмачки — самое дорогое. Река возвращает их. Жертва не работает. Нельзя откупиться от судьбы. Первая инициация: любовь не покупается.
Принцесса. Она даёт тепло, еду, карету. Говорит: останься. Это соблазн Калипсо — вечный покой ценой цели. Герда не остаётся. Вторая: комфорт не важнее правды.
Разбойница. Дикая, с ножом, в клетках со зверями. Она — тень Герды, её подавленная сила. Разбойница отпускает её, потому что узнаёт в ней себя. Третья: договориться со своим гневом.
Лапландка. Просто кормит, поит, даёт кров. Ничего не просит взамен. Четвёртая: уметь принимать помощь без торга.
Финка. Олень просит дать Герде силу двенадцати богатырей. Финка отвечает:
«Сильнее, чем она есть, я не могу её сделать. Сила — в её сердце».
Пятая: спасение не вовне. Она сама — то, что искала.
Герда приходит к Каю не той девочкой, которая вышла из дома. Она прошла инициацию. Как Одиссей, который вернулся в Итаку, пройдя огонь, воду и медные трубы. Путь изменил обоих.
Глава 3. Снежная королева. Идеальная функция с нулевой эмпатией.
В отличие от ведьмы из «Русалочки», Снежная королева вообще не вступает в переговоры.
Она не злодейка.
Она — стихия.
Она не ненавидит Кая. Она его забирает, потому что он — красивый, умный, замерзший мальчик. Ей не нужна его душа. Ей нужна его способность складывать льдинки. Он для нее — сотрудник.
Марсианин:
— Скажите, а что плохого сделала Снежная королева? Она дала Каю крышу над головой, стабильную работу, никаких эмоциональных качелей. Он не пил, не бил, не изменял. Просто сидел и складывал слово «ВЕЧНОСТЬ». Чем она хуже Герды, которая требует от него чувств, на которые он больше не способен?
Ответ Берна был бы жестким:
Снежная королева — это идеальный абьюзер.
Она не кричит. Она не бьет. Она просто создает среду, в которой чувства становятся лишними. У тебя отбирают боль — но вместе с болью отбирают способность любить.
Это самый опасный вид насилия. Тихий. Холодный. Вежливый.
Ты даже не замечаешь, как перестаешь быть собой.
Глава 4. Маленькая разбойница. Тень, которая вышла из подвала.
Она бьет свою мать, держит в клетке оленя, грозит Герде ножом. У нее нет манер, нет жалости, нет «женственности», которую так ценили в XIX веке.
Она — анти-Герда.
Герда ждет. Разбойница — берет.
Герда терпит. Разбойница — требует.
Герда отдает. Разбойница — забирает.
И при этом именно она — единственная, кто совершает бескорыстный поступок. Она отпускает оленя. Она отпускает Герду. Она говорит:
«Иди. Но если он тебя не полюбит — придешь ко мне».
Она не лезет с советами, не пытается быть доброй, не ждет благодарности. Просто дает свободу.
Юнг бы сказал: разбойница — это Тень Герды.
Тень — это всё, что хорошая девочка в себе подавила. Гнев, дикость, эгоизм, способность брать, а не только отдавать. Герда спрятала это так глубоко, что забыла о существовании этих качеств. А они живут своей жизнью — в клетке, с ножом, без манер, в ледяных горах.
Разбойница не стала бы терпеть то, что терпит Герда. Она не стала бы ждать, надеяться, жертвовать. Она просто пошла бы и взяла. Или забыла. Или нашла другого. И это - нормальная реакция здоровой психики.
Разница в одном.
Разбойница конгруэнтна. Смысл простой: что внутри, то и снаружи. У неё нет масок. Если она злится — она бьет. Если ей жалко — она кормит. Если она привязывается — она отпускает, потому что знает: удержать силой нельзя.
Герда не конгруэнтна. Она терпит, хотя внутри боль. Улыбается, хотя хочется кричать. Отдает, хотя уже пусто. Она играет роль «хорошей девочки» — и роль эта срослась с кожей так, что уже не отделить.
Почему у разбойницы есть будущее, а у Герды — под вопросом?
Разбойница встретила свою Тень. Она не прячет её, не стыдится, не пытается переделать. Она просто живёт с ней в мире. Поэтому она цельная.
Герде только предстоит встретиться со своей Тенью. Иначе она так и останется хорошей девочкой — удобной для всех, кроме себя. Удобной для Кая, для бабушки, для принцев и принцесс, для разбойников и оленей. Но где в этом списке она сама?
Андерсен, кажется, чувствовал это. Потому что в финале разбойнице ничего не нужно. Она не просит награды, не ждет благодарности, не требует места за столом. Она просто уходит в свои горы — цельная, дикая, свободная.
Берн бы сказал: у неё нет сценария. Поэтому у неё есть шанс.
Предполагаемые диагнозы Герды:
Созависимость (хроническая). Ей плохо — она лечит Кая. Ему холодно — она греет. Ему больно — она плачет. Вопрос: а где здесь она сама? А ее нет. Она растворилась в нём задолго до финала.
Симбиоз с братом (психологический). В психологии есть термин — «симбиотическая связь» Это когда двое дышат одним воздухом и думают, что это любовь. На самом деле это тюрьма с двумя камерами и одной стенкой. Они существуют как одно целое. Если Кая нет — Герда не дышит.
Разбойница — антисимбиоз. Она одна. И ей хорошо. Она конгруэнтна и самодостаточна. Ей не нужен партнер, чтобы стать цельной. Она уже цельная.
Потеря границ. Герда не чувствует, где кончается она и начинается он. Поэтому идёт босиком по снегу, отдаёт башмаки, мёрзнет, голодает. Ей кажется, что это нормально. Это не нормально.
Глава 5. Финал. Слезы, лед и вопрос, который мучает всех нас.
Кай не узнает Герду. Он сидит холодный, синий, равнодушный.
Герда плачет. Ее слезы падают ему на грудь, проникают в сердце, растапливают лед.
Кай плачет. Осколок выходит из глаза.
Он узнает ее.
Красиво. Романтично. И — неправда.
Почему Кай заплакал? Зеркальные нейроны и «эмоциональное заражение»
Это называется "эмоциональное заражение". И это — основа человеческой эмпатии. Мы устроены так, чтобы откликаться на боль другого. Даже если мы замерзли. Даже если забыли себя.
Но вот главный вопрос, который Андерсен обходит молчанием.
В реальной жизни этот фокус не работает.
Можно годами плакать перед человеком с ледяным сердцем. Можно разбиваться в лепешку, отдавать башмаки, терпеть разбойников, мерзнуть, голодать, надеяться.
А он будет сидеть и складывать слово «ВЕЧНОСТЬ». И не заплачет.
Почему?
Потому что у людей с нарциссическим расстройством личности — нарушена работа зеркальных нейронов. Они видят чужую боль, но не откликаются на нее. Их мозг не «отражает» эмоции. Они могут понимать интеллектуально: «она плачет». Но внутри — пустота.
Научные исследования подтверждают: при нарциссическом расстройстве снижена активность в зонах, отвечающих за эмпатию . Это не лечится.
А теперь — самое страшное.
В сказке Кай плачет. И это пробуждает его.
В реальности человек с ледяным сердцем просто скажет: «Не рыдай, достала уже».
И миллионы женщин остаются у разбитого корыта. Потому что им с детства внушили: если долго плакать, он оттает. Если достаточно любить, он изменится. Если быть хорошей, он очнется.
Не очнется.
Холодное сердце — это не временное помутнение. Это структура личности.
Что на самом деле случилось с Каем?
Это диссоциация.
В психологии диссоциация — это защитный механизм психики. Когда
происходит что-то невыносимое, сознание «отключается». Боль уходит.
Чувства замораживаются. Тело продолжает жить, но душа — нет.
Кай получил удар осколком. Не просто в глаз — в сердце. И психика сказала: «Всё, я ухожу. Дальше без меня».
В диссоциации есть своя правда. Там тихо. Там безопасно. Там никто не требует быть живым.
Герда ворвалась в этот ледяной храм и разрушила его. Она вернула Кая в
реальность — где больно, где страшно, где нужно чувствовать, где мать,
возможно, умерла, где прошли годы, которые не вернуть. Она сделала это из любви.
Юнг бы добавил бы:
Кай "заморозил" свою Аниму — женскую часть души, отвечающую за чувства. Герда — это его собственная живая душа.
Когда он плачет, он не просто оттаивает. Он встречается с собой.
Но встреча эта могла бы не состояться, если бы Герда не прошла свой путь. Ее инициация сделала возможной его инициацию.
ХЭППИ-ЭНД
Они вернулись домой. Бабушка на крыльце. Розы цветут. Кай и Герда — взрослые, счастливые.
А что дальше? Когда сказка заканчивается?
Берн ответил бы: «Сценарий Кая — "Заморозка". Он будет замерзать всю жизнь. Каждую зиму. Каждый раз, когда станет слишком больно. И однажды Герды рядом не окажется».
Как это в реальности:
Он не растает.
Кай станет тихим и чужим. Будет сидеть у окна и смотреть на снег. На вопросы отвечать: «Всё нормально».
Герда будет плакать по ночам. Думать: «Я плохо стараюсь. Надо больше любить. Сильнее греть».
Она будет все тащить на себе - дом, ребенка, быт, его молчание. Будет надеяться, что весной он оттает. Что если она будет достаточно хорошей — он вернется.
А он не вернется.
Герда не знает, что можно по-другому. Что любовь — это не замерзать и не оттаивать. Не заслуживать слезами. Не спасать того, кто не просил.