«Детская тема» в археологии стала всплывать относительно недавно.
В чём суть вопроса? Дети — не просто возрастная группа, но ещё и социальная. Кем их считают окружающие? До какого возраста человек считается ребёнком, когда превращается в подростка, а когда становится взрослым? Есть ли для древнего человека принципиальная разница между мальчиком и девочкой? Все эти вопросы далеко не праздные, когда общество устанавливает брачный возраст и возраст согласия, «нарезает» обязанности в семье или одевает девочек и мальчиков в платья до 4-7 лет. Думаете, это сейчас так развлекаются? Нет, в Европе с XVI до начала XX века. Для дописьменных народов единственные свидетели особенностей культуры - кладбища.
Для Ирландии, где археологическая культура на удивление молчалива, что-то узнать даже там исключительно сложно. Однако, для эпохи бронзы кое-что удалось прояснить, даже для тех времён, когда рутинным ритуалом стала кремация.
Детские захоронения по ритуалу кремации во время раскопок в Европе часто определяют по косвенным признакам. Например, игрушки сопровождали маленьких хозяев в загробный мир. Но у ирландцев не было посмертия в нашем смысле этого слова, и кукольная посуда и сами куклы мёртвому ребёнку не могли понадобиться. Покойника нужно было именно упокоить.
Пол похороненных сейчас определяется в большинстве случаев условно, а возраст — по размеру сохранившихся костных останков. Никаких биологических маркёров у кремированных, естественно, не сохранилось.
При всей простоте погребального обряда, на острове практиковали разные его варианты.
Например, в Уэксфорде кремированные останки 17 человек, детей и взрослых, просто рассыпали ровным слоем, вперемешку. В то же время в могильнике Килкроа в графстве Антрим нет ни одного ребёнка, пятеро взрослых и один подросток захоронены по отдельности.
Детей чаще хоронили в общих могилах (74% случаев), нежели взрослых (55% случаев).
В то же время и в ящиках-цистах детей старшего возраста больше, чем взрослых (72% против 59% - это если считать от общего количества обнаруженных останков). Одно время среди археологов бытовало мнение о том, что могилы в ящиках — статусные, в противоположность ямам — местом упокоения простых людей. Однако никаких признаков элитарного общества, стратифицированного, как в материковой Европе или Средиземноморье, в Ирландии нет. Скорее, речь шла о ритуальных практиках: в ящик было легче произвести подзахоронение или, напротив, что-то позаимствовать для изготовления амулетов.
Если о хронологии событий на кладбищах, то первыми, как правило, были захоронения взрослых мужчин в цистах, сначала — ингумация, потом — кремации. Далее появлялись как индивидуальные, так и братские могилы. Детей обычно хоронили отдельно от взрослых либо вместе с женщиной.
Трогательно, что в таких неглубоких ямах встречаются останки не только малышей «сознательного» возраста и подростков, но и младенцев, в том числе недоношенных или умерших в родах. Ребёнок, даже не проживший и дня, всё равно оставался родной кровью и членом общества, достойным погребения. В этом мы видим, какую сверхценностное значение придавалось родству уже в те отдалённые времена.
Общины дробились на расширенные семьи, и кладбища, судя по количеству «жильцов», действовали на протяжении жизни одной расширенной семьи. Родоначальник новой открывал свой собственный погост. Когда семья доживала отпущенное время, последний её член уходил в землю не сожжённым. Таким образом, ингумации чаще всего первые и всегда последняя.
В целом, далеко не на всех могильниках вообще есть детские захоронения, но на тех, где они сохранились, их порядка 30%, редко до 50%. По показателю детской смертности ирландцы бронзового века не отличались от своих современников в других регионах. Почему же на некоторых кладбищах похоронены только взрослые?
Дело в том, что могилы вообще были неглубокими, а детские — тем более. Кладбища эпохи бронзы в большинстве своём разрушены вспашкой, и сохранились с высокой степенью вероятности только захоронения взрослых или подростков, которых обычай заставлял считать пришедшими в возраст. Есть этнографическое наблюдение, что ирландцы, вплоть до XVII века хоронили малолетних детей (не прошедших конфирмацию) и младенцев на краю освящённой земли, не с совершеннолетними членами общества. Трудно сказать, насколько древен этот обычай и насколько правильно распространять на седую древность такие интерпретации (общественное устройство дальше железного века в описаниях не прослеживается). Но для эпохи бронзы это точно не так.
Захоронения ирландцев принято считать безынвентарными. Здесь нужно бы уточнить: инвентарь всё-таки был, но не такой, какой мы находим, например, у античных греков, славян, германцев и, тем более, скифов — не то, чем покойник мог бы пользоваться в загробном мире. Привычку снаряжать родственников на далёкий путь кубочники в Ирландии быстро растеряли — наборы золотых украшений и посуды, у мужчин — оружие закапывать перестали.
Дольше всего продержались керамические сосуды, какие-то — пищевые, какие-то — погребальные урны. Но уже тогда урны были не у всех, а к концу эпохи бронзы от них и вовсе отказались, предваряя всеобщее забвение керамики в железном веке. Что же до пищевых сосудов, они часто встречались в захоронениях в ранней бронзе, редко — в средней бронзе, а в поздней их совсем не стало. Лично у меня впечатление, что это — остатки тризны. Мы тоже не любим что-то нести домой с кладбища. Возможно, ирландцы бронзового века тоже считали горшки, в которых готовили еду для поминок, нечистыми и брезговали ими. Учитывая, что к кремированным останкам относились без особого пиитета, оставить мусор в могиле было вполне корректно.
Но, помимо керамики, есть ещё следы ритуальной практики. Во-первых, на дне могильных ям взрослых, прямо в пепле, находят куски кварца. В детских могилах — только если вместе с детьми хоронили взрослых. Правда, есть и исключение: в Эдмундстауне в детских моглах находили или останки взрослого, или кварц. По всей вероятности, этот минерал мог заменить человека в ритуале. Но Эдмундстаун — какая-то местная уклонившаяся традиция: там даже детей хоронили в индивидуальных могилах.
Есть один некрополь — Баллинакарига в графстве Корк, в котором нет основателя и замыкающего, нет достоверно мужских погребений — только женские и детские, и весь контекст завязан на материнстве и детстве. Одна из могил — в которой двое покойников не установленного пола, двое разнополых детей и женщина с плодом на позднем этапе беременности (рядом с ней, так что или мертворождение недоношенного, или выкидыш) — нарочно окружена земляным валом, как будто именно эти люди требовали особого обустройства места последнего упокоения. В могилах детей, похороненных без взрослых, в прах подложены ключицы других людей, кремированных где-то в другом месте — как будто останки принесли нарочно и подложили во время похорон.
Ключицы иногда встречаются и в детских захоронениях в других регионах Ирландии. Какой-то обряд за этим стоит, это точно, и поверья продолжились в поздний бронзовый век. Есть пещера Гленкурран (графство Клэр), где захоронение подростка содержало бедренную кость маленького ребёнка и останки нескольких взрослых, умерших в разное время: всего одиннадцать костей, из которых шесть - ключицы. Обряд разный, но интерес к определённому виду костей прослеживается совершенно точно.
Иногда среди останков находят следы металла. Обычно предметы из сплава меди — либо их химические следы — обнаруживают в каменных ящиках-цистах. Таких «могил с металлом» на всю Ирландию всего двадцать три. Детей среди похороненных нет, только четыре подростка: три юноши и одна девушка.
В могиле, где была похоронена девушка, впоследствии оказался прах кремированных мужчины и женщины, и вот на их костях как раз медь присутствует в виде зелёных пятен. То есть, металл был, но предназначен был не подростку, а взрослым.
Ещё один интересный вариант — подросток и взрослая женщина, прах которых смешали и поместили в дорогую урну, украшенную орнаментом. По кремации не скажешь, случилось это одновременно, или кого-то подселили в уже занятый сосуд. Но, перед тем, как крышку опустить на ящик, в прах в урне воткнули бронзовый кинжал. Он абсолютно новый и целый, в огне не побывал. Не исключено, что его вообще только для ритуала и сделали. На том же могильнике Килкроа (графство Антрим), буквально рядом — ещё одно парное захоронение мужчины и женщины, и тоже с ножом в урне. Таким образом, это — часть ритуала похорон взрослых, не детей. И даже не подростков — разве что тех, кого считали уже взрослыми.
Едва ли дети воспринимались обществом ирландцев бронзового века как полноправные люди. Но налицо включённость, которая ощущается во всём: взрослыми, которые сопровождают погребение, групповыми захоронениями. Если взрослого человека можно было похоронить в индивидуальной могиле вне кладбища, в каком-то заметном месте ландшафта, то детей — нет. Исключений мало, и это, скорее всего закладные жертвы, которых неправильно относить к общей погребальной традиции.
А что в других регионах Европы?
- Во-первых, там некрополи. Даже в относительно малолюдной Британии. Никаких Вам семейных уютных погостов, которые выводят из эксплуатации, как только последний потомок родоначальника преставился.
- Во-вторых, дети в Европе — отдельная страта: недовзрослые. У них на кладбищах детей хоронят отдельно. И на кладбище нет справедливости: есть богатые покойники и бедные. Каждое племя хоронит по своему унифицированному обряду, никаких Вам переосмыслений и вольностей, разных практик у разных общин на одном острове. В Ирландии дети — просто иные, но они уже часть общины, и похороны сопровождаются обрядами, призванными преодолеть эту инаковость (добавление костей взрослых или сопутствующих предметов).
Так и положено, когда религиозные представления помогают что-то увидеть за порогом тьмы. Для ирландца же тьма непроглядна. Важно лишить тело, утратившее душу, посмертного существования — отсюда кремация. В цепочке смертей и рождений особенно важны были первый и последний, только мужчина зрелый — или хотя бы вошедший в возраст. Почему не жгли родоначальников? Вы будете удивлены, но в цистах нет ни одного целого скелета «основателя». Ключицы, рёбра, иногда черепа — всё шло в дело. У «замыкающих» имелись варианты, особенно если речь шла о подростке.
Кубочники сполна усвоили суеверия неолитических земледельцев. Но их потомки ценили своих детей несколько больше, нежели их европейские современники, даже с учётом того, что разуверились в бессмертии души.