Автортудей на случай блокировки дзеном. Там всё тоже самое. Собираем на главу - читаем.
Делимся, рекомендуем...
Пинкни.
Конфедерация Свободных миров.
Объект «Бёртон Блю».
Дрисколл не привык так долго стоять, вытянувшись по стойке смирно, но человек, занимавший сегодня обычно пустующий и законсервированный большую часть года кабинет в южном крыле, был слишком важен, чтобы злоупотреблять его терпением.
Плеснув себе в бокал на два пальца премиальный виски «Dwayne Manning», между прочим семидесятилетней выдержки, Антон Бридлав — высокий грузный мужчина с квадратным черепом, маленькими ушами и длинными руками — медленно взболтал янтарно-золотистую жидкость, а потом опрокинул её в рот.
«Кто же так пьёт этот божий нектар?» — подумал начальник охраны «Бёртон Блю», более известный как объект «Саквояж», но вслух, конечно, ничего не сказал.
Кончик языка полковника тем временем коснулся нижней губы: он будто только сейчас распробовал выпитое залпом.
— Все прибыли? — жёлтые кошачьи глаза Бридлава блеснули в полумраке кабинета, ведь бронешторки на окнах он так и не поднял, и помещение освещалось только лампочками, горевшими над баром, располагавшимся у стены справа.
— Теперь все, — кивнул Дрисколл, поправив висевший на тактическом ремешке на груди пистолет-пулемёт, который их заставили носить постоянно до отлёта важных гостей. — Последним прилетел Вудворд. Возникли кое-какие проблемы с его охраной…
— Какие проблемы?
— Их вдвое больше, чем заявлено. С учётом телохранителей других… кхм, гостей их негде разместить.
— Я лично разрешил министру взять ещё дюжину людей. Он слишком мнителен и осторожен. А его присутствие здесь необходимо.
Мнителен. Произнесённое полковником слово Дрисколлу понравилось. Вот только матёрый вояка, прошедший несколько войн, был уверен: если ты мнителен, может, и будешь сидеть дома и смотреть в окно на резвящихся на лужайке внуков, а не пытаться хлопнуть по ягодице русского медведя.
— Чего он опасается? Мы же на Пинкни? — не сдержавшись, задал вопрос он.
Бридлав ничего не ответил, только нахмурился.
— Неужели тех русских, что набедокурили во внутренних мирах? — Дрисколл было улыбнулся, но, решив, что собеседнику это не понравится, тут же принял обычное выражение лица.
— Имперцы уже не раз доказывали, что могут удивить, — бросил через плечо полковник.
— Но их же ищут. Да и так глубоко забраться им не удастся при всём желании. Есть же протоколы безопасности…
— И тем не менее мы должны быть готовы ко всему, — жёстко прервал начальника службы безопасности Бридлав.
— Да, сэр!
Тяжесть пистолета-пулемёта была сущей безделицей по сравнению с тяжестью тяжёлого панцирного бронежилета новой модели. Дрисколл носил «Вилли» всего шесть часов, а уже искренне ненавидел эту пятнадцатикилограммовую хрень. К тому же, кажется, он натёр себе подмышки.
— А сколько у вас вообще «стрелков» здесь?
В вопросе полковник использовал термин, который с головой выдал его контору. Спецназовцы и военные никогда не будут называть условных союзников «стрелками» — так делают только сотрудники контрразведки, подозревающие всех и каждого. Подозрения Дрисколла блестяще подтвердились.
— Давайте посчитаем. Мои люди: двадцать два человека. Плюс те восемнадцать, что привезли вы, — спрятав ухмылку в ладони, начал считать Дрисколл. — Плюс двадцать у Вудворда, десять людей у Ланга, десять у Бойла, восемь у Кейгана, шесть у Каррика.
Конечно, Дрисколл посчитал всё заранее. Но ему доставляло удовольствие злить полковника и изображать тупицу. К тому же почти сотня посторонних вооружённых до зубов людей на секретном объекте, за который он отвечал, — это уже слишком.
— Остальные прилетели, слава богу, без охраны, — продолжил Дрисколл. — Суммарно выходит девяносто четыре человека. Чуть не забыл: у вдовы двое телохранителей-гигантов. Настоящие тяжёлые штурмовики. Зачем ей они?
— Она дочь бывшего премьер-министра.
— А! — позволил себе удивиться Дрисколл. — Не знал.
Врать у него всегда получалось отлично.
— А должны бы знать, Дрисколл.
— Простите, сэр, исправлюсь.
— Не паясничайте, майор.
Всё-таки Бридлав был не так прост. Контрики — они такие. Майором Дрисколла уже давным-давно никто не называл. Упоминание его воинского звания неприятно царапнуло сознание начальника охраны «Бёртон Блю».
— Девяносто шесть человек, значит?
— Девяносто шесть.
— А сколько у вас в наличии роботов-охранников?
— Жестянок всего пятнадцать. Но пять из них неисправны. Запрос на ремонт я сделал ещё месяц назад, но техники так и не прилетели. Тянут кошку за хвост, кормят завтраками…
Полковник нетерпеливо махнул рукой, как бы прося Дрисколла заткнуться.
— Где они обычно используются?
— Для охраны внешнего периметра, — последовало в ответ.
— Пусть там и остаются.
— Как скажете.
— Да, именно так я и приказываю.
Дрисколл с большим усилием удержался от гримасы. Вот такие вещи он сильно не любил. Он хоть и ниже званием, но должностью — вряд ли, потому как «Саквояж» приравнивался к секретным объектам класса «B».
Справедливости ради надо сказать, что полковник понял, что сглупил, и попытался замять ситуацию, поторопившись с новым вопросом.
— Визажисты мертвецов прибыли?
Кажется, Бридлав пошутил, что Дрисколла немало удивило.
— Да, сэр.
— Ну и как они?
Начальник охраны, переступая на месте негнущимися уже ногами, пожал плечами:
— Десять человек. Восемь мужчин. Две девушки. Одна совсем молодая девчонка. Штатские, на расслабоне… простите, медлительные, ленивые. Приходится их подгонять.
— Десять? — брови Бридлава взлетели на широкий лоб. — Чего так много?
— Их должно было быть двенадцать, но FUNECAPS Groupe предупредила, что двое высадились на Диснее и улетели на Грэнхолм. Там у них вроде какой-то сенатор умер.
— Информацию проверили?
— Насчёт мёртвого сенатора?
— Насчёт всего.
— Проверили. «Potter Rice» — столичный космопорт Диснея — подтвердил запрос на посадку, а также то, что два человека сошли и сели на коммерческий борт до Грэнхолма. Сенатор… — Дрисколл взглянул на экранчик электронного планшета, — …сенатор Кенни Моэм скончался три дня назад во время купания в бассейне в загородном доме. Дочь политика сделала запрос в холдинг FUNECAPS Groupe (это нам тоже подтвердили) на проведение косметических работ с телом её отца. Толстяк пролежал в воде целый день. Работка предстоит не из лёгких.
— Целый день?
— Точно так, — кивнул Дрисколл.
— У него что, слуг нет? Почему так поздно обнаружили?
— Дочери с женой были в гостях у родственников. Сенатор решил пошалить, отпустил слуг, пригласил девиц лёгкого поведения…
— Ясно-ясно, Дрисколл. Дальше можете не продолжать.
— Как желаете, сэр.
— Сотрудников FUNECAPS Groupe проверили тщательно?
— Я проверил их трижды. Всё в норме. К тому же разрешение они получили менее двух суток назад. По дороге залетали только на Дисней. Да и то менее чем на час.
— Корабль их обыскали? — полковник на пятках резко развернулся к собеседнику. При своей комплекции сделал он это крайне ловко.
— Осмотр борта проводили таможенники. Все частные корабли с гипердвигателем сейчас тщательно осматривают из-за тех русских…
— ВАШИ ЛЮДИ ОБЫСКАЛИ ИХ КОРАБЛЬ? — Бридлав почти закричал.
— Конечно, — терпеливо ответил начальник службы безопасности «Бёртон Блю», хотя тон столичной шишки ему не понравился. — И обыскали, и просканировали.
Всё ещё хмурясь, полковник коснулся пальцами бутылки премиального виски, но наливать новую порцию в бокал не стал.
«Кажется, ему тоже всё это большого удовольствия не доставляет», — пришёл к мысленному заключению Дрисколл. Объекты разведки вроде «Бёртон Блю» для политиканских интриг использоваться не должны в принципе. Во взрослые игры могут играть только взрослые мальчики. А эти муда… получившие доступ к государственной тайне болтуны должны встречаться в специально построенных для этого офисах, переговорных, ресторанах, в конце концов. Дилетанты в их профессии долго не живут, что и подтверждал изуродованный труп в холодильнике, голова которого прибыла отдельно.
Понятно, что собралась эта компания здесь совсем не из-за похорон. Плевали они на погибшего безголового беднягу. Просто после тут пройдёт какое-то чрезвычайно важное секретное совещание. Важно, чтобы собравшихся никто не видел и никто не опознал. Поэтому и близким без допуска секретности прилёт запретили. Здесь все свои. В Малом зале для встреч даже камеры заставили вырубить. И ещё Дрисколл был уверен: боялись гости отнюдь не головорезов из русского Комитета (им тут делать нечего), а кого-то из своих. Или того, кого они до недавнего времени считали своим.
Закрыв крышку бутылки, Антон Бридлав убрал виски в бар.
— Что-то ещё? Или я могу идти? — спросил Дрисколл, разглядывая погрузившегося в собственные, очевидно невесёлые мысли полковника.
— Идите, майор, — произнёс тот негромко.
— Слушаюсь.
От веса тяжёлого панцирного бронежилета левая ступня Дрисколла онемела, а ведь её не было уже шесть лет. Дорогой броговский протез по колено — и всё. Стараясь не хромать, начальник службы безопасности направился к выходу.
— Майор, всё должно пройти без инцидентов. И, как говорят чёртовы русские: «держите ухи на макухе», — блеснул напоследок эрудицией полковник.
— Правильно говорить — «держать ушки на макушке», идиот, — еле слышно, себе под нос, буркнул Дрисколл, закрывая дверь кабинета с другой стороны, и подумал, что этот год его службы — последний, потому что надоели все и пора на пенсию. Пляжи с голубым песком прекрасной Валенсии-2 ждут его.
Появился канал в телеграме там выкладывать рассказы буду рандомно всех приглашаю.
Страничка ВК здесь
Ссылка на литрес здесь
Помним, что продолжения всех историй зависит только и исключительно от вас
Карта Сбербанка 2202 2068 6315 1200 для тех кто хочет поддержать канал и автора
5559494152788146 Альфа-банк
По сотовому 9097220424 в сбер для Владимира Александровича С.
юмани 410018781696591