Рассказ на одну остановку

Русский дербиширского разлива © Моё, но в интернете уже завирусилось.

У англосаксов очень популярны глиняные или пластиковые фигурки садовых гномов стоящие на газонах перед домом. Так вот у австралийцев есть розыгрыш, называется «Путешествие садового гнома». Суть розыгрыша в следующем: соседи или друзья собирающиеся в отпуск, придя в гости крадут у тебя садового гнома оставляя записку: «Устал от службы отправился повидать мир. Не теряйте, скоро вернусь». Потом шутники путешествуют с этим гномом по стране или миру, фотографируются в разных памятных и известных местах (иногда даже со знаменитостями). Потом конечно гнома возвращают вместе с пачкой фотографий. Иногда фотографии шлют по почте.

Доброго всем вечера! Завтра начну писать новую главу "Старшего Советника". Потом, между "Фабрикой" можно что-то из старых серий продолжить: Даша, Дедушка старенький, Я на пенсии, Заставу (третий рассказ я уже писать начал), Ткач. И даже думаю над рассказом про Юнкера и Охотников. Что бы хотелось больше. Высказывайтесь, я всегда к вам прислушиваюсь.

А вы знали, что любимый нами фильм 1987 года «Человек с бульвара Капуцинов» мог закончиться совсем иначе? Не весело. Именно так и было прописано в сценарии. Ведь как ни крути, а это трагикомедия. Мистер Джонни Фёст в финале уезжает из города один. Играет грустная песенка, в которой он поёт, что разочарован, но рук отпускать не собирается и продолжит нести доброе людям посредством кинематографа. Всё дело в том, что Андрей Миронов, утверждённый на эту роль, заранее прочитал сценарий и остался доволен. Вот только финал ему не понравился. Наш любимый актёр вообще плохие финалы не любил, ни в жизни, ни в кино. В общем, он связался с режиссёром Аллой Суриковой и сказал, что снимется в картине с одним условием — если ему позволят переписать концовку. Разрешили. Это же Миронов, а значит, успех картине был обеспечен. Кстати, Боярский тоже в фильме появился благодаря Миронову. Его вообще на пробы не приглашали из-за занятости в «Гардемаринах» и в театре. Но вышло так, что Караченцов, который и должен был играть Чёрного Джека, отказался от роли в пользу роли выпивохи и драчуна Билли Кинга. Ему нравилось, что этот персонаж принимает участие во всех драках, делает трюки. Караченцов это обожал и каскадёрами не пользовался. Причём отказался он от роли перед самыми съёмками. Сурикова была в панике, и тогда на помощь пришёл Миронов. — Позовите Боярского. — Но говорят, что он очень занят! — Скажите, Миронов попросил сыграть эту роль. И всё срослось. Странно, но между Мироновым и Боярским никогда не было дружбы. Но было нечто большее — уважение. Михаил Сергеевич даже прилетел в Ригу, когда узнал, что Миронов умер на сцене театра.

Не задавались таким вопросом: почему это в католических храмах прихожане спокойненько, с удобствами сидят на красивых лакированных лавочках, словно ожидая начала представления в театре, а у нас в православных церквях стоят на ногах и удобной мебели вообще никакой нет? Со стороны видится это просто: их ленятся, наши держатся. Но на самом деле всё намного забавнее и познавательнее. Изначально христиане (до Великого разделения на Западную и Восточную церкви в 1054 году) молились исключительно сидя. Никаких скамеек, вы не думайте, — сидели где возможно, где получалось. Но потом, после того как папа римский решил десятиной ни с кем не делиться и начал подводить под свою католическую ересь идеологию (дескать, католики самые-самые и обряды их единственно правильные и Богу угодные), в Восточных монастырях решили ответить асимметрично и стали проводить всю службу стоя. Объяснялось это просто: когда человек стоит, он делает усилие, а усилие — это символ веры. Вы не ждёте, пока Бог «придёт к вам», вы идёте к нему сами. Со временем эта монастырская практика нашла в сердцах людей понимание и стала нормой для всех в Восточной (православной) церкви. Приятно же: простоял службу — совершил небольшой подвиг веры. А у адептов папы римского логика пошла совсем в другую степь. Плевали они на православные фокусы. Католики решили так: если вы устали, вы больше думаете не о Боге, а о мирском, то есть о своих гудящих ногах. А это не порядок. Тело мешать не должно. Сели — ножкам стало хорошо, вот теперь без остатка отдайся молитве Господу нашему. Так вышло, что вот такое, по сути, мелкое идейное отличие со временем превратилось в серьезное культурное разногласие, активно обсуждаемое на совместных конференциях христиан до сих пор. А теперь по кофейку. Пора уже куличики доедать.