Едва Оле исполнилось 18 лет, как она выскочила замуж. Причина была банальная- беременность. Молодые сразу стали жить в отдельной квартире, Вера Ильинична перевезла свою престарелую мать к себе в однокомнатную квартиру и прожила с ней несколько лет, пока та не ушла в мир иной.
Когда родился внучок Сашка, то Вера Ильинична буквально разрывалась между двумя домами. Нужно было помочь Оле, которая одна не справлялась с ребенком, а потом бежать домой, чтобы покормить мать, которая уже не могла самостоятельно поесть. От зятя помощи было мало, он и сам был не рад, что пришлось так рано жениться., но деваться было некуда, Оля снова была беременна.
- Куда же вы так торопитесь,- один раз упрекнула дочь Вера Ильинична,- Ведь даже не пожили для себя.
- Дети — это счастье,- Оля с укором посмотрела на мать,- Я вот всегда мечтала о братике или сестричке, которых ты мне так и не родила.
Вера Ильинична ничего на это не ответила, лишь махнула рукой. Она то понимала, что заботы о втором ребенке снова лягут на ее плечи, до позднего вечера она снова будет гладить и стирать пеленки, убираться в квартире, готовить ужин, а потом уставшая поплетется домой, рухнет в кровать, чтобы утром не проспать на работу, потому что нужно было зарабатывать деньги, которые она, в основном, тратила на дочь и внуков.
Время шло, подрастали внуки и Вера Ильинична была не так уж необходима дочери, которая редко вспоминала о матери. А когда Вера Ильинична звонила ей, чтобы узнать как дела, то отделывалась дежурными фразами: «все нормально», «как обычно», «все мне некогда, перезвоню.»
Как то Вера Ильинична проходила мимо дома, в котором жила Оля и начался сильный дождь. Зонт она с собой не захватила и поэтому сразу промокла.
- Зайду ка я к дочке,- неожиданно подумала Вера Ильинична,- Хоть горячим чаем согреюсь. Ведь не выгонит она меня, заодно и внучат проведаю, давно не видела, соскучилась.
Вера Ильинична нажала на кнопку звонка и внутренне сжалась. Она никогда не приходила к дочери вот так, без приглашения, просто потому что проходила мимо и попала под дождь.
Дверь долго никто не открывал, хотя Вера Ильинична слышала, что в квартире играет музыка. Наконец, в замке повернулся ключ, выглянула Ольга и с удивлением уставилась на мать.
- Ты чего пришла?- грубо спросила она, не предложив пройти в квартиру.
- Я...Это... Мимо шла, а тут дождь...,- залепетала Вера Ильинична.
- И что?- Ольга сердито посмотрела на мать,- Дождь уже почти закончился. Хочешь я тебе зонт дам, только ты мне его верни потом.
- Не надо,- Вера Ильинична стала медленно спускаться по ступенькам, по ее щекам потекли слезы.
- Ну, не надо, так не надо,- пожала плечами Ольга и захлопнула дверь.
Вера Ильинична снова вышла на улицу, она шла по тротуару и плакала, ее лицо было мокрым от слез и от капель дождя и все же стараясь оправдать дочь.
- Может у нее какие то дела были?- думала Вера Ильинична,- А тут я заявилась нежданно-негаданно.
Но все же ей было так обидно, что она еле еле дошла до своего дома. Уселась на скамейку возле подъезда, почувствовав, что кружится голова.
- Верочка, вам плохо?- мимо проходила соседка,- Давайте я вас провожу до квартиры.
Вера Ильинична попыталась подняться, но в глазах потемнело и она снова рухнула на скамейку. Очнулась она от запаха нашатырного спирта и увидела над собой склоненное лицо врача, который мерил ей давление.
- Гипертонический криз,- строго произнес он,- Нужно немедленно отвезти вас в больницу.
Вера Ильинична послушно кивнула отяжелевшей головой и тихо попросила соседку:
- Дочке моей позвоните, ключи от квартиры в сумке. Пусть она мне вещи в больницу привезет.
- Позвоню, позвоню,- послушно закивала головой соседка,- Не беспокойтесь.
На следующий день та же соседка пришла к Вере Ильиничне в палату, принесла халат, тапочки, немного фруктов и куриный бульон.
- Я думала Оля ко мне придет,- растерянно сказала Вера Ильинична,- Вы ей позвонили?
- Конечно,- вздохнула соседка,- Все сделала, как вы просили. Только...,- соседка замялась,- Ваша дочь сказала, что некогда ей по больницам ходить, еще заразу какую нибудь подцепит. А вас все равно скоро выпишут, сейчас в больницах никого долго не держат.
- Больше ничего не сказала?- Вера Ильинична с надеждой посмотрела на соседку.
- Нет, -та закивала головой и снова вздохнула,- Трубку бросила. Вы скажите, может вам еще что то нужно принести? Мне не сложно, я на пенсии, времени полно.
- Спасибо,- тихо произнесла Вера Ильинична, сквозь слезы,- Ничего мне больше не нужно.
Когда соседка ушла, Вера Ильинична закрыла глаза и так пролежала до самого утра. Все думала, думала. Она впервые вдруг ощутила себя никому не нужной. У нее была дочь, внуки, но от них не было никакой поддержки, ни слова сочувствия. Вроде, родные люди, а такие далекие...
Вера Ильинична вспомнила, что когда Олечка попала в больницу с воспалением легких, то она буквально жила в палате, спала на стуле, рядом с кроватью дочери. Утром убегала домой, варила куриный бульон, морс и снова бежала в больницу. Когда Олю выписали, то Вера Ильинична каждый день приносила ей с рынка фрукты, творог, молоко, читала вслух детские книги и часто просыпалась по ночам, прислушиваясь к ровному дыханию дочери.
И сейчас ей стало так обидно, что дочь решила даже не навещать ее, что Вера Ильинична даже расплакалась, тихо, чтобы соседки по палате не слышали.
Там, в больнице, Вера Ильинична и познакомилась с Евгением Петровичем. Как то увидев, что у нее снова глаза на мокром месте, он подошел к ней и молча протянул яблоко. Вера Ильинична посмотрела на незнакомого мужчину и взяла яблоко, уж больно оно аппетитно выглядело. Так и разговорились.
Евгений Петрович тоже жил один, жена умерла несколько лет назад, единственный сын проживал отдельно и редко навещал отца, только тогда, когда нужны были деньги. В больницу Евгений Петрович попал как раз после такого визита, когда сын, не получив желаемую сумму, поднял руку на отца. Евгений Петрович отшатнулся, схватился за сердце и медленно опустился на пол. Сын, испугавшись, что отец умрет, вызвал скорую помощь и помог загрузить носилки с отцом в машину. Несколько раз он навещал отца и даже принес яблоки, которыми Евгений Петрович угостил Веру Ильиничну.
Закончив с необходимыми процедурами, Вера Ильинична и Евгений Петрович встречались в больничном холле, присаживались на кушетку и подолгу разговаривали. Медсестры и врачи с улыбкой смотрели на них, радуясь, что два одиноких человека встретились и нашли общий язык. Он, как и Вера Ильинична, уже был на пенсии, но подрабатывал сторожем на автостоянке. Не из-за денег, а чтобы не оставаться одному в квартире, потому что одиночество его очень угнетало.
Вера Ильинична поделилась с ним, что одиночество ее тоже не радует, а после неудачного визита к дочери во время ливня, одиночество она почувствовала еще острее.
- Мда,- никому мы оказались не нужны, когда постарели,- покачал головой Евгений Петрович,- Мы с женой всю душу вкладывали в сына, хотели чтобы у него все было самое лучшее. Я много занимался с мальчиком, водил на хоккей, в шахматный клуб. Зимой, по выходным, мы с ним отправлялись в лес на лыжах, а моя жена, в это время, пекла нам вкусные пироги, аромат ,которых, мы чувствовали, едва входили в подъезд. Вместе с Андреем мы ездили на море, ходили в походы, а сейчас он мне заявляет, что ничего этого ему было не нужно. И единственное чего бы ему хотелось- чтобы мы его оставили в покое, давали высыпаться по выходным и гулять с друзьями. Больше ничего ему не было нужно.
- Ваш сын женат?- уточнила Вера Ильинична.
- Был,- снова тяжело вздохнул Евгений Петрович,- Да что то не сложилось у него с женой. Ну, развелись и развелись, всякое в жизни бывает, вот только внучат я совсем не вижу. Бывшая сноха запретила нам с ними общаться, видно сильно ее Андрей обидел. Сейчас он сошелся с какой то женщиной, живет в ее квартире. Да и там все не ладно, она его то выгоняет, то принимает обратно, ничего толкового.
- У меня тоже есть внуки,- Вера Ильинична отвернула голову,- Когда они были маленькими, то я была нужна дочери, чтобы ухаживать за ними. А сейчас...,- она махнула рукой,- Приезжают ко мне только на Новый год, а к себе в гости не приглашают. Раньше я думала, что считают меня своей семьей, ведь Новый год это семейный праздник. А сейчас поняла, что дочери просто не хочется готовить, накрывать на стол, лучше уж отметить на всем готовеньком. Посидят у меня пару часов и, едва дождавшись курантов, собираются домой, прихватив с собой практически все, что я наготовила, оставив за собой лишь горы грязной посуды. Нет, мне не жалко еды, пусть едят на здоровье, только...- Вера Ильинична замолчала, задумавшись.