Правительство приняло волевое и, главное, карманное решение: крупнейшие производители автомобилей и спецтехники теперь официально могут не думать об утилизационном сборе до декабря 2026 года. Платежи за четвертый квартал 2025-го и первые три квартала 2026-го разрешено отдать одной суммой в самом конце следующего года. Минпромторг называет это «традиционным механизмом поддержки», и традиция действительно хорошая: бухгалтерии заводов получают гигантскую беспроцентную рассрочку от государства, а конвейеры продолжают ритмично греметь.
Когда главный казначей завода смотрит на график платежей и понимает, что прямо сейчас лучше купить тонну металла, чем отдать деньги в бюджет, отсрочка становится вопросом физического выживания производства. Ведомство прямо говорит о дорогих кредитах и необходимости обслуживать кредитные портфели — высвобожденные оборотные средства пойдут на зарплаты, комплектующие и инвестиции. Для «АвтоВАЗа» с его Lada Vesta NG это означает, что можно продолжать штамповать машины, не оглядываясь на фискалов. Базовая версия седана оснащается 106-сильным мотором 1.6 и пятиступенчатой механикой, комплектация Comfort уже имеет кондиционер и подогрев кресел, а топовый вариант Enjoy с вариатором выдает 113 лошадей. Год назад такой автомобиль стоил около 1,8 миллиона рублей, и теперь у завода есть полтора года, чтобы удержать ценник от прыжка в стратосферу.
Однако отсрочка платежей — это не волшебная таблетка от удорожания, а скорее обезболивающее. Рынок входит в 2026 год с диагнозом «хроническая стагнация». Средневзвешенная цена нового легкового автомобиля в январе уже составила 3,5 миллиона рублей — это на 13% выше, чем год назад. Эксперты дружно хоронят надежды на высокие продажи: последние месяцы 2025-го выжгли опережающий спрос объемом 50–60 тысяч машин — люди брали железо впрок, испугавшись нового витка индексации. С 1 января утильсбор подскочил еще на четверть, а НДС вырос с 20 до 22%, добавив к стоимости официально ввозимых автомобилей 6–10%. Специалисты теперь всерьез прогнозируют, что некоторые популярные импортные модели — вроде Geely Monjaro или Toyota RAV4 с двухлитровым двигателем — прибавят в цене от 750 тысяч до 840 тысяч рублей, а мощные версии подорожают на 2 миллиона и более. Электромобили и европейский премиум (BMW X5, Mercedes GLE, Audi Q5) рискуют вовсе исчезнуть из прайс-листов.
В этих условиях перенос уплаты сбора становится для локализованных производителей не просто льготой, а спасательным кругом. Подписанты специальных инвестиционных контрактов — такие как «Москвич», обязавшийся клепать компоненты для бензиновых машин и электрокаров, или липецкий «Моторинвест» с его Evolute, в которого вбухают 13 миллиардов рублей за 11 лет, — получают фору. Бюджет все равно дождется своих денег: в 2026 году поступления от утильсбора должны составить почти 1,7 триллиона рублей, из которых около 1,1 триллиона придется на технику местного производства. Но случится это лишь в декабре, а до тех пор заводы будут тратить эти миллиарды на то, чтобы инженеры не разбежались, станки не встали, а дилеры не вешали замки на двери салонов.
Рынок, конечно, перестроится. Кому-то придется уйти, кому-то — срочно локализовываться, снижать мощность двигателей или придумывать «российские модификации» с турбиной поменьше. Но это будет потом. А пока Минпромторг просто сказал: «Платить будем, но не сегодня», и на автозаводах выдохнули.
Телеграм: https://t.me/good_bad_car