Шёл третий час мучительной пытки. Шара́гина играла полицейского «хорошего», Юла, давно уже полноценно одетая, как и обычно, «плохого». Первая засыпа́ла каверзными вопросами, вторая то остервенело орала, то, распалённая, изредка била. Наконец Ли́нсгрейм не выдержал и слёзно спросил:
- Что от нас требуется? Скажите конкретно. Всё, что известно, мы вам уже рассказали.
- Что ж, повторюсь, - разухабистая блондинка словно бы успокоилась; она придала себе интригующий вид, - нам нужен корректный маршрут и название яхты. Полагаю, кто-то из вас непременно их провожал, помогал им грузиться, кое-что видел и, наверное, слышал. Я ни за что не поверю, будто мистер Грант, гонимый предатель, отважился передвигаться один. Итак?.. - подтолкнула к детальному изложению.
- Джон, чего ты молчишь? - вмешался второй охранник; раньше он только молчал и нарочито хрипел. - Генеральскую семью ведь ты подвозил. Ты отвёз их на лодочный пирс, а после пригнал хозяйскую машину обратно – поставил на постоянное место стоянки. Чего, из-за какого-то американского янки, разыгрывать из себя отпетых героев? - им преподносилось как за «людей, не способных сломаться».
- Что ж, хорошо, - согласился стойкий наёмник, прилежный телохранитель; он уныло потупился, - я всё сообщу. Да, действительно, не долее как вчера я помог генералу Гранту добраться к общедоступной пристани. Как выяснилось, у него там отстаивалась добротная яхта. Семейная чета, вместе с двумя детьми, вошла на маломерный корабль. Я, соответственно, посодействовал с продуктовыми наборами да личными принадлежностями. Перетаскал их на нижнюю палубу. Потом отправился восвояси. Куда они поплыли – мне не известно. Хотя предположить нетрудно. Генеральская семья отправится либо к Гибралтарскому проливу, либо к Красному морю. Третьего пути им попросту не дано. Не в Нил же они пойдут?
- Название яхты? - полюбопытствовала дотошная участковая; она охватилась резонным предположением: - Как бывший спецназовец, ты должен был, Джон, непроизвольным, заостриться вниманием.
- «Ava Callista» - сломленному начальнику смены ничего не оставалось, как честно сознаться. - Что дословно означает «Красивая птица».
- Я знаю, - грубо съязвила блондинистая плутовка, - не полная дура, - попутно она достала из дамской сумочки пару заранее приготовленных одноразовых шпри́ца. - Сейчас я вколю вам сильнодействующее снотворное. Оно «проде́йствует» часов до десяти, может, чуть меньше, возможно, немногим больше. В любом случае когда-нибудь вы непременно очнётесь. Мы не садисты – убивать вас… - озорная притвора издевательски замолчала; через несколько секунд она повторно возобновилась: - Нам нет резонного смысла.
Предприимчивая шпионка укола сначала Бёрка, а следом и старшего группы. Не пройдёт и пяти минут, оба они уснут. Всё, находиться в генеральском убежище двум слаженным напарницам уж более незачем. Оставалось переодеться и действовать дальше.
Так они и поступили. Оставили полусонных охранников и отправились к Даниэлю. Как истинный джентльмен, он, хотя и находился в томительном ожидании, никуда не уехал. Белоснежное такси находилось на прежнем месте. Неразлучные подруги протиснулись в автомобильный салон. Заняли посадочные места, согласно собственной наглости. Корректная участковая уселась назад. Бойкая милочка устроилась спереди, рядом с непревзойдённым водителем. Тот посмотрел на неё с нескрываемым удивлением. Она приветливо подмигнула. Дескать, чего уставился – давай уже трогай.
Уступчивому таксисту не осталось другого выбора, как с пробуксовкой поехать. Промчавшись пару кварталов, он, не зная конечного назначения, вознамерился уточниться:
- Куда теперь? Мы проехали едва ли не целую милю, а финитную стадию вы не представили ни словом ни делом. Я понимаю, что вы мне неплохо запла́тите; но ездить впустую – не вижу практичного смысла. Может, где-нибудь встанем?
- Да, отлично, - согласилась разряженная плутовка; она повернулась налево, состроила озорова́тые глазки, - отвези нас к центральному рынку. Мне нужно перевоплотиться. Не так же я буду расхаживать? - распоясанная особа провела по соблазнительному наряду сверху и до прекрасных коленок. Да и Даяне надо бы «перески́нуться», - в её понимании означало «преобразиться». - Мы тут немножечко пошумели, и, вероятно, нас будут искать. Между прочим, сейчас я проверяла, нет ли за нами назойливой слежки. Всё чисто.
Наторелая участковая превосходно всё поняла. Они настолько спаялись, сплотились, насколько воспринимали друг друга на уровне глубокого подсознания. Поэтому им обеим не требовалось ни лишних, ни дополнительных объяснений. Через двадцать минут остановились у рыночного вещевого отдела. Заплатили Даниэлю приличную сумму. Оставили его на часах. Сами же завалились спать – набираться растраченных сил.
Предварительно блондинистая особа отзвони́лась Оксане и доложила текущую обстановку. Та посоветовала обратиться за помощью на островную американскую военную базу. Мол, там имеется спутниковая система ГЛОНАСС/GPS. С её помощью можно отследить любой, как наземный, так и надводный, объект.
Проснулись натренированные разведчицы ни раньше ни позже, а ровно с солнечным марсельским восходом. Сладостно потянулись. Незакомплексованная блондинка протяжно зевнула. Поблагодарила нового друга за плодотворную службу. Отправила отдыхать. Едва они оказались одни, предложила Шарагиной пойти как следует подкрепиться. День представлялся длинным – когда ещё удастся поужинать?
- Даяна, помнишь вчерашнюю забегаловку? - неисправимая сорвиголова́ указала на прирыночный кафетерий. - Повтори́м? - она обернулась и заметила растерянный взгляд; тут же поправилась: - Нет, биться ни с кем не будем. Просто позавтракаем, - ободрительно улыбнулась. - Тем более что нас здесь неплохо знают. Думаю, обслужат по высшему классу.
Прозорливая блондинка как в воду глядела. Она словно знала все местные расписания. Действительно, Карин Дюбуа заступила на вторую дневную смену. Она их встретила дружелюбно настроенная, с благодарственной речью. Потом, не спрашивая их личный заказ, принесла всё самое лучшее – подошла креативно. Денежную оплату брать отказалась, дескать, сказала, за собственный счёт.
Слаженные приятельница кушали не спеша. До начала торгового дня оставались добрые полчаса. Они определились, что задержатся ещё примерно на столько же. По их убеждённому мнению, пока неторопливые торговцы разложатся да пока они приготовятся к нормальной торговле, пройдёт не меньше чем двадцать минут. Четверть ча́са уйдёт на утреннюю раскачку.
Ровно в 9:35 смекалистые лазутчицы входили в магазин специальной одежды. Лиса заметила его накануне; она справедливо предположила, что он им впоследствии обязательно пригодится. Особо не думая, единодушные сослуживицы кардинально переменились. Они закупили американскую пятнистую форму. Правда, она оказалась без погонных звёздочек, нарукавных шевронов да отличительных знаков, но так даже лучше – гораздо секретнее. Гражданское одеяние побросали в мусорный бак. С собой, в походных ранцах, у них оставалась ещё и чёрная, как у японских ниндзя, облегавшая плотно одежда. Она была очень тонкой и скручивалась в миниатюрный руле́тик.
Готовые и целенаправленные, девушки отправились на штатовскую, ближайшую к Марселю военную базу. Пришлось нанимать прогулочный катер. Пентагоновское подразделение базировалось в Лионском заливе. До него простиралась пятикилометровая морская преграда. Потому-то и пришлось обзаводиться быстроходным надводным транспортом.
Расторопные разведчицы добрались ни много нимало, а точно за десять минут. Похоже, их ждали. Встречать вышел лично полковник Том Са́ндерс, морской пехотинец, командир отдельной бригады. Сорокатрёхлетний мужчина, он выглядел подтянутым, стройным, со стандартной комплекцией; высокая фигура отличалась широкоплечим телосложением; скуластый овал лица отмечался серо-оливковыми глазами, итальянской горбинкой, изогнутыми губами, аккуратными усиками, раздвоенным подбородком; иссиня-чёрные волосы остригались едва ли не налысо.
Главный военачальник озарился добродушной улыбкой и протянул для рукопожатия крепкую, немало натруженную, ладонь. Когда они познакомились и когда все основные формальности были соблюдены, миловидных красавиц сопроводили в просторный полковничий кабинет. Ещё тогда сомнительной брюнетке показалось неестественным, если не странным, что их препровождают с вооружённой охранной. Она хотела заострить внимание бесшабашной подруги, но непродолжительный путь, к несчастью, закончился.
Обманутых лазутчиц завели в командное помещение. Перед ними зашёл американский спецназовец; он уселся за собственный стол. Тот составлялся как литера «Т» и располагался напротив входного проёма. Задержанных девушек (а в истинном их статусе сомневаться уж больше не приходилось) поставили ровно посередине. По левую руку монтировался широкий, во всю боковую стену, оконный проём. Повернувшись к нему лицом, стоял военный мужчина, одетый в английскую форму. Выглядел он привлекательным, статным, красивым, натренированным – словом, безукоризненным. Отличался тридцатитрёхлетним возрастом, высоким ростом, идеальной да безупречной фигурой. Что-то показалось в нём крайне знакомым. Когда же он повернулся, облапошенные шпионки ошалели, мысленно вскрикнули. «Мистер Джо Зе́лен!» - пронеслось в голове у одной, а следом и другой. Они понуро потупились.
- Что, паршивые, грязные сучки, попались? - представитель британской короны ядовито ощерился; он выглядел победоносно, как провернувший сложнейшую операцию. - Я знал, что, обезвредив лейтенанта Ляйненко, вы наберётесь наглости и рано или поздно заявитесь прямо сюда. Как видите, я не ошибся. Да-а, долго вы трепали нам нервы, но теперь, уж поверьте, всё кончено. Скоро прибудет транспортировочный вертолёт, и мы переправим вас в Англию, в секретную службу МИ6. Там вы с лихвой получите по всем своим прошлым заслугам. Наконец-то мы поквитаемся.
«Поганый ублюдок» - прошипела Лисина, словно змея; она стрельнула разгневанным взглядом. Взглянула на спокойную, невозмутимую внешне, напарницу. Хотя изнутри её колотила неодолимая нервозная дрожь, но Влада старалась, натренированная, держаться достойно, во истину нерушимо. Было очевидно, Шара́гина приготовилась к очередным мучительным пыткам.
- Рядовой, - приказал американский полковник, - отведите этих красавиц в комендантское отделение. Посадите в разные камеры. Сейчас закуйте в стальные наручники. Их застегните сзади. Глядите, если что, ответите головой. Выполняйте!
Суровая команда относилась к молодцеватому, двадцатидвухлетнему парню; он казался высоким, накаченным, широким в плечах, круглолицым, со зверской рожей, кареглазым, «утконосым», рыжеволосым, с коротенькой стрижкой. Беспощадное выражение не сулило ни доброго, ни хорошего. Его, конечно, можно было бы вырубить, но-о… как поступить со всем их многочисленным контингентом – это вопрос. Оправдываться, стенать о всемирной угрозе – бесполезно и тупо. Над ними бы попросту посмеялись. Проваленным лазутчицам ничего уж больше не оставалось, как безропотно подчиниться.
Расстроенных девушек посадили в отдельные казематы. Причём разделили их с определённым условием, чтобы они не переговаривались, и даже не перестукивались. Напарницы приуныли, но не потому, что им предстояло терпеть невыносимые муки, а потому, что они не выполнили сверхважное, мирового масштаба, задание. Теперь не известно: где взорвутся те ядерные, похищенные у штатов боеголовки?
Неожиданно! По прошествии каких-нибудь двадцати минут, к пленённым разведчицам явилось по три солдата на каждую. Предложили проследовать за собой. Унылые сослуживицы неторопливо пошли. Они шли как на скорую, неминуемо к ним применимую казнь. Правда, ещё во время пути и та и другая обратили внимание, что их не заковали в предохранительные браслеты; напротив, обращались почтительно, как с настоящими леди. Когда же их повели ни к вертолётной площадке, а напрямую в полковничий кабинет, сомнений уж больше не оставалось: что-то пошло не так.
- Извините, дорогие красавицы, - Том Сандерс выглядел растерянным, точнее напуганным; он принял подобострастное выражение, - произошла нелепая случайность, и нами допущена непростительная ошибка. Оказывается, вы вовсе не русские диверсанты, а истинные американки, настоящие контрразведчицы. Да и документы у вас подлинные, а вовсе не липовые, - угодливый военачальник протянул им изъятые ранее служебные «корочки», сопутствующие значки. - Ещё раз простите.
- Что так?.. - Лисина приняла свой кожаный портмоне; она иронично насупилась: - Чего поменялось? Так вдруг.
- Спросите лучше, мисс О’Конар, - смятенный полководец обратился по легендарной, вымышленной для дела, фамилии, - сколько раз за всю мою службу мне звонил – лично! – сам Президент?
- Ну и?.. - беззастенчивая ловкачка подтолкнула к дальнейшему изложению; она поняла всё заранее, а сейчас лишь дополнительно убедилась.
- Нисколько, - мистер Сандерс обращался с почтительным раболепием, - сегодня впервые. Я ему: они вроде русские?.. Он мне: у нас пол-Америки русские. В общем, мне приказано оказывать вам полное содействие, всестороннюю помощь, – чего бы не попросили.
- Вот и договорились, - сомнительная брюнетка облегчённо вздохнула; как и Юлиса, она осознала, что здесь не обошлось без генерала Беро́евой.
***
Тридцать минут назад…
Вашингтон, округ Колумбия, Пенсильвания авеню, 1600, Белый дом.
Оксана только-только отчиталась перед Главой государства и собиралась уже на выход. Внезапно затрезвонил сотовый телефон. Он находился в левой руке. Российская разведчица поглядела: проявился особый канал. Звонил секретный агент, внедрённый на американскую военную базу; она располагалась поблизости от Марселя. Догадливая генеральша сразу подумала: «С девчонками чего-то случилось… придётся спасать».
- Да, Юзес, слушаю, - по устоявшейся традиции она применила присвоенный псевдоним, - что-то серьёзное?
- Буду лаконичен, - чувствовалось, что французский агент СВР (служба внешней разведки) изрядно торопится, - здесь находится майор Зе́лен. Объекты захвачены в плен. Их планируется доставить в МИ6.
Пришлось разворачиваться. Бероева незамедлительно направилась к американскому главе государства. Вошла без предварительного доклада. Как и обычно. Не откладывая на долгое «на потом», она перешла сразу к делу:
- Мистер Президент, я хочу сообщить нечто важное.
Тот одобрительно разрешил. По его внешнему виду можно было судить, что спецпредставитель по особо важным делам должна быть предельно краткой. Так в точности она и поступила:
- Не далее, как десять месяцев назад, я вычислила двух российских разведчиц. Перевербо́вывать их не стала, но внимательно за ними приглядывала. Заодно, через засекреченное подставное лицо, сливала никчёмную информацию, какая выгодна только нам. В настоящее время я отправила их обеих разыскивать похищенные боеголовки. Они успешно напали на след. Однако! Английские конкуренты с МИ6 почему-то решили их задержать. Наверное, считают, что им всё дозволено? Мистер Президент, обращаюсь к вам с просьбой: необходимо их вызволить и предоставить возможность спокойно работать. Попутно оказать им посильную помощь. Вот сотовый телефон полковника Сандерса, командира марсельской военной базы, - Оксана протянула прямоугольный клочок бумаги; далее она заострилась на проблеме не менее важной: - Кстати, майора Зелена надо б попридержать, иначе он снова нам всё испортит. Их британская тупость начинает уже раздражать.
Глава американского государства немедленно позвонил.
