В Люсечиле, тихом шведском городке, где обычно самое драматичное событие дня — это спор о свежести сельди, 19 августа 1961 года произошло то, что местные потом рассказывали с тем же выражением лица, с каким обычно вспоминают редкие солнечные дни. Один водитель Volvo PV544, человек, очевидно, глубоко доверяющий силе трения, припарковал машину на склоне и ушёл по делам, не утруждая себя таким мелким буржуазным ритуалом, как постановка на ручник.
Volvo, почувствовав свободу, решил, что судьба зовёт. Медленно, но уверенно он покатился вниз, пересёк улицу, миновал рыбные бочки, словно тренировался для будущей карьеры в слаломе, и направился прямо к морю. И там, на пирсе, его уже ждала подводная лодка HSwMS Bävern — массивная, суровая, военная. Встретились они, как встречаются два героя, которых свела судьба: один — стальной гигант, другой — маленький, но очень настойчивый шведский автомобиль.
Удар получился символический: у Volvo смят передок, у субмарины — погнут носовой ограждающий пруток. Никто не пострадал, кроме, возможно, чувства собственного достоинства экипажа, которому пришлось объяснять командованию, что лодка не участвовала в бою, не проходила учения, не сталкивалась с айсбергом — в неё въехал автомобиль. Сам. Без водителя.
Это ДТП вошло в историю как единственный зарегистрированный случай столкновения легкового автомобиля и подводной лодки. Volvo, вероятно, так и не понял, почему его не приняли в ВМС. А подлодка Bävern продолжила службу ещё почти двадцать лет, но, по слухам, экипаж до конца карьеры внимательно оглядывался по сторонам — мало ли, вдруг снова какая‑нибудь машина решит атаковать.
