(Страшный сон думающего человека) Вчерашний фидбек от комьюнити был ультра‑токсичный: какие‑то скуфы устроили хард‑буллинг в комментах, накидали хейта, обвинили меня в том, что мой контент не матчится с их вайбом, не апгрейдит их юзер‑экспириенс и вообще выглядит как лоу‑левел продакшн без нормального флоу. Я попытался ресетнуть майндсет, но алгоритмы вывалили тонну кринж‑гайдов от миллениалов, которые строят весь свой сторителлинг на бустинге скиллсета, оптимизации перформанса и бесконечном апдейте личного бренда.
Я вышел в оффлайн‑спейс, hoping to refresh my брейн‑пул, но там был тотальный инфо‑оверлоад. На углу два инфлюенсера делали квик‑синк по поводу того, как бустануть перформанс, апнуть конверсию, заскейлить охваты и оптимизировать их контент‑пайплайн. Рядом подросток стримил свой брейншторм по поводу нового мерча, а его друг делал лайв‑апдейт, жалуясь на дедлайны, лоу‑флоу, даунгрейд настроения и отсутствие нормального продакшн‑вайба. Они попросили меня зафолловить их канал, чтобы апнуть метрики, а когда я отказался — устроили мини‑шейминг, назвали меня олдскульным токсиком и предложили пройти их анти‑хейтинг‑воркшоп.
В каворкинге уже шёл митап: один делал ресёрч, другой пичил идею, третий пытался синкнуть таски, четвёртый реворкнул роадмап, пятый оптимизировал онбординг, шестой апдейтил лендинг, седьмой пытался зафиксить баги в проде. Все говорили так, будто русский язык давно отправили в архив и заменили на корпоративный новояз с англицизмами, которые множились быстрее, чем их спринты. «Нам нужно заскейлить проект, чтобы он матчился с трендами», — сказал тимлид. «И апгрейднуть лендинг, чтобы он выглядел более юзабельно», — добавил дизайнер. «И реворкнуть наш контент‑пайплайн, чтобы он был консистентным», — вставил продакт. «И ещё надо апнуть наш бренд‑месседжинг, чтобы он выглядел более релевантно», — сказал маркетолог. Я слушал их и чувствовал, как всё вокруг превращается в иллюзию разумного разговора, где слова есть, а смысла нет.
Когда митап закончился, я вышел на улицу. Ветер был настоящий, без фильтров, без эффектов, без лайв‑апдейтов и без попыток заоптимизировать моё настроение. И среди редких фраз, сказанных нормальными словами, я вдруг услышал то, что давно потерял: живую речь. Настоящую. Ту, что соединяет людей, а не разбрасывает их по локациям, флоу, пайплайнам и контент‑воркфлоу.
И тогда я понял: язык — это не апдейт, не тренд, не хайп‑словарь, не способ казаться в теме и не инструмент для симуляции экспертности. Это связь. Это идентичность. Это то, что делает нас собой. И если мы добровольно заменим его новоязом и англицизмами, то потеряем не просто лексику — потеряем собственный голос.
Фотограф, видеограф, турист, путешественник. Живу поездками и сопровождаю группы туристов. Снимаю кино, которое потом видят три страны в своих телевизорах. Мои фильмы: https://rutube.ru/video/f2f057cc50c0a5a0e9f2ca0a97f0d9c4/