Свобода воли

— ... Раз... Два... ТРИ!

Раздался хлопок, эхо которого раскатилось по спортивному залу. И я проснулся. Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы сообразить, где я нахожусь. Я присутствовал на семинаре, посвящённом гипнозу. Занятие проходило в спортивном зале местной школы. Я вызвался добровольцем для эксперимента. Меня попытались ввести в транс, но ничего не вышло, и я заснул лишь на пару мгновений под бубнёж гипнотизёра.

Я встал с шуршащего кресла-мешка, набитого, похоже, пенопластовыми шариками, и повёл плечами, чтобы отлепить от взапревшей спины футболку.

— Как вы себя чувствуете? — спросил меня гипнотизёр по имени Иван Андреевич.

Это был мужчина, как говорится, в полном рассвете сил. Он был одет в немного заношенный деловой костюм коричневого цвета. Иван Андреевич сидел на раскладном стуле, купленном, очевидно, в магазине "Всё для рыбалки". Из подстаканника в подлокотнике торчал бумажный стаканчик с кофе.

— Нормально, — ответил я и приземлился на мат рядом с другими участниками семинара, которые с интересом косились на меня.

Мне показалось, что света в зале вполне достаточно, и ни к чему жечь казённое электричество, которое оплачивается нашими налогами. Я резко вскочил, подошёл к выключателю и нажал кнопку. Свет погас, и в зале стало как-то слишком сумрачно. Тогда я снова включил свет и вернулся на своё место. Только приземлившись на маты, я понял, что всё это время все в зале молчали и смотрели на меня.

Прочистив горло, гипнотизёр сказал:

— Итак, как я уже говорил, сила гипноза слегка преувеличена. Человека нельзя заставить делать то, чего он не стал бы делать в здравом уме, однако...

В зале было душновато. Я снова встал и направился к окну. Я открыл створку и морозный воздух ворвался в помещение. В окне была видна труба котельной. А ведь когда-то люди так сообщались с Богом, подумал я. Сжигали что-то дорогое, чтобы отправить это в иной мир в виде дыма, улетающего прямо в небо. А теперь мы отправляем в небо сгоревшие нефтепродукты, за которые люди платят тысячами жизней под благовидными предлогами вроде свободы и демократии. Господи! Как ты ещё не устал нас любить! Я размашисто перекрестился.

За моей спиной кто-то тихонько хихикал, и я пришёл в себя. Нет. Так, пожалуй нас застудить может. Я закрыл окно и снова сел на место. Все смотрели на меня и улыбались. Я извинился и гипнотизёр продолжил:

— Однако, чтобы убедить человека сделать то, к чему он уже готов, достаточно лишь слегка его подтолкнуть. И тогда можно добиться интересных результатов.

Акустика школьных спортивных залов всегда действовала на меня не лучшим образом. Голос Ивана Андреевича сильно расплывался, из-за чего немного помутилось в голове. Я всегда поражался способности других людей не "отлетать" в подобных условиях. Когда я был ребёнком, учителя физкультуры думали, что я издеваюсь или что я просто дурачок, потому что не могу сообразить простых вещей. Вещи-то простые, если ты способен воспринимать речь, а не просто слышать реверберирующий голос, который утягивает тебя куда-то в космос.

Я представил, что меня действительно утянуло в космос. Невесомость, руки и ноги не скованны силой тяготения. Конечности плавно летают вокруг меня, подчиняясь микронапряжениям мышц и легчайшим дуновениям среды. Тело такое лёгкое, как будто его и нет вовсе...

— А что вы делаете? — с лукавой ухмылкой спросил меня гипнотизёр.

Я стоял на одной ноге, изображая прочими членами тела плавные движения, будто я в невесомости.

— И зачем вы подходили к выключателю и окну?

— Простите, я немного задумался, — стал оправдываться я. Я покраснел, и в двух словах объяснил свои поступки.

К моему удивлению прочие участники семинара стали смеяться и громко аплодировать. Гипнотизёр некоторое время наслаждался триумфом, а потом поднял руку, призывая к тишине.

— Как видите, пациент абсолютно уверен, что в основе его поступков лежат личные мотивы и осознанно принятые решения. ТРИ-ШЕСТНАДЦАТЬ! — воскликнул он и хлопнул в ладоши.

Что-то внутри меня разжалось, и я вспомнил, как Иван Андреевич говорил мне всего несколько минут назад:

— Когда я сосчитаю до трёх и хлопну в ладоши, вы выйдете из транса. Затем вы вернётесь на место, но ненадолго. Вы встанете, чтобы выключить и включить свет в зале, а потом снова сядете на маты. Потом вы встанете, откроете окно, перекреститесь на трубу котельной, а затем снова закроете окно и вернётесь на маты. Затем вы окажетесь в невесомости. Повторите, если вы меня поняли!

Я повторил.

— Вы забудете наш разговор, пока я не скажу "три-шестнадцать". Вы меня поняли?

— Да.

— Отлично! Раз... Два... ТРИ!