Доброе утро, дорогие мои читатели!
Я даже не ожидала, что статья про Анастасию и её религиозные искания вызовет такой интерес. Правда, показов мало. Представляю, что бы было, попадись она на глаза гневным дзеноходцам... хейта было бы, как снега за окном. Но и то, за последнее время, при 98 показах у меня 48 дочиток, в том числе и в побратимых Дзену "Одноклассниках".
На мою электронную почту, в Телеге и в "Максимке" стали поступать письма и сообщения от желающих поделиться своей историей. Они просили меня, чтобы я пересылала их Анастасии. Троих, из одиннадцати, я с ней познакомила.
Так вот, одна из них, уроженка села Тополевка, что в Крыму, поделилась своей историей. Зовут её Ольга, ей 40 лет.
Вот её история, как есть, от первого лица (с небольшой моей редакцией, художественной обработкой, так сказать, чтобы легче читалось):
"С самого детства, я была при монастыре, как только его вернули церкви и началось восстановление. Мне тогда было восемь лет. Сначала простой прихожанкой, туда водила меня бабушка, которая помогала монахиням своим трудом. Потом посещала воскресную школу и сама уже трудилась при обители. От моего дома до монастыря было всего около двух километров.
Мы изучали церковно-славянский язык, пели. Я думала, что буду петь на клиросе, где-нибудь в большом соборе, а потом стану оперной певицей. Ну, что мне было тогда? 15 лет! Время шло. Училась я хорошо, но тянуло меня на тусовки, где мы со сверстниками не редко дрались и пробовали запрещённые вещества. Естественно, я потом каялась, но снова бралась за старое... Одно я себе не позволяла – с*кс. Это я с детства знала, что до свадьбы нельзя, иначе за семинариста замуж не получится выйти. А мне хотелось тогда, даже больше, чем быть оперной певицей.
Летом, в 2002 году, я поехала на море с двумя парнями. Они были старше меня, один за рулём. Помню только, как машину несло вниз с горы.
А потом... я очнулась в больнице. Голова перебинтована, ног не чувствую, правая рука в гипсу. Но, я соображала хорошо. И меня успокоило то, что я вижу, слышу, могу говорить. Значит, остальное поправится. Мне тогда было 17 лет.
Лечилась и реабилитировалась я долго, около двух лет, пока снова смогла ходить без опоры.
За эти два года я прочитала много интересных книг. Смогла закончить школу.
Как только я обрела свободу движений, то сразу же поехала в монастырь, где всё это время не была.
В тот момент я поняла, что замуж не хочу.
Сестры приняли меня в трудницы, ибо я просилась. Матушка тоже была не против. Однако, священник, который хорошо меня знал, тот, что принимал мои исповеди, сказал: "Зря вы её привечаете. Она не вашего стада овечка". Я обиделась тогда на него. Зря, конечно. Восемь лет я провела в обители, в трудах и молитвах. Многое мне там не нравилось, но я смирялась, как могла. Терпела многое. Хотела доказать батюшке, что он не прав. А он лишь улыбался и качал головой.
В 2012 году я попросила отпуск. В принципе, никто меня не держал там. Постриг совершать даже и не думали.
Я поехала в Бахчисарай, к сестре, которая старше меня на шесть лет и уже 12 лет была замужем. Гостила я у них четыре дня, спокойно.
На пятый день, в гости приехал свекр моей сестры. Оказалось, что он татарин. Я видела, как он пять раз в день молился, что говорил что-то сыну на татарском, а тот лишь отмахивался.
Я посмеялась над этим набожным человеком, а сестра попросила, чтобы я не мешала ему.
Потом мы с ним долго спорили. Я доказывала ему правоту и истину христианства, а он говорил, что Иисус – не Сын Божий, что апостол Павел и римский император Константин дважды подогнали под язычников веру, которую Он принёс.
Я считала его сумасшедшим. Я же видела духовное богатство православия и не могла согласиться с ним.
Я вернулась в монастырь и провела там ещё четыре года, переждав все волнения и присоединение Крыма к России.
Наконец-то, игумения заговорила о моём постриге. Но, что-то пошло не так. Мероприятие отложили. А мне снова захотелось в отпуск.
Я поехала в Ялту. Давно на море не была, а так хотелось.
Гуляла я по набережной, ела мороженое. И тут мне попался старый знакомый, один из тех, с которыми мы тогда в аварию попали. Тот самый, что рядом со мной сидел, сзади. Он рассказал, что водитель погиб на месте, а он вот, жив остался. Родители возили его и в Киев, и в Москву. Ничего не помогало. После сотрясения мозга, он почти ничего не видел и с трудом разговаривал. Потом, кто-то посоветовал ему проехаться по святым местам, окунуться в разные источники.
В поезде, когда они с отцом ехали из Москвы в Арзамас, чтобы потом махнуть в Дивеево, рядом с ними ехал старичок. Он был башкир и возвращался домой из Хаджа. Они разговорились. Дед же, вытащил из своего чемодана бутылку с водой и налил из неё в стакан моему знакомому, сказав: "Пей. С чем будешь пить, то и получишь. Проси у Бога, чтобы тебе поправиться". Он так обрадовался, что сам от себя не ожидал. Попросил своими словами и выпил. Потом была ночь, они легли спать. Утром, подъезжая к Арзамасу, мой знакомый напугал весь вагон громкими криками, что он здоров. Он полез к этому башкирскому дедушке обниматься.
Пока он это рассказывал, я видела на его лице то, что он говорил правду. Он чуть не заплакал даже, говоря обо всём этом.
Ещё, он рассказал о том, как стал изучать Коран и принял ислам. Потом женился на внучке того самого дедушки и привёз её в Крым. А в год, когда Крым стал российским, они с женой совершили Хадж, где напились той самой воды, которая вернула ему здоровье.
А я слушала и не могла поверить. Потом, из магазинчика вышла его беременная жена и с недовольством посмотрела на него. Он объяснил ей, кто я. Она сразу же подобрела и пригласила меня к ним на обед. Я не пошла.
Я гуляла до вечера. Я и верила ему, и не верила.
Потом я уехала к родителям, которые уже жили не в Тополевке, а в самом Белогорске.
Они обрадовались и решили не отпускать меня в монастырь. Работать меня не гнали, потому что сами достаточно зарабатывали и никуда не тратили, особо-то. Разрешили мне побыть ребёнком на их обеспечении. Я была рада.
В то время, я стала читать про ислам. Довольно быстро я поняла, что хочу принять эту религию. Она для меня стала свежим воздухом, среди надоевшей монашеской строгости.
Родителям сказала о своём желании. Мама оказалась не против, видимо из-за свата татарина. А вот отец, будучи совершенно неверующим, резко отреагировал. Сказал, что "шило на мыло" менять собралась, что и то и другое – плохо.
Но, я придумала ещё кое-что. Я познакомилась с местной мусульманской общиной. Потом, нашла в интернете какую-то сваху, которая быстро предложила мне араба. У него, мол, никого не было. Этакий выродок, среди своих. Тем более, что часто бывает в России, по делам. Русский язык знает на троечку, но не беда.
Да ... Кому как, а мне трудно, когда я плохо понимаю кого-то.
Но, решила рискнуть.
Знакомство состоялось в сентябре 2016 года, в Сочи.
Я впервые побывала за пределами крымского полуострова. Меня там встретили, та самая сваха со своим мужем.
Фирас оказался очень интересным человеком. При нашем общении присутствовал его дядя, которого он взял с собой в Россию, чтобы познакомиться со мной по всем правилам шариата.
Не смотря на плохой русский с его стороны, нас выручал мой плохой английский. Общаться было легко и непринужденно.
В присутствии этих четверых мусульман, я произнесла шахаду. Больше уже не могла ждать.
После этого, мы обговорили все детали того, как заключается мусульманский брак.
После этой встречи я ночевала у свахи, которая учила меня совершать омовение и молитвы. Гостила я у них долго, около месяца. Каждый день виделась с Фирасом. И всё больше и сильнее влюблялась в него.
Потом я уехала домой и стала делать документы для того, чтобы лететь в Саудовскую Аравию.
А марте 2017, ничего мне не сказав, Фирас с отцом и матерью приехали к нам в гости, знакомиться с моими родителями. Они были предупреждены, что я туда собираюсь, но чтобы эти арабы сами приехали... это было шоком, даже для меня.
Никах провели в мечети, в Бахчисарае. Потом мы расписались в нашем ЗАГСе. А потом, мы добрались до Сочи. Оттуда мы вылетели в Стамбул. Из Стамбула прилетели в Эр-Рияд. Оттуда же, на машине, добрались в Хаиль, где у Фираса свой дом, а с родителями живёт его старший брат, а это уже на другом конце города.
Арабы стали называть меня Каримой. Толи из-за того, что привезла родственникам мужа подарки, толи из-за того, что быстро научилась готовить арабские блюда и всегда приглашала их и соседок в гости. А может быть, это Фирас так захотел. Но, в России он всегда называл и называет меня Олей.
Привыкала к пустынному климату и сильной жаре я недолго. Вскоре уже забеременела. Вначале 2018 года у нас родился сын Мухаммад. В 2020 на свет появилась дочка Фатима, а в 2023 я еле выжила, родив двойню. Сына Абдуллу и дочь Маджиду.
Фирас очень хороший муж. Мы ни разу не ссорились даже по мелочам. Я часто слышу, какие разборки бывают у соседей... Хвала Всевышнему, мы не ругаемся.
Арабский язык мне дался довольно легко. Местные порядки я поняла быстро. Каждый раз, когда вспоминаю годы, убитые в монастыре, на ум приходят пророческие слова того самого батюшки: "Не вашего стада овечка".
В 2025 году мы с мужем совершили Хадж. Народу много, но чувствуется духовное единство. Я очень счастлива, что это моя религия. Я очень рада, что Фирас мой муж и у нас четверо детей.
С недавнего времени, встал вопрос о моём гражданстве. Дело в том, что КСА не признаёт двойное гражданство. Муж везде ходил, звонил, узнавал. Да, я могу получить паспорт Саудовской Аравии. И я согласилась на это, по ряду причин, основная из которых – мои дети. И ещё, Хаиль уже успел стать моей второй малой родиной.
P.S.: Я не хочу никого ни к чему призывать, каждый решает сам. Но, я нашла своё место в этой жизни здесь: в исламе, в Хаиле, рядом с любимым мужем и детьми. Ищите! Вы непременно найдёте то, что даст вам уверенность не только в завтрашнем дне, но и в вечной жизни!"
Я очень рада за Ольгу и желаю ей счастья в обоих мирах! Аминь.
К слову о Крыме. Автор канала "Прогулки по Крыму . Виктория Третьякова ." запустила викторину. Кому интересно, она тут:
Я попробовала поучаствовать. Мои ответы в закреплённом комментарии под этой статьёй.
Желаю всем мира, добра и искренней веры! Истина там, где Бог! А Бог есть Любовь! Любите друг друга, независимо от религий и учений!