Есть в Южном полушарии неба объект, который астрономы давно перестали называть красивым. Тарантул — это не поэзия, это физика высоких энергий в чистом виде. И если туманность Ориона часто сравнивают с колыбелью, где царит умиротворение, то её «коллега» из созвездия Золотой Рыбы больше напоминает раскалённый цех, где работа не прекращается ни на минуту.
Те 179–165 тысяч световых лет (астрономы до сих пор спорят о точной цифре, и это нормально), что отделяют нас от Большого Магелланова Облака, не спасают. Тарантул настолько ярок, что если бы он вдруг оказался на месте туманности Ориона, мы бы перестали видеть ночь! Его диаметр в тысячу световых лет закрыл бы треть небосвода, а наша привычная Луна показалась бы мелкой монеткой на фоне этого «паука».
Но размер — это самое скучное, что в нём есть.
Главный секрет
Посмотрите на любой снимок «Хаббла» или «Уэбба». Мы привыкли думать, что название дано за внешнее сходство. Казалось бы и в этом случае. Мол, центр — тело, пузыри — газа, пылевые облака — лапы. Да, все верно. Но ведь настоящий тарантул в мире пауков страшен не длинными ногами, а ядом. Так и здесь: ядовитая суть Тарантула — это его центральное скопление R136.
Долгие годы мы вообще не понимали, что это такое. В каталогах XVIII века, когда аббат католической церкви и астроном Никола Луи де Лакайль впервые занёс его в списки объектов под номером «30 Золотой Рыбы», его считали обычной звездой. Ну, чуть ярче соседей. Прошло 200 лет, прежде чем мы поняли: это не звезда. Это улей небесных светил, набитый сотнями тысяч молодых звёзд, спрессованных в объёме всего в несколько световых лет. Представьте, что вы разместили десятки-сотни Солнц в комнату размером с нашу Солнечную систему. Вот что такое R136.
R136a1: звезда, которая сломала теорию
В 2010 году Пол Кроутер сделал то, за что его до сих пор некоторые не любят на кафедрах теоретической физики — он нашёл объект, который не должен существовать. R136a1.
В сети часто можно наткнуться на заголовок: «Самая тяжёлая звезда». Это светило весит, по последним уточнённым данным, около 315 масс Солнца. А родилась она и вовсе с массой более 325-солнечной.
Но самое интересное (в космическом смысле — трагичное), что она при этом далеко не самая большая по радиусу. Она всего в 30–40 раз шире Солнца. Какова плотность упаковки вещества! Есть гипотеза, что R136a1 — это «Франкенштейн». Она не родилась такой огромной, она слилась из двух-трёх звёзд, которые слишком тесно танцевали друг с другом и не смогли разойтись в тесном центре R136 . Это меняет всё наше понимание эволюции сверхмассивных светил.
Она испускает света в 8,7 миллиона раз больше Солнца. Если бы она находилась на месте Проксимы Центавра, её мощнейшие потоки плазмы просто испарило бы атмосферу Земли за секунды, даже не дойдя до нас видимым светом — ультрафиолета там столько, что любая органика схлопывается на молекулярном уровне.
Космические пузыри и химия жизни
Мы с вами уже сравнили «пузыри» туманности с глазами членистоногого. Эти пузыри — результат работы звёздного ветра. Космические пузыри образуются в результате рождения и гибели звёзд. Ультрафиолет настолько силён, что он буквально «сдувает» межзвёздный газ, как ветер сдувает пыль с пустыря. На стыке трёх таких пузырей и висит скопление R136.
В ноябре 2025 года поступили данные с телескопа Джеймс Уэбб. Оказывается, прямо на окраине Тарантула, у протозвезды ST6, обнаружили… замороженные сложные органические молекулы . Гликолевый альдегид — это не просто пыль. Это прямой предшественник рибозы — моносахарид из группы пентоз. Сахара, из которого строится РНК.
Понимаете трагедию? Внутри Тарантула — адский ультрафиолет, убивающий всё живое. А на его периферии, в тени пылевых облаков, спокойно дрейфуют льдинки с «кирпичиками жизни». Природа как будто дразнит нас: «Вот материалы, вот печь, но собрать конструктор не дам».
50 тысяч лет назад
Теперь о самом свежем — буквально летом 2025 года мы обрели новое понимание о динамике звезд. Мы привыкли думать, что звёзды — это достаточно пассивные объекты. Родился, горишь, умираешь. Но в Тарантуле звёзды убегают.
Благодаря изумительной точности телескопа Gaia, мы смогли прокрутить плёнку назад на 50 тысяч лет. Тройная система звёзд (две массивные двойные и одна одиночная) столкнулась в гравитационный бильярд. Результат: три объекта разлетаются в разные стороны с невероятной скоростью. Один из них — VFTS 590 — каждую секунду уносится на 64 километра .
Это прямое доказательство того, что плотные скопления вроде R136 нестабильны. Они буквально выстреливают своими новорождёнными звёздами, как шрапнелью. Эти звёзды-беглецы обречены. Учитывая их массу (десятки и сотни Солнц), они проживут не больше 3–5 миллионов лет — миг по космическим меркам — и взорвутся сверхновыми далеко от дома, обогащая углеродом и кислородом уже совсем другие регионы галактики.
Где же Тарантул и почему мы его не видим?
В России его не увидеть. И это, честно говоря, печально. Представляю гамму чувств наблюдения эту туманность где-нибуть в Чили. Когда направляешь телескоп в сторону Золотой Рыбы (склонение -69°!), Тарантул висит там как огромное светлое пятно даже без фильтров.
Но для тех, кто живёт севернее экватора, он навсегда останется легендой. Как Антарктида для древних греков — все знают, что она есть, но увидеть нельзя. Тем не менее, именно благодаря тому, что он находится в галактике-спутнике, а не внутри Млечного Пути, мы видим его целиком. Мы можем изучать процесс звездообразования «в пробирке», не продираясь сквозь пыль собственного галактического диска.
Что дальше?
Учёные подсчитали запасы газа. Тарантулу осталось жечь «топливо» ещё примерно 25 миллионов лет. По меркам Вселенной — это уже завтрашний день. Мы застали уникальный момент, когда самый продуктивный «завод звёзд» в Местной группе галактик работает на полную мощность.
И каждый раз, когда я вижу новости о том, что Уэбб нашёл там очередную тысячу протозвёзд или разглядел пузырь, которого не видел Хаббл, я думаю: как же хорошо, что в 1751 году Лакайль не поленился изучить ночной небосклон чуть ниже экватора. А то мы бы до сих пор считали это «звездой».