Повестка в суд стала для Олега сюрпризом. Точнее, шоком.
Он ворвался домой вечером, размахивая бумажкой, багровый от ярости.
– Ты что, совсем с катушек слетела? – заорал он с порога. – Алименты? Мы же живем вместе! Я тебя кормлю! Я все в дом несу! Ты опозорить меня решила перед матерью? Перед людьми?
Елена спокойно сидела на кухне и пила кофе.
– Ты не кричи, – сказала она ровно. – Тёма спит.
– Да плевать я хотел! – Олег швырнул повестку на стол. – Ты чего добиваешься? Хочешь войны? Ты её получишь. Я в суде докажу, что ты транжира и неадекватная. Ты ни копейки лишней не увидишь! У меня зарплата — минималка, поняла? Будешь получать три тысячи и ни в чем себе не отказывать!
Он был уверен в себе. У него всё было схвачено. «Серая» схема на работе, лояльная бухгалтерия, активы на маме. Что могла сделать эта уставшая женщина с кругами под глазами?
В день суда Олег пришел подготовленный. Надел старый свитер, который обычно носил на даче. Вид имел скорбный и потрепанный. Адвоката нанимать не стал — денег «нет», да и зачем? Он сам кого хочешь переболтает.
Елена пришла с представителем. Выглядела она собранной, строгой. Никаких эмоций. Просто деловая встреча.
Судья, уставшая женщина средних лет, монотонно зачитывала материалы.
Олег взял слово первым.
– Ваша честь, – начал он дрожащим голосом. – Это какой-то абсурд. Я люблю жену, люблю сына. Но у нас в отрасли тяжелые времена. Я получаю двадцать пять тысяч рублей. Вот справка 2-НДФЛ. Вот характеристика с работы. Я отдаю всё до копейки! А ей всё мало. У неё запросы непомерные. Она хочет шикарной жизни, а я простой работяга...
Он говорил убедительно. Чуть не плакал. Врал вдохновенно, как артист на сцене погорелого театра. Казалось, он сам верил в то, что он — жертва алчной хищницы.
– Истица, что скажете? – судья посмотрела на Елену поверх очков.
Адвокат Елены встал.
– Ваша честь, мы ходатайствуем о приобщении к делу доказательств, опровергающих слова ответчика о его тяжелом материальном положении.
Олег ухмыльнулся. Что они могут доказать?
Адвокат положил на стол судьи толстую папку.
– Вот выписки по банковским счетам, которые ответчик по неосторожности оставил в открытом доступе на семейном компьютере, – соврал адвокат (не выдавать же, что Елена подсмотрела пароль). – А вот запрос о движении средств. За последние полгода ответчик перевел гражданке К., своей матери, в общей сложности восемьсот тысяч рублей. При официальной зарплате в двадцать пять.
Улыбка сползла с лица Олега. Он дернулся.
– Это... это ошибка! Это накопления за десять лет! Мама продала дачу!
– Дачу ваша мама купила месяц назад, – спокойно продолжил адвокат, доставая следующую бумагу. – Вот выписка из Росреестра. А вот чеки из автосервиса "Премиум-Авто". Техобслуживание автомобиля ответчика в прошлом месяце обошлось в шестьдесят тысяч рублей. Вопрос: как человек с зарплатой в двадцать пять тысяч платит шестьдесят за ремонт машины и переводит сотни тысяч маме?
В зале повисла тишина. Олег побагровел. Он открывал и закрывал рот, как рыба, выброшенная на берег. Его легенда о «бедном мученике» рассыпалась в прах прямо на глазах.
– Кроме того, – добил адвокат, – мы предоставляем чеки на покупку брендовой одежды для ответчика на сумму, превышающую его годовой официальный доход. В то время как на ребенка за последние три месяца не было куплено ничего дороже пятисот рублей.
Судья листала папку. Её лицо становилось всё более суровым. Она не любила, когда её держали за дуру.
– Ответчик, – ледяным тоном произнесла она. – Вы можете объяснить происхождение этих средств?
– Я... это... долги! – забормотал Олег. – Я занимал! Я кручусь!
– Значит, возможность «крутиться» у вас есть, – резюмировала судья. – А желания содержать собственного ребенка — нет.
Решение вынесли быстро. Суд постановил взыскать алименты в твердой денежной сумме, кратной двум прожиточным минимумам на ребенка, плюс содержание супруги до достижения ребенком трех лет. Сумма вышла внушительная. Гораздо больше той, что Олег швырял Елене на хозяйство «с барского плеча».
– Приставы проконтролируют исполнение, – добавила судья, глядя на Олега как на пустое место. – И я бы рекомендовала налоговой проверить вашего работодателя.
Когда они вышли в коридор, Олег выглядел так, будто его переехал каток. Его уверенность, наглость, хозяйский тон — всё исчезло. Остался только растерянный, испуганный мужичонка в старом свитере.
Он бросился к Елене, попытался схватить её за руку.
– Лен, ты что натворила? Ты понимаешь, что ты наделала? Откуда я возьму столько? Ты же семью разрушила!
Елена отстранилась. Она посмотрела на него спокойно, без злости и без жалости.
В этот момент она поняла: семьи не было уже давно. Был паразит, который сосал из неё соки, прикрываясь красивыми словами о долге. И теперь паразит был в шоке, что донор перекрыл кран.
– Это не я натворила, Олег, – сказала она просто. – Это ты переиграл. Ищи вторую работу. У тебя же талант крутиться.
Она развернулась и пошла к выходу. Стука каблуков по кафельному полу звучал как музыка.
– Лена! – крикнул он ей в спину. – Лена, постой! Давай поговорим! Я все объясню!
Она не остановилась. Не оглянулась. Вышла на улицу, вдохнула холодный осенний воздух. Вызвала такси.
Дома было тихо. Сын еще был в садике.
Елена сняла пальто, прошла на кухню. Включила чайник.
Ей не хотелось ни праздновать, ни плакать. Внутри было пусто и чисто, как в вымытой комнате после генеральной уборки, когда вынесли весь хлам.
Она налила себе горячего чаю. Села у окна.
Впереди был развод, раздел имущества,, возможно, новые суды. Олег так просто не отстанет, свекровь будет проклинать её до седьмого колена.
«Ну и что?» – подумала Елена.
Главное, что она больше не боялась. И не зависела от чужого вранья.
Она сделала глоток. Чай был крепкий, горячий и настоящий. Как и её новая жизнь.
В Telegram новый рассказ!!! (ссылка)
