Его называли «образцово-показательным» мужем. Тот редкий случай, когда футболист разводится без скандала, оставляет бывшей жене квартиру и годами молчит, даже когда его подозревают во всех грехах. Евгений Алдонин всю жизнь играл роль «взрослого» в отношениях, которые ломались. А потом судьба решила проверить его по-настоящему: забрала бывшую жену, забрала маму и подкинула личный диагноз, от которого седеют за месяц.
22 января ему исполнилось 46. Он выглядит старше. Не потому, что футбол изнашивает тело. А потому, что последние три года он разбирает завалы чужой жизни, которые к нему не имели никакого отношения. Но кто, если не он?
Футбол: карьера, в которой всегда кто-то мешал
Он был талантливым полузащитником. Играл за ЦСКА, брал Кубок УЕФА, входил в списки лучших. Но болельщики почему-то всегда обсуждали не его голы, а конкуренцию с Павлом Мамаевым. Мол, староват, пора уступать дорогу молодым.
Потом травмы. Бедро, пах, икроножная мышца. Он выбывал, возвращался, снова доказывал. Уходил в аренду, в «Мордовию», в «Волгу», где умудрился получить красную карточку в первом же матче. Карьера, достойная сильного игрока, но не гения. Он не стал легендой вроде Тихонова или Акинфеева. Он стал просто очень порядочным футболистом.
А потом открыл академию. Воспитывать будущих чемпионов. И вот тут-то жизнь и решила: «А давай-ка проверим этого парня на прочность».
Юлия: Любовь, которая не выдержала расстояния
Они встретились в ресторане. Дейвидас Шемберас, литовский защитник, знал, что Женя из всех певиц симпатизирует только Началовой. Представил. Дальше — прогулка по Москве-реке, предложение через полгода, ключи от квартиры на Кутузовском вместо кольца. Идеальная картинка.
Юлия тогда говорила подруге Лие Волянской: «Выходи замуж только за футболиста». Глаза горели.
А потом начались сборы, гастроли, Америка, студии. Они жили в режиме «пересеклись в аэропорту». Она записывала альбом в Штатах, он не мог бросить ЦСКА. Расстояние съело всё: нежность, доверие, привычку быть вместе.
Развелись тихо. Без дележа табуреток, без скандалов в прессе. Он оставил ей квартиру — ту самую, с Кутузовского. И ни разу за семь лет не обвинил её в том, что первым оступился кто-то другой.
Хотя знал. Знал про Александра Фролова, про те самые фото в американском ресторане, про 20 миллионов, которые хоккеист дал Юле. Знал — и молчал. Потому что джентльмены не обсуждают бывших жён в рубрике «Скандалы недели».
Смерть: День, когда он встречал дочь в аэропорту
16 марта 2019 года Юлия Началова умерла. 38 лет, сепсис, гангрена, диабет. Всё, что можно было не успеть.
Вера, их 12-летняя дочь, летела из Лондона с одноклассниками. Алдонин приехал в аэропорт, чтобы сообщить ребёнку, что мамы больше нет. Представляете этот разговор? В зале прилёта, среди чемоданов и встречающих, сказать девочке, которая искала глазами маму, что её не будет никогда.
Он потом говорил в «Пусть говорят»: «Вере сейчас тяжелее всего. У неё как раз формировалась особая дружеская связь с мамой».
Он не сказал: «Мне тоже тяжело». Не сказал: «Я тоже потерял близкого человека». Он говорил о дочери. Потому что в этот момент его чувства перестали иметь значение.
Квартира: 20 миллионов и молчание Фролова
Через год выяснилось: Юлия переписала половину той самой квартиры на Александра Фролова. Хоккеист дал ей 20 миллионов — то ли на альбом, то ли на лечение, то ли просто так. Теперь он хотел их обратно.
Алдонин пытался договориться. «Я знаю, что есть документ, который даёт Фролову права на половину недвижимости. Пытаюсь выстроить диалог. Но он отмалчивается».
Фролов не отдал квартиру. Он потребовал деньги. И Алдонин заплатил. Потому что это была квартира Веры. Потому что дочь не должна разбираться с долгами, которые наделали взрослые. Потому что он — человек, который приезжает в аэропорт сообщать плохие новости, а потом тихо оплачивает счета.
Диагноз: Когда сдаётся организм
В ноябре 2021-го у него умерла мама. А вскоре врачи сказали: у вас рак.
Он не делал из этого шоу. Не собирал донаты, не заводил инстаграм-дневник борьбы. Просто поседел и продолжил работать. Он и сейчас борется. Тихо, без свидетелей, как привык за эти годы.
Вместо финала
Знаете, что самое страшное в судьбе Евгения Алдонина? Он всю жизнь был запасным игроком в собственной жизни. Запасным мужем — при живой жене, которая летала в Америку к другому. Запасным отцом — потому что Веру растили бабушки. Запасным героем — потому что о его болезни пишут в разделе «А помните...».
Он не жалуется. Он не даёт интервью о том, как ему тяжело. Он просто платит по счетам: бывшей жены, дочери, совести.
Говорят, порядочность — это когда никто не видит, а ты всё равно делаешь правильно. Евгений Алдонин — самый непопулярный, незвёздный, незаметный герой нашего времени. Просто потому, что не умел иначе.
P.S. Юлия когда-то спела ему: «Давай поговорим о любви». Они так и не поговорили. Всё время ушло на сборы, гастроли, самолёты. А теперь поздно. Осталась только Вера, седеющий отец и чувство, что самую важную партию они всё-таки проиграли. Хотя по очкам, кажется, выиграли.