Я сидела на полу в коридоре, обнимая за шею своего старого лабрадора Бимку, и плакала. Слезы капали на его поседевшую морду, а он, тяжело вздыхая, слизывал их своим шершавым теплым языком. От него пахло старостью, лекарствами и той особенной «псиной», которая появляется у животных, когда они перешагивают определенный возрастной рубеж.
Для меня этот запах был родным. Это был запах моего дома, моего детства, моей защиты.
А для моего мужа, Игоря, это был запах «вонючей псарни», который мешал ему жить.
Пять минут назад на этой самой кухне прогремел скандал, который разделил мою жизнь на «до» и «после». Игорь, брезгливо перешагивая через Бимку, который не успел быстро встать с прохода из-за больных суставов, сорвался на крик.
— Всё! Хватит! Я больше не могу! — заорал он, швыряя портфель на тумбочку. — Весь дом в шерсти! Я сегодня на совещании сидел, а у меня на пиджаке — твоя собака! На меня люди смотрели как на бомжа!
— Игорь, я чистила пиджак утром, — тихо возразила я. — Бим линяет, это правда, но ему четырнадцать лет...
— Да мне плевать, сколько ему лет! — перебил муж. — Он воняет! Он хрипит по ночам! Он занимает полквартиры! Я прихожу домой и хочу отдыхать, а не спотыкаться о полудохлого пса!
Он подошел ко мне вплотную и, глядя в глаза, произнес то, что висело в воздухе последние полгода:
— Выбирай, Лена. Или я, или эта старая собака. Срок — до завтра. Либо ты его усыпляешь, либо отдаешь кому угодно, хоть в приют, хоть на живодерню. Если завтра я приду и увижу его здесь — я уйду сам.
И ушел в спальню, громко хлопнув дверью.
История одной преданности
Чтобы вы понимали, почему этот ультиматум прозвучал для меня как выстрел в сердце, я должна рассказать про Бима.
Бим появился у меня, когда мне было двадцать. Его принес папа, маленький, пищащий комочек. Папы не стало через три года — инфаркт. Бим был единственным, кто выл на его похоронах так, что у людей стыла кровь в жилах.
Он был со мной, когда я защищала диплом. Он клал голову мне на колени, когда меня бросил первый жених перед свадьбой. Он лежал рядом со мной три недели, не отходя ни на шаг, когда я болела тяжелой пневмонией.
Он был не просто собакой. Он был последней ниточкой, связывающей меня с родителями (мамы не стало год назад). Он был моей семьей.
Игорь появился в моей жизни три года назад. Красивый, уверенный, перспективный. Бим принял его настороженно, но вежливо — он был воспитанным псом. А вот Игорь сразу невзлюбил «блохастого».
Сначала это были мелочи: «Не пускай его в спальню», «Помой ему лапы с хлоркой». Я шла на уступки. Я любила мужа и хотела мира в семье.
Но чем старше становился Бим, тем агрессивнее становился Игорь.
Бим начал плохо ходить — у него артрит. Игорь злился, что мы тратим деньги на хондропротекторы.
— Лучше бы мне новый телефон купили, а ты деньги в унитаз спускаешь! Это же собака, Лена! Расходный материал!
Бим стал хуже терпеть до прогулки. Пару раз случались казусы. Я молча убирала, мыла полы с дорогими средствами, проветривала. Игорь же устраивал показательные выступления с зажиманием носа и криками про антисанитарию.
Ночь раздумий
В ту ночь я не спала. Игорь демонстративно лег на краю кровати, отвернувшись к стене. А я ушла в гостиную, расстелила диван и легла рядом с Бимом на полу.
Пес тяжело дышал. Он чувствовал. Собаки всегда чувствуют, когда они становятся лишними. Он тыкался носом мне в ладонь, словно извиняясь за то, что он старый, больной и пахнет.
«Усыпить?» — пронеслось в голове. Убить друга, потому что он стал неудобен? Потому что он мешает карьере мужа?
Предать того, кто никогда не предавал меня?
Я смотрела на мужа. На человека, который клялся мне в любви «в горе и в радости».
Любовь? Разве любящий человек поставит тебя перед таким выбором? Разве он заставит тебя убить часть твоей души ради чистого пиджака?
Игорь спал сладко. Ему не мешала совесть. Он был уверен, что победил. Он был уверен, что я, 35-летняя женщина, которая боится остаться одна, выберу «штаны в доме», а не старую собаку.
К утру решение созрело. Оно было твердым, как гранит.
Я вытерла слезы. Встала.
И начала действовать.
Объявление
Игорь ушел на работу рано, не сказав мне ни слова. Только бросил через плечо:
— Чтобы вечером духу его здесь не было. Иначе пеняй на себя.
Как только дверь за ним закрылась, я села за компьютер.
Я открыла сайт объявлений. И написала текст.
«ОТДАМ В ДОБРЫЕ РУКИ. СРОЧНО».
«Отдам кобеля. Возраст — средний (выглядит ухоженно). Приучен к туалету (но иногда промахивается мимо ободка). Ест с рук, но очень разборчив в еде, требует деликатесов. Характер скверный, эгоистичный. Не переносит конкуренции. Считает себя центром вселенной. Часто скулит и жалуется на жизнь. Требует много внимания и ухода, но взамен дает только претензии. Отдаю в связи с тем, что он не ужился с моим верным и благородным другом. Самовывоз. Чемодан и вещи прилагаются».
Я распечатала это объявление.
Потом я начала собирать вещи.
Нет, не Бима.
Я достала большие чемоданы Игоря.
Его костюмы. Рубашки. Любимые галстуки. Носки, которые я стирала руками, потому что «машинка их портит».
Я складывала все аккуратно. Я же хорошая жена.
К вечеру коридор был заставлен сумками.
Бим наблюдал за мной с лежанки, склонив голову набок. В его глазах впервые за долгое время появился интерес.
«Покупатели» прибыли
Я позвонила своему брату, Мишке. Он давно недолюбливал Игоря, называл его «нарциссом».
— Миш, нужна помощь. Сценарий такой... — я быстро объяснила ему план.
Мишка заржал в трубку:
— Ленка, ты гений! Буду в 19:00. Как раз к приходу твоего принца.
В 18:50 домой вернулся Игорь.
Он вошел в квартиру с видом победителя. Огляделся.
Бим лежал на своем месте в гостиной.
Лицо мужа перекосило.
— Я не понял, — процедил он, не разуваясь. — Я что сказал утром? Ты что, оглохла? Почему псарня до сих пор здесь?
— Подожди, дорогой, — я вышла к нему навстречу, улыбаясь. — Не кипятись. Я все решила. Я подала объявление. Нашлись добрые люди, готовы забрать. Прямо сейчас приедут.
Игорь смягчился. Снял пальто.
— Ну вот. Можешь же, когда хочешь. Кто забирает? В деревню, надеюсь? На цепь?
— В очень хорошие руки, — уклончиво ответила я. — Тебе понравится.
В этот момент в дверь позвонили.
— О, это они! — я хлопнула в ладоши. — Иди, открывай. Ты же мужчина, ты должен передать... хм... животное.
Игорь, довольный, пошел к двери. Распахнул её.
На пороге стоял мой брат Миша и два его друга-качка, с которыми они ходили в зал. Вид у ребят был суровый.
— Здорово, — басом сказал Миша. — Мы по объявлению. За кобелем.
Игорь расплылся в улыбке:
— А, да-да! Забирайте! Давно пора! Проходите, он там, в комнате, воняет...
— Не, мужик, ты не понял, — Миша шагнул в квартиру, оттесняя Игоря. — Нам сказали, кобель тут в коридоре стоит. С чемоданами.
Игорь опешил. Он посмотрел на Мишу, потом на чемоданы, которые стояли вдоль стены (он их в темноте прихожей сначала не заметил). Потом на меня.
— Лена? Что это значит? Чьи это вещи?
Я подошла к нему. Взяла с полки поводок Бима. Но не для собаки. Я просто покрутила его в руках.
— Это твои вещи, Игорь. Чемоданы собраны.
— В смысле? — у него забегали глаза. — Ты что, выгоняешь меня? Из-за собаки?!
— Нет, не из-за собаки. А из-за того, что ты — человек с гнильцой.
Я протянула ему распечатанное объявление.
— Почитай. Это про тебя. "Характер скверный, требует ухода, взамен только претензии".
Игорь прочитал. Его лицо пошло красными пятнами.
— Ты... Ты унижаешь меня перед этими?! — он кивнул на парней. — Ты променяла мужа на старого пса?! Да ты пожалеешь! Кому ты нужна будешь в 35 лет с этой развалиной?!
— Мне нужна буду я. И мой верный друг, — спокойно ответила я. — Бим никогда не ставил мне условий. Он любил меня любой. А ты... ты любил только свой комфорт.
Миша положил тяжелую руку на плечо Игоря.
— Ну что, кобель, пошли? Самовывоз, как в объявлении. Мы поможем до такси донести, так и быть.
Игорь попытался дернуться, но силы были неравны.
— Лена! Ты дура! Ты сдохнешь в одиночестве в этой вонючей квартире!
— Лучше в шерсти, чем в дерьме, — отрезала я. — Ключи на тумбочку.
Развязка
Он ушел. Злой, униженный, сыплющий проклятиями. Парни проводили его до подъезда, проследили, чтобы он сел в такси.
Когда дверь закрылась, в квартире стало тихо.
Я зашла в комнату. Бим поднял голову и посмотрел на меня. В его мутных глазах читался вопрос: «Мы в безопасности?».
Я села рядом с ним на пол. Обняла его большую теплую шею.
— Все хорошо, Бимка. Мы дома. Никто тебя не отдаст.
Он вздохнул — глубоко, с облегчением, словно все понимал. И положил голову мне на плечо.
Эпилог
Прошел месяц.
Мы с Бимом живем вдвоем. Я сделала генеральную уборку, вызвала клининг, почистила всю мебель. Запаха больше нет. Точнее, есть запах дома, уюта и спокойствия.
Игорь пытался звонить, писал смс-ки, то с угрозами, то с извинениями. Говорил, что «готов простить мою выходку, если я усыплю пса». Я заблокировала его везде.
Моя жизнь не стала хуже. Наоборот. Я дышу полной грудью.
Бим, кстати, стал чувствовать себя лучше. Перестал писаться (видимо, это было на нервной почве из-за криков Игоря). Мы гуляем по вечерам в парке, кормим уток.
Недавно я встретила соседку.
— Лен, а где твой муж? — спросила она. — Давно не видно.
— Я его отдала, — улыбнулась я.
— Куда?
— В добрые руки. Но боюсь, вернут обратно. Уж больно характер тяжелый.
Соседка не поняла, но я и не стала объяснять.
Девочки, запомните: мужчина, который заставляет вас предавать тех, кто слабее и кто вам предан, — это не мужчина. Это ошибка, которую нужно исправлять. Желательно, с помощью чемодана и надежных друзей.
А вы когда-нибудь выбирали между мужчиной и питомцем? И вообще, имеет ли право муж ставить такие ультиматумы в квартире жены? Жду ваши истории в комментариях, давайте поддержим друг друга!
*Все события и персонажи вымышлены. Любые совпадения случайны.*