И ведь как все хорошо начиналось, а? Прямо скажу — культурно.
Подруга Оля пришла к Маше и говорит этак печально:
— Маша, ты не представляешь, какой ужас. Меня из квартиры выселиться попросили, в буквальном смысле иду на улицу. Хожу как неприкаянная, прямо хоть на вокзал. Можно я у тебя маленько поживу? Ну недельку, ну две. Я быстро, я на первый взнос коплю, ты же знаешь. А у тебя квартира под сдачу стоит, пустует.
Маша, конечно, сразу за сердце схватилась. Как же, подруга, еще с института. Вместе, можно сказать, на парах сидели, вместе зачеты сдавали, в буфете очереди занимали, а тут такое дело.
Машин муж, Петя, услыхал этот разговор и сразу нахмурился.
— Нет, — говорит, — Маша, я категорически против. Мы люди семейные, у нас свои проблемы, деньги надо выплачивать за ипотеку сыну, а тут не посторонний человек в квартире. И потом, ты же знаешь — рыбка портится с головы, а дружба портится с денежных вопросов. Это я еще у своего папаши слыхал.
А Маша как зальется слезами:
— Петя, ну какая же она посторонняя? Она же Оля, она мне как сестра. Ну как ты не понимаешь? У человека трагедия, а ты — «против». Ну пожалуйста, ну ради меня. Я тебе знаешь какие котлеты буду жарить! Я \вообще весь дом на себе тащить буду.
Петя посопел, посопел, посмотрел на Машины мокрые глаза, махнул рукой:
— Ладно, но только, чтоб официально, по закону договор аренды заключить. Срок поставим — ну, скажем, до декабря. И все дела. Потому что я, знаешь, порядок люблю.
Маша обрадовалась, побежала к Оле:
— Все, Петя согласный, только говорит, договор надо составить.
Оля говорит:
— Да ради бога, хоть три договора. Мне только бы куда приткнуться на время. И зарегистрируй меня в квартире.
- Только временно.
- Ой, Маша, мне для работы постоянно надо.
- Ладно, постоянно пропишем.
Составили договор. Красивый такой, на двух листах, с паспортными данными, с подписями. Срок проживания: с 15 ноября 2021 года по 15 декабря 2022 года. И прописали там все: и коммунальные платежи, и ответственность сторон, и что по окончании срока — будьте любезны, освободите помещение.
Оля въехала, вещички привезла, занавесочки повесила, цветочек на подоконник поставила. Живет, горя не знает.
А время, оно известно, летит быстро. Год пролетел — не заметили. Декабрь наступил, двадцатые числа.
Петя говорит:
— Маша, срок-то вышел, надо Оле напомнить, чтобы собиралась. Сын-то доучится, девочка у него, они уже хотели бы отдельно жить.
Маша вздыхает, но делать нечего. Написала Оле сообщение в мессенджере.
Оля отвечает:
— Ой, Маша, ну, прямо сейчас такая запарка на работе, а потом Новый год. Ну куда я в Новый год поеду? Давай после праздников? Честное слово, вот как штык.
Маша Пете говорит:
— После праздников, Петя, человек просит.
Петя зубами скрипит, но молчит.
Прошли праздники. Январь на дворе, мороз трещит. Маша снова пишет:
- Оля, когда квартиру освободишь?
Оля отвечает уже с некоторой даже ноткой обиды:
— Маша, ты меня гонишь, что ли? Я же не чужая. Я тут, между прочим, коммуналку исправно плачу. И вообще, мне на работе сказали, что квартиру дадут, но обещанного, сама знаешь, три года ждут. Подождите еще маленько, не пропадать же мне.
Маша Пете передает этот разговор. Петя рукой об стол ударил:
— Все, я больше не могу, выселять ее через суд будем.
Маша опять в слезы:
— Петя, ну как же в суд? Она же подруга! Что люди скажут?
А Петя уже не слушает. Надел пальто, пошел к юристу.
Юрист посмотрел документы, покивал головой:
— Дело верное, составим исковое заявление.
И написали иск о признании Олю утратившей право пользования, и о выселении без предоставления другого жилого помещения.
Тут такое началось!
Сначала в один суд подали, а оттуда говорят:
— Граждане, вы не по адресу. Квартира-то в другом районе, идите-ка вы туда.
Передали дело по подсудности. Петя прямо взмок с этой бюрократией.
А Оля, между прочим, как жила в квартире, так и живет, выселяться даже не думает, наоборот — обживаться стала. Еще один цветочек завела, герань.
Дошло дело до суда, сидят в зале: представитель истцов, то есть Пети с Машей (они, правда, лично не пришли, но представителя прислали — такой бойкий мужчина), Оля — ответчица, прокурор сидит.
Представитель истцов говорит:
— Уважаемый суд, истцы являются собственниками жилого помещения. Ответчица — бывший арендатор. Срок договора истек в декабре 2022 года. Два раза истцы уведомляли ответчицу — до 15 февраля 2023 года освободите, пожалуйста, помещение. И в 2024 году еще раз уведомили. А она не освобождает, нарушает права собственников. Прошу удовлетворить иск в полном объеме, и госпошлину три тысячи рублей взыскать в пользу Марии, потому что у супругов совместный бюджет и платила именно она.
Судья строго смотрит на Олю:
— Ответчик, ваши пояснения?
Оля вздыхает глубоко, как паровоз перед отправлением:
— Членом семьи я, конечно, не являюсь, хозяйство совместное не веду, но я коммунальные услуги, между прочим, оплачиваю исправно. И вообще, мне некуда идти. Я на свою квартиру коплю, но цены сейчас, сами знаете... Вы бы дали мне время, я бы квартиру сняла. Ну пожалуйста, ну прямо сил нет.
Прокурор встает, поправляет форменный пиНджак с карманАми, говорит веско:
— Полагаю, ответчик подлежит признанию утратившей право пользования и выселению без предоставления другого жилого помещения. Законных оснований для проживания не имеется.
Судья, исследовав материалы дела, выслушав стороны, суд установил: квартира площадью 40,5 квадратных метра принадлежит супругам с 2013 года. Оля проживает там с ноября 2021 года. Зарегистрирована, между прочим. Договор аренды был, да, срок истек, уведомления направляли, но выселяться отказывается.
Суд решил:
*Признать Олю утратившей право пользования жилым помещением.
*Выселить Олю из квартиры без предоставления другого жилого помещения.
*Взыскать с Оли три тысячи рублей госпошлины в пользу Маши.
Оля как услыхала — побелела вся, потом порозовела, потом говорит:
— А как же дружба? А как же мы в институте? А как же я коммуналку платила?
А судья ей уже объясняет, ровно так, по-научному:
— Отсутствие у гражданина иного жилого помещения не является основанием для ограничения прав собственника. Статья 30 Жилищного кодекса. И статья 35. И Гражданский кодекс, статья 304.
И ведь что характерно, суд-то выиграли, а на душе у Маши, скажем прямо, не очень. Подруга, считай, потеряна. И квартира теперь пустая стоит, и цветочек Олин на подоконнике остался — герань, кажется. Поливать некому. А сын давно снял свою квартиру в другом районе и переезжать отказывается.
Петя говорит:
— Ну чего ты раскисла? Все по закону сделали. И договор был, и срок прошел, и предупреждали.
А Маша молчит. Потом тихо так:
— А помнишь, Петя, как мы в институте с Олей в буфете за одной сосиской в тесте очередь занимали?
- А она это помнит? Решила, что раз зарегистрировали ее по дружбе, то жить там вечно будет, как в своей квартире.
Но это уже, как говорится, лирика. А решение суда вступило в законную силу.
*имена взяты произвольно, совпадение событий случайно. Юридическая часть взята из:
Решение от 23 июня 2025 г. по делу № 2-1613/2025, Курчатовский районный суд г. Челябинска