Иван сидел на старой деревянной скамейке во дворе, согретой полуденным солнцем. Рядом, прижавшись к его ноге, лежал Грей — огромный лохматый пёс с густой серой шерстью, в которой уже пробивалась седина. Когда‑то его шерсть сияла серебристым отливом, а теперь потускнела, словно подернулась пеленой времени. Пёс едва шевелился, лишь время от времени поднимал тяжёлую голову, будто хотел что‑то сказать, но не находил сил.
Иван медленно, бережно гладил его по голове, чувствуя, как под шерстью проступают рёбра. Последнее время Грей совсем плохо ел.
— Друг, ты чего? Не смей меня бросать. Год назад Лялька ушла… Ты что, мы с тобой вдвоём. Давай выкарабкивайся, — шептал он, и голос его дрожал.
Встреча, подарившая счастье
Мысли унесли его в прошлое — на тринадцать лет назад. Тогда он возвращался с работы, уставший, с тяжёлой сумкой в руке. Путь пролегал мимо старого оврага, заросшего крапивой и чертополохом. Вдруг он услышал плач — тонкий, отчаянный.
У края оврага металась девушка. Её рыжие волосы, выбившиеся из‑под капюшона, горели на солнце, а зелёные глаза были полны слёз.
— Девушка, что у вас случилось? — окликнул он.
— Беда, — всхлипнула она. — Мальчишки бросили в овраг крошечного щенка. Он еле слышно пищит… Он ведь погибнет!
Иван не раздумывал. Скинул сумку, стянул рубашку и полез вниз. Овраг был крутым, земля осыпалась под ногами, колючки рвали кожу. Он едва не сорвался, но всё же добрался до маленького дрожащего комочка — серого щенка с большими испуганными глазами.
Девушка схватила малыша, прижала к груди, заплакала от облегчения. Потом подняла взгляд на Ивана — и он пропал. Эти зелёные глаза, полные благодарности и тепла, пронзили его насквозь.
— Пойдёмте ко мне, — сказала она. — Я рубашку застираю, руки обработаем.
Он немного помялся, но пошёл.
В её квартире пахло ванилью и свежеиспеченным булочками. Она напоила его чаем, пока он пил, быстро застирала рубашку, а потом достала шприц и начала кормить щенка молоком. Малыш пищал, девушка плакала, а Иван неловко пытался их успокоить.
Щенка назвали Греем — в честь его серебристой шерсти. С тех пор Иван и Ляля стали встречаться каждый день. Грей рос, превращаясь в огромного, добродушного пса, обожающего свою хозяйку. Даже когда Иван и Ляля поженились, пёс ходил за ней по пятам, словно тень.
Потеря
Однажды Грей начал вести себя странно. Он метался по дому, скулил, прижимал уши. Жался к Ляле, заглядывал ей в глаза. Иван и Ляля не понимали, что с ним. А потом Ляля стала быстро худеть.
Врачи вынесли приговор. Операция дала лишь короткую отсрочку.
Всё это время Грей не отходил от её постели. Иногда садился рядом, клал голову на подушку и смотрел на неё — молча, преданно. Ляля гладила его и шептала:
— С тобой мне легче. Меньше болит. Ты словно боль на себя забираешь. Дорогой ты мой.
А потом её не стало.
Два дня Грей выл — протяжно, душераздирающе. Его вой сливался с рыданиями Ивана. Они остались вдвоём — два одиноких сердца в пустой квартире.
Последний путь
Сегодня был ровно год со дня смерти Ляли.
Иван встал на рассвете. Грей долго не поднимался, вздыхал, бродил по квартире, словно прощался. Иван ждал у дверей, сжимая в руках букет белых роз — Ляля их обожала.
— Пойдем дружище, нас Ляля ждет.
На кладбище было тихо. Они дошли до могилы. Иван убрал засохшие цветы, поставил свежие, присел на лавочку. Грей постоял у могилы, потом подошёл к Ивану, положил голову на колени.
Иван гладил его, и сердце сжималось от тоски. Грей прилег у ног Ивана.
Прошло около получаса.
— Ну что, Грей, пойдём домой. Лялечку проведали, пора домой, — сказал он.
Пёс не ответил.
— Грей? Грей! — Иван присел перед ним на корточки.
Грей не дышал.
Иван опустился на колени и завыл — так же, как когда‑то выл Грей.
— Что ж вы наделали? Ляля, Грей… Зачем вы меня бросили? Я теперь совсем один. Лялька, теперь ты не одна — твой лучший друг ушёл к тебе, а меня оставил. Зачем мне возвращаться домой, в эту пустую квартиру? Меня никто не ждёт…
Он долго стоял на коленях согнувшись, как старый дед, и рыдал. То еле слышно, то навзрыд. Потом согнулся совсем и уткнулся в шерсть пса. Еще долго, в глубине кладбища, были слышны рыдания, взрослого мужчины.
Новая надежда
Грея Иван похоронил в том самом овраге, где когда‑то нашёл его крошечным щенком.
Стал выбираться — и вдруг услышал писк.
Присмотрелся. В старой листве, свернувшись клубочком, сидел маленький серый котёнок. Он дрожал и жалобно мяукал.
— Ты как сюда попал? — прошептал Иван.
Он осторожно достал его, согревая в ладонях. Котёнок был худым, грязным, но живым.
Дома Иван искупал его, налил молока в блюдце. Сам сел рядом, прямо на пол.
— Ну что, друг, будем жить вместе? Я так понимаю тебя мне сверху послали. Ляля и Грей решили позаботиться обо мне. Вдвоём жить веселее, — сказал он, беря котёнка на руки.
Тот уткнулся носом в его ладонь, замурлыкал и уснул.
Иван так и сидел на полу, глядя в пустоту. Но в груди, где ещё недавно была лишь тьма, затеплился слабый огонёк. Теперь в его пустой квартире, кто-то будет ждать его по вечерам. И даже если не хочется, домой придется возвращаться, чтобы накормить и приласкать маленький комочек.