Это был первый альбом Deep Purple, который более полувека назад мне довелось услышать. Много позже я узнал, что у знаменитого рок-вокалиста Майкла Монро это был первый рок-альбом, который он когда-либо приобрёл. Аналогично гитарист-виртуоз Ингви Мальмстин говорил, что его старшая сестра подарила ему «Fireball», когда ему было восемь лет, и «это для него изменило всё».
В июле этого года ему исполнится 55 лет. Даже не верится, что по прошествии такого количества времени он не утратил всей прелести своего первозданного очарования и стилистического разнообразия. А после своего выхода «Fireball» достиг позиции №1 в «UK Albums Chart», а также возглавлял чарты ещё в ряде европейских стран. В Северной Америке он превзошел своего предшественника «In Rock», заняв 32-ю строчку в США и 24-ю – в Канаде.
Примечательно, что большинство участников состава «Mark II» не считают этот альбом классическим, а вот у Иэна Гиллана он в числе самых любимых. И он объяснял почему: «Причина, по которой мне он так понравился, заключалась в том, что я думал, что с сочинительской точки зрения это действительно начало огромных возможностей самовыражения. И некоторые треки на этом альбоме действительно очень изобретательны».
В свою очередь идейный вдохновитель этого периода Deep Purple гитарист Ричи Блэкмор заявил, что он не слишком им доволен: «… на «Fireball» нет ни одной достойной песни. Это личное. Я бы никогда не стал его слушать... Это была своего рода катастрофа, потому что работа над ним велась в студии. Было давление со стороны руководства, и у нас не было времени. «Вы должны сыграть здесь, здесь и там, а потом записать пластинку». Я же сказал им: «Если вы хотите пластинку, вы должны дать нам время». Но они не захотели. Я просто подбрасывал группе идеи, которые приходили мне в голову под влиянием момента».
Вспомним, однако, насколько Ричи ненавидел любое внешнее давление. Отмечу, что после появления в июне 1970-го альбома «Deep Purple In Rock» группа находилась в нескончаемом турне, продолжая играть концерт за концертом, чтобы сконвертировать успех этой пластинки, не выпадавшей целый год из «Топ-30» альбомных чартов. Менеджмент действительно и слышать не хотел, что парням нужен был перерыв, чтобы сочинить что-то новое, поскольку жёсткие правила музыкального бизнеса диктовали: «Куй железо, пока горячо». Поэтому «Fireball» писали в редкие гастрольные каникулы периода с сентября 1970-го до июня 1971 года в лондонских «De Lane Lea Studios» (как и его предшественник), а также в «Olympic Studios», располагавшей оборудованием для 16-канальной записи.
В довесок ко всему, у ряда участников группы именно в этот период на первый план вышли вопросы их здоровья. Так, у клавишника Джона Лорда обострились болевые ощущения в спине, впервые появившиеся ещё в стародавние времена, когда ему приходилось самостоятельно таскать орган Хаммонда без помощи дорожной бригады, а у басиста Роджера Гловера возникли проблемы с желудком, которые несколько раз мешали ему выступать вживую.
Гитарист Ричи Блэкмор считал, что текущий успех группы во многом был достигнут благодаря ему, и именно на этой стадии существования состава «Mark II» начал конфликтовать с вокалистом Иэном Гилланом. Но не следует думать, что исключительно из-за этого Ричи по отношению к этому релизу встал в антитезу к Гиллану.
Басист Роджер Гловер тоже был не очень доволен альбомом «Fireball», посчитав, что музыканты, возможно, слишком далеко ушли с ним в прогрессив: «Много «дров было наломано», употреблено алкоголя, «встречено привидений», зажарено яиц, сыграно блюза и вымучено музыки».
А вот клавишник Джон Лорд отмечал, что этот релиз «слегка блуждает» и «попадает в места, в которые группа не ожидала от него». Тем ни менее в целом он сказал по поводу этой пластинки следующее: «Я думаю, что в музыкальном плане это хороший альбом, гораздо лучший, чем некоторые считают, но он много потерял. Было слишком мало связей между сессиями. В «In Rock» мы пытались донести свою мысль, и это удалось. «Fireball» – гораздо более мелодичный альбом, более фанковый. И он ближе к тому, что я хотел бы от рок-альбома, чем предыдущий».
Что же касается Иэна Пэйса, то он в целом заметил, что здесь некоторые композиции дают барабанщику больше ритмической свободы, чем просто «помахать руками больше, чем обычно». При этом, со слов Гиллана, Пэйс в этот период охотно экспериментировал со звуком: ходил вне студии с малым барабаном и колотил в него, отмечая изменения звучания. В результате зачастую для записи ударную установку располагали в коридоре. А его знаменитый двойной парадидл в песне «Fireball» появился, когда Иэн одолжил дополнительный бас-барабан у Кита Муна из группы The Who, которая записывалась в той же студии, и оставила на какое-то время свою ударную установку. Примечательно, что на концерты для исполнения этой композиции специально выносили вторую «бочку».
Заглавная песня (и сам альбом) начинается со звука включающегося кондиционера, записанного помощником звукоинженера Майком Торном. Эта композиция часто упоминается как одно из самых ранних влияний на последующее развитие спид- и трэш-метала. Она открывает альбом в стремительном темпе, что действительно является фонетическим отображением названия трека. Это своего рода смесь их собственной «Speed King», «Immigrant song» Led Zeppelin и «Easy Livin» Uriah Heep: в трёх минутах вмещается больше идей, чем большинстве альбомов за сорок.
Следующие два трека хорошо сочетаются друг с другом. «No No No» – мощная, более структурированная вещь с блюзовыми интонациями под пульсирующий заводной бас, подчеркнутый прифанковой гитарой Блэкмора. Эта стилистика, вероятно, навеяна Шугги Отисом, которым, по словам Гловера, вдохновлялся в те времена Ричи. А Пэйс расслабленным барабанным битом обеспечивает фон к лирике, отражающей неприятие к тем людям, которые тебя окружают, поскольку многие из них весьма алчны и агрессивны.
«Demon's Eye» – блюз-роковая композиция среднего темпа с заразительной мелодией. Гиллан – по-прежнему отличный скример, уверенность Блэкмора поражает, а Пэйс демонстрирует, что безусловно остаётся одним из лучших барабанщиков в мире рок-музыки.
Отмечу, что в японских и североамериканских изданиях эту песню заменили на ударный хит «Strange Kind of Woman», вдохновлённый музыкой в стиле буги и выходивший синглом. Когда Deep Purple исполняли её на концертах, Гиллан и гитарист Ричи Блэкмор устраивали гитарно-вокальную дуэль в середине. Это всегда заканчивалось чрезвычайно долгим, пронзительным криком Иэна, после чего группа возвращалась к исполнению оригинальной версии.
Иэн Гиллан – в отличной вокальной форме на протяжении всего альбома, но явно получает удовольствие, исполняя «Anyone`s Daughter». Это самая необычная песня, которую когда-либо записывали «Пёплы». В ней есть кантри-роковый оттенок, поддерживающий ироничные тексты, повествующие историю различных любовных побед Гиллана. Превосходное экстравагантное произведение, к которому Блэкмор добавляет тонко мелодичную слайд-гитару и кантри-перебор, а Джон Лорд – стильное хонки-тонк пианино. Её записывали на первой же сессии в сентябре 1970-го, может поэтому она слишком, уж, стилистически отличается от остального материала. Дальнейшие песни для альбома был отрепетированы в декабре 1970-го в Уэлкомб-Мэнор, Девоншир. Группа даже отменила несколько живых выступлений, чтобы собрать материал, который мог бы послужить продолжением альбома «In Rock».
Вторая сторона оригинального лонгплея вышла совершенно иной, но всё равно она содержит три отличных длинных произведения. «Fools» имеет обманчиво мягкое вступление, в котором Гиллан мягко напевает «I'm crying» на фоне мелодичного шлифа, но когда Ричи Блэкмор вводит основной рифф, Иэн взрывается самым агрессивным вокальным исполнением. Здесь парни доказали, что они не утратили полностью связь с прогрессив-роком, не срываясь полностью в пучину хард-рока. Общее настроение песни – меланхоличное и интроспективное.
С точки зрения текстов это самый интересный трек, а великолепно атмосферный гитарный брейк Блэкмора лишь усиливает напряжение, пока мы приближаемся к возвращению главной темы. Это соло было сыграно с использованием регулировки ручки громкости. Такой «виолончельный» эффект в своё время смутил многих поклонников группы в СССР, а в советской прессе даже писали, что Блэкмор исполнил этот фрагмент на виолончели. И это при том, что к тому моменту он даже ещё не приступил к обучению на ней играть.
В закрывающей альбом «No One Camе» партия клавишных Джона Лорда была замедлена, затем ускорена на плёнке, реверсирована и перегружена в случайном порядке. Да и вся аранжировка, где джемово переплетающиеся инструментальные линии прекрасно соединились, была не очень типична для записей группы. А вот текст – история о карьере певца, начиная с амбициозных начинаний и заканчивая полным забвением себя и своей музыки – был неожиданно написан барабанщиком Иэном Пэйсом. Многие увидели здесь сильное влияние Боба Дилана, да так оно и было.
Но я сделаю особый акцент на скрытой инструментальной жемчужине альбома – композиции «The Mule». Это довольно сдержанное психоделическое произведение с одним из тех риффов, которые сразу звучат знакомо, а Лорд получает удовольствие, выпуская свой Хаммонд ближе к финалу. Как и большинство вещей состава «Mark II», она в равной степени принадлежит авторству всего квинтета – Ричи Блэкмору, Иэну Гиллану, Джону Лорду, Роджеру Гловеру и Иэну Пэйсу.
Но подождите минутку… Наберите название трека в любой поисковой системе, и на экране появится шестое имя автора – вокалиста Jethro Tull Иэна Андерсона… Как же так? Может мы чего-то не знаем, и где-то в параллельной вселенной существует живое исполнение «The Mule» с марафонным соло Андерсона на флейте? Но нет. Это так пошутил алгоритм поисковиков. Пэйс иронично это комментирует: «Я могу категорически заявить, что при создании «The Mule» не было никакого влияния «Aqualung» (знаменитого альбома Jethro Tull, появившегося в это время – прим.). Так, уж, получилось, что Андерсон – это мое второе имя – Иэн Андерсон Пэйс». Таким вот образом, живя в век интернета мы получаем такие казусы.
Кстати, лирический герой песни «The Mule» (Мул) – вовсе не гибрид жеребца и ослицы и не наркокурьер, как это слово ещё означает на сленге. Если вы читали цикл научно-фантастических романов Айзека Азимова «Основание» или хотя бы видели недавно вышедший 3-й сезон его экранизации, то должны знать, что Мул – это злобный персонаж, покоряющий галактику. Фронтмен группы Иэн Гиллан, сочинивший лирику к песне, признался, что она была «вдохновлена Азимовым.… Его обязательно читали в 60-е и 70-е годы».
На сцене Гиллан часто предварял «The Mule» комментарием: «Эта песня полностью о Люцифере и некоторых его друзьях». У Пэйса, однако, имеется свой, интересный взгляд на вступительный текст: «Никто не видит того, что ты делаешь,/ Потому что я стою перед тобой./ Но ты всё время управляешь мной». «Это всё обо мне», – настаивает он. – «Я стою за спиной Иэна на сцене, я подстегиваю его своей игрой. Это очень милая, тонкая лирика. Она ускользала от меня десятилетиями. Возможно, Азимов вдохновил Иэна, но, вслушиваясь в эти тексты, я могу придать им индивидуальность. Я никогда не задумывался об этом, пока однажды вечером вокал на сцене зазвучал особенно громко, и я подумал: «Подождите, я же никогда раньше этого не замечал»».
Но вернёмся к музыке. Ряд экспертов считают, что на «The Mule» представлен лучший инструментальный материал «Пёплов». Песня начинается со звука быстрого встряхивания тамбурина. Это длится первые 10 секунд, прежде чем гитарист Ричи Блэкмор, басист Роджер Гловер, клавишник Джон Лорд и Пэйс начинают играть свои партии. Вступительный гитарный рифф, напоминающий звуки фанфар, звучит в течение первой минуты песни. Вскоре вступает Иэн Гиллан. Последние 3,5 минуты – инструментальные, состоящие из звучных соло Блэкмора и Лорда.
Динамичный ритм и мелодия создают атмосферу напряжения и движения. Гитара и клавишные добавляют психоделические элементы, что усиливает общее ощущение нестабильности и напряжения. Экспериментальные звуки органа Джона Лорда переходят от мелодических и лёгких к искажённым и тяжёлым. И центральное место занимает барабанная партия Иэна Пэйса, создающая ощущение энергичности и беспокойства.
«The Mule» содержит нетипичный повторяющийся барабанный ритм, вдохновлённый, как оказалось, манерой игры Ринго Старра. Действительно, точность и последовательность ударного бита Пэйса такова, что его можно было бы записать на магнитофонную ленту. «Идея взята из «Tomorrow Never Knows» (с альбома «Revolver» The Beatles – прим.)», – комментирует Пэйс. – «Ринго играет замечательно, но его манера исполнения гораздо мрачнее и жутковатее, чем у меня. Я просто взял ритмические акценты и сыграл их чуть более жёстко. Я – большой поклонник Ринго. Он – один из величайших невоспетых рок-н-ролльных барабанщиков. Каждая песня, которую он исполняет, звучит великолепно».
Песню записывали в январе 1971-го в лондонской «Olympic Studios». «Запись «The Mule», скорее всего, была сделана во время джема или послеобеденного сочинительства, потому что в те дни мы всё ещё пользовались репетиционными залами», – вспоминает Пэйс. – «Однако с записью не обошлось без проблем. В те дни мы использовали ленту с восемью дорожками. Иногда для получения различных эффектов бобину вставляли в магнитофон наоборот, чтобы иметь возможность записываться в обратном порядке. Этот приём часто использовали The Beatles. У вас были бы звуки, то усиливающиеся, то затухающие, и вы могли бы добиться замечательных эффектов.
На середине записи наш инженер перевернул бобину. Но вместо того, чтобы перейти к одному из чистых треков, он случайно стёр запись моих барабанов. Комплект ударных, который я использовал для записи, был упакован и уже отправлен на грузовике в Европу, так что на следующий день нам пришлось вернуться с другим комплектом. Из-за того, что он был другой, барабаны звучали по-разному, как бы мы их тщательно не настраивали. Поэтому, когда вы слушаете «The Mule» и доходите до середины, то звук барабанов значительно меняется».
Роджер Гловер подтверждает: «В спешке был взят комплект напрокат, и Иэну пришлось заменить половину песни новыми барабанами».
«The Mule» исполнялся Deep Purple во время их турне 1971-73 годов, а в августе 1972 года был записан вживую для альбома «Made in Japan». Во время этого живого выступления, как и большинства других, Пэйс исполнил 6-минутное соло на ударных.
Когда «Пёплы» в конце концов убрали «The Mule» из концертных сетов, барабанное соло стали включать в другие композиции. Пэйс рассказывает: «Раньше мы включали одно из них в «Speed King» и пару других треков, где ритм был хорошим началом, и я мог просто раскачиваться, пока у меня не закончатся идеи, надеясь затем вовлечь остальную группу. Сегодня «The Mule» вновь появилась на живых выступлениях. Мы вернули песню, потому что многие люди хотели её услышать. Правда, она значительно сокращена – соло на ударных длится всего две-три минуты. Но в наше время этого, вероятно, достаточно».
Действительно, поклонники «Пёплов» всё ещё любят эту с налётом психоделии странную гремучую смесь из Азимова, «Битлз» и ударного вдохновения участников состава «Mark II». С момента своего появления она вдохновляла не одно поколение музыкантов, и не только барабанщиков. Легенда, чего, уж там.
Ну, и в качестве заключения: «Fireball» – это потрясающий альбом большой зрелости. Кажется невероятным, что он был записан в то время, когда рок 70-х был ещё младенцем. Даже сегодня он обладает жизненной силой и энергией, которые выделяют его среди всего остального, не только благодаря Deep Purple, но и тысячам групп, впоследствии оказавшихся под их влиянием.
☑ Если понравилась статья, не стесняйтесь ставить лайк и делать комментарии!
➤ Чтобы не пропустить новое, подписывайтесь на канал
☢️ Другие статьи этой тематики: