Несмотря на яркий солнечный свет, в воздухе была какая-то дымка, которая не позволяла видеть дальше десяти метров.
– Скоро станет легче видеть, – объявил Рояль. – Это какие-то микрочастицы, я их вижу. Они лёгкие, и теперь оседают, но пройдут дни и дни, чтобы воздух очистился. Собственно, Координатор так и затемнял здесь солнечный свет. Теперь он убрал затенение, но процесс долгий и посветлеет не скоро. Классный этот Координатор, ведь кроме этой природы ни одного доказательства своего пребывания в этом мире не оставил.
– Классный то классный, но если здесь есть вулканические трещины побольше, то мы можем здорово в них загреметь, – Бриз взглянул на Кита. – Пообщайся с Миром!
Никита уселся на землю и нахмурился.
– Не получается! Я здесь не чувствую ничего, нужен профессиональный проводник. Уж очень все здесь чуждое, пока-то мир перестанет воспринимать это как прыщ.
Бриз усмехнулся.
– Делов-то куча! Проводник, так проводник, – потом закрыл глаза и позвал, – Андрюша, нужна помощь!
Они появились почти сразу. Все. Настороженные, вооружённые до зубов. Павла без разговоров повисла на шее Бриза. Никита завистливо вздохнул и отвернулся, но ахнул, когда рядом оказался Делия и Федя.
– Какого, ты её приволок?! – красные пятна бешенства выступили на его скулах.
– Не возникай! – добродушно проговорил Федя. – Я рассчитал счастливое число. Мой учитель отправил нас, потому что у него предчувствие.
Павла взглянула на сердитого Никиту, потом на прячущуюся за спиной Мика Делию, и пророкотала:
– Ты что ль его суженая? И правда, Шемаханская царица! Пошли ужо с нами. Не бойся! Ишь как фыркает! Ничего, мы братца быстро окоротим.
– Видишь?! – возмутился Кит. – Они Дельке сейчас мозги снесут!
– Остынь! – одёрнула его Павла. – В таком деле пара не помеха, а подмога. Не злись, а ты пошли с нами.
Ильмени мгновенно превратилась в дракончика, который бодро засеменил рядом с валькириями. Кит сердито засопел, когда услышал, как Бриз ментально рассказывал Андрею про ильмени и Никиту. Увидел, что и Павла разговаривает о чём-то с ильмени, а та весело скалилась.
И тут на Кита накатило. Он понял, что это – счастье. Ведь если он застрянет в картине, то Делька не будет так ужасно одинока и у его сына будут двоюродные братья и сестры. Делька за его спиной ахнула.
Потом оказалось, что он лежит на чёрной сожжённой земле, а его целует и целует Делька, а его руки ласкают её горячее тело. Когда Никита смог остановиться, то обнаружил, что все стоят к ним спиной и не подглядывают. Никита встал и обнял Дельку.
(Как я посмел её напугать? Ведь она совсем малышка! Моя нежная и горячая малышка и мать моего сына.)
Он встряхнул головой отгоняя желание не только целовать Делию и пророкотал:
– Выкрутимся! – красавица, закрыв глаза, слушала его, налетела на его уверенность и успокоилась. Он подхватил её на руки, поцеловал. – Только почему ты опять босиком, детка? Ты что, не видишь, какая здесь почва? Твои ножки они такие… Короче, я не хочу, чтобы ты их поранила.
Делия, поняв, что он так и останется для неё загадочным героем, стала ещё счастливее и красивее, чем была раньше, приобрела сапоги, украшенные самоцветами, и сногсшибательный комбинезон, золотой, конечно. Она лукаво улыбнулась.
– Так лучше?
Никита обнял её за талию и пошёл вперёд.
– Почему туда-то? – поинтересовался Андрей.
– А по фuгy! Везде всё едино и ничего не чувствую, – отмахнулся Кит.
Андрей закрыл глаза и нахмурился.
– Что это за кладбище природы? Куда мы попали?
Рояль оскалился.
– Это кладбище бесплодных попыток и идей. У того, кто это делал, был неверный образец прекрасного. Он хотел сделать, как нравится тем, кто создавал галактику, но не учел, что у каждого Мира свой взгляд на прекрасное.
– Может Норт и Найги похожи? – выдвинул предположение Мик.
– Нет, у меня подозрение, что Норт, переделывают миры под себя, а Найги – себя самих, – Бриз пожал плечами. – Нет, не со зла, а просто, чтобы жить! По-моему, в этом-то и причина их конфликтов. А знаете, эта галактика со всеми её мирами, это что-то вроде заповедника, а Тёмные Земли – гостиница, откуда можно рассмотреть этот мир.
Они какое-то время шли молча, но потом обнаружили под ногами колею.
– Вот уж не думал, что здесь есть дороги, – пробурчал Болюс.
– Ну, ведь как-то разведчики Найги первый раз смогли протащить оборудование для маяка! Координатор закрыл от них возможность проникнуть сюда сверху, так они понизу проскользнули, – Мик отстранил всех и стал осматриваться. – Нам туда!
– Почему? – Андрей приложил руку к глазам, кроме колеи, местность была весьма однообразна, чёрная земля и сгоревшие пеньки деревьев. – Ты не думай, что я вредничаю! Мне просто интересно!
– Вы что, правда, не видите? – Мик поднял брови, потом присел на корточки и поскрёб землю руками. – Видите?
Все озадаченно осматривались, в колее кое-где просматривалось разрушенное дорожное покрытие – каменные плиты, но в направлении, показанном Миком, плиты сохранились лучше.
Теперь маги шли с закрытыми глазами. Видимость становилась всё лучше, но, тем не менее, пейзаж сохранил инфернальность: серо-красные пески, чёрные скалы и необычные багрово-фиолетовые скелеты кустов, похожих на кораллы.
Рояль остановил всех через полчаса:
– Стоять! Я разобрался! Это уже не Тёмные земли. Короче, приготовьтесь!
– К чему? – нахмурился Никита.
– Не знаю, просто маги, не хлопайте ушами, а приготовьтесь. У меня предчувствие. Кит, а вот ты перенеси нас к концу этой дороги.
Никита кивнул, и они оказались перед огромной расщелиной-оврагом, через которую пролегал мост, опирающийся на мощные каменные опоры. С другой стороны оврага стоял их знакомый танк, облепленный гачами. Гачей было десять.
Маги, внимательно рассматривали врага, те магов. Ни те, ни другие не решались нарушить сторожкую тишину.
Из танка вылез очередной киборг, правда наряженный в местный костюм. Киборг сел верхом на ствол танка и осведомился:
– Надо думать, маяка нет? – Никита зло сощурился и, взглянув на него, сжал руку в кулак. Киборг свалился, потом поднялся и вздохнул. – Зря ты так, я не он!
– Звучит неубедительно, – холодно произнёс Никита. – Кстати маяк до нас грохнули.
– Надо же! Он опять опоздал! – пожал плечами киборг и стал похожим на пожилого человека. – У вас есть шанс его опередить.
– Ты выступаешь против хозяина? – Кит остро взглянул на киборга. – Почему?
– Он хотел, чтобы тот всё понял, но не смог! В сущности, он, как все люди, хотел быть счастливым.
– Неужели, а почему же он сделал второй ход? – Кит нахмурился. – Что это за счастье.
– Он хотел свободы и любви!
Кит в сомнении покачал головой, но потом спросил:
– Скажешь, где они?
Киборг, как его зеркальное отражение, покачал головой.
– Не могу! Ты же его уничтожишь.
– А когда он убивал? Убивал живых людей. Женщин, детей… Пора платить долги!
– Так это ты изменил ход? – взвизгнул киборг.
Гачи прыгнули все разом, но многие не успели перескочить расщелину, маги ударили огнём и несколько гачей осыпались черным пеплом на останки шоссе.
Кит, в руках которого зазмеилась цепь, сплетённая из молний, бил ею не переставая, гачи уворачивались и плевались.
Было трудно! Эти гачи умели воевать с магами, и были серьёзными бойцами. Они постоянно исчезали, и Рояль все силы тратил на то, чтобы их можно было видеть, поэтому не мог воевать.
Удары молний, шелест огненных шаров, крики, потом наступила тишина. Кит лихорадочно искал Делию глазами, мечтая только об одном, чтобы жива была, сердце, сжавшееся в ужасе, наконец, начало стучать. (Жива гадинка!)
– Убью! – зарычал он, хватая ильмени за хвост, но вместо трёпки, целовал её трясущиеся лапки с когтями. Он понял, что она сражалась, потому что на когтях был мех гачей.
– Помоги им, любимый! – отдышавшись, прошептала Делия. – Им очень больно!
Он оглянулся. Белый от ярости Бриз, что-то негромко говорил Павле, та вся в крови молча слушала и плакала. На земле, вздрагивая от боли, лежали две валькирии, у обоих были разворочены грудные клетки.
– Когда? Кто? – ахнул Кит.
– Киборг – тварь! – прохрипел Федя. – Это он чем-то их шарахнул. Но я кое-что сделал. Теперь игроки сдохнут, а не создадут свои копии!
Кит положил руки на землю, пытаясь разобраться, что с энергетикой девчонок, и понял – никаких шансов. Мало того, что они потеряли много крови, гачи успели их отравить. Он покачал головой, не зная, что можно сделать, а обе подруги были счастливы, что спасли Павлу.
Болюс отодвинул всех и наклонился над Лизаветой.
– Прости, лада! Прощай! – просипела та.
Ученик некроманта сорвал с себя меховую поддергайку, в руках появилась синяя жемчужина, и он стал рисовать ею портрет Лизаветы, Рояль кивнул, протянул руку, Болюс сунул ему в руки чёрную жемчужину. Некромант принялся за портрет Ульяны на своей куртке.
– Зачем? – хрипло спросил Мик, рука которого была ободрана щупальцем гача.
– Только так удастся сохранить их личность, – просипел дварф Федя.
Бриз закрыл глаза, и волны света потекли с его рук на валькирий. По мере того, как волны света долетали до них, те всё больше бледнели, неожиданно нарисованные портреты заиграли красками, а девушки затихли.
– Девоньки, подруженьки родные! Как же я без вас-то? Я же с ними была с рождения! – Павла плакала навзрыд.
– Теперь ты знаешь, что такое доверие, – Бриз кивнул и жёстко закончил. – Пора научиться верить мужчинам, королева! Это ты в бою подставилась, и они пожертвовали собой. Запомни это и не повторяй своей ошибки! Тебе ведь править и править.
Никогда ни один мужчина не говорил ей такие слова, и даже если бы сказал, то она не обратила бы на это внимания. Она мысленно шептала: «Он только мужчина, они все истеричные, эгоистичные, самовлюблённые слабаки! Слабаки-слабаки! Только женщины – защитники. Все мужики только охотиться могут».
Бриз, играя желваками, отвернулся, он услышал её мысли.
– Лоис, не переборщи! – шёпот Никиты в голове. – Они даже не знают, какие они хрупкие и ранимые!
После сказанного он посмотрел на свою гадину. Он хотел наглядеться на неё, до того, как отправить домой. Делька в золотом платье, украшенном черными камнями, цеплялась за него и шептала:
– Не уйду – не уйду! Лучше убей, мой господин!
– Гадинка, да я без тебя дышать не могу! – Никита прижал её к себе.
– Это Делька такая! – горько прошептал Бриз. – А Павла – танк...
Бриз и не знал, что ильмени, желая помочь Павле, позволила услышать ей этот разговор. Будущая королева резко повернулась и увидела, как Никита ласкает свою красавицу, которая шептала: «Мой, мой, мой!»
У Павлы защемило сердце. Она тоже хотела, чтобы и на её теле безумствовали руки Бриза, и чтобы она шептала ему: «Не уйду, господин, лучше убей!». Павла ошеломлённо разглядывала его. Как же она не видела, как тот могуч? Бриз мельком взглянул на неё, подошёл к Мику и стал лечить его руку.
Она почувствовала непривычную сухость во рту.Ей показалось, что между ней и Бризом возникло отчуждение. Ей стало холодно. Что, если это отчуждение со временем превратится в стену, и она разделит их навеки? Почему же она решила, что он слабак? Да и те, кто охотился на гачей, разве слабаки? Так почему же она их считала такими, может, потому что глубоко внутри осознавала их силу и не хотела подчиняться им? Почему?
Ведь её родная мать проиграла в бою один на один отцу и всегда гордилась этим. Что же она сделала с собой? По сути, она обрекла себя на одиночество, желая быть самой сильной. А ведь это – гордыня, и как говорил дед Фёдор, проявление слабости. Решение она приняла сразу.
– Ты меня не прогонишь? Господин мой, – спросила Павла, взволнованная и с широко распахнутыми глазами, и поперхнулась. Она переживала то, что переживают сотни женщин на Земле и никак не могла с этим справиться.
Бриз устало вздохнул и обнял её.
– Давай прощаться с твоими подругами, королева! – и улыбнулся, испытывая, несмотря на трагичность момента, упоительное ощущение, от того, как она прижалась к нему в надежде на понимание и защиту.
Некроманты положили руки на тела воительниц и через мгновение они рассыпались по выжженной земле серебряными звёздами.
– Китёныш! Киборг не просто так вонял, игроки что-то задумали, – Рояль угрюмо смотрел на него. – Решай!
– Отсюда нельзя попасть к картине.
– Хочешь смотаться на Землю?
Никита сердито посмотрел на него. Он знал, куда надо попасть и знал, что делать. Но без девчонок! Если не получится, они все могли влипнуть в картину, как те игроки.
Рояль переглянулся с Андреем. Состоялся разговор, которого никто не слышал кроме этих двоих.
– Андрюша! Их надо увести!
– А как вы попадёте на Землю?
– Кит проведёт.
– Полагаешь, я справлюсь с ильмени? – засомневался Андрей. – Ведь она гача, который подкрался со спины к Никите, разорвала когтями. Представляешь, какова она в ярости?!
– Мик тебе поможет дойти до его горных владений. – Рояль непреклонно продолжил. – Закрой проход за собой, иначе Делия рванёт за Никитой.
– Слышь, я никогда не говорил с владыкой горков.
– Вот и поговоришь, он тоже взволнован.
Рояль взглянул на Бриза, тот поцеловал Павлу.
– Ты сама попрощалась с Землёй, – валькирия побелела. – Ты сама назвала меня своим господином. Иди! Андрей знает куда идти.
Валькирия несколько раз вздохнула и повернулась к ильмени, но Делия попятилась от неё в руки Никиты.
– Не прогоняй, любимый! Я могу помочь. Правда-правда! – она улыбнулась ему.
Маги охнули, когда увидели платье, которая соорудила себе ильмени, чтобы соблазнить Никиту, тот улыбнулся, но в углах его губ застыла жёсткость.
– Ты мне должна дать свободу! – Делия в ужасе взглянула на него, но тот властно поцеловал её. – Ты моя! Навсегда! Мне нужна свобода от необходимости выбирать.
– Из-за тебя я всё время думаю, – Ильмени прерывисто вздохнула. – А иногда так хорошо не думать, иногда приятно просто делать.
– Вот и делай, что я велю, – он неожиданно укусил её за ухо. – Разве то, что я велел делать раньше, тебе не понравилось? А? Ну же детка?!
Делия вспыхнула от переживаний и прикусила губу:
– Хорошо, но знай, я жива, пока жив ты!
– Это нечестно, Делька! – он никак не мог наглядеться на неё. – Ты моя! Моя радость, моя надежда, моя единственная! Ненаглядная, люби меня, когда буду далеко, а я уж налюблюсь, когда вернусь.
– Да! – её глаза были сухими, но свет струился из них и обволакивал любимого. Она дарила ему удачу в другом мире.
– Я постараюсь, – и Кит принял решение жить долго и счастливо.
– Кого берёшь на Землю, Никита? – Мик подошёл к ним.
– Только магов.
– Эх, как мне повезло! Новый мир, – Федя расправил плечи.
– Покедова! – бросил Андрей.
Пятеро ещё долго стояли и смотрели на то место, где только, что были их друзья и любимые.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: