первая часть
— Ой, как ты можешь такое говорить? Какое бремя? Ты мне очень даже родной человек. Ты меня фактически спасла. И я не могу тебя бросить. Тогда я тоже не поеду.
— Хорошо, я подумаю до завтра. Ты же завтра приедешь?
— Да, приеду. Там ещё позвонили из больницы. Сергей попал в аварию и зачем‑то дал врачу мой номер. Мне нужно будет заскочить к нему в больницу, узнать, что там и как, а потом сразу к тебе собирать вещи.
— Хорошо, детка. Тогда спокойной ночи и до завтра.
— До завтра. Спокойной ночи.
Тина приняла душ, легла в кровать и уснула с счастливой улыбкой на лице.
Утром, после завтрака, она собралась в дорогу. Помощница по хозяйству отца, Мария, сделала ей бутерброд, положила печенье и воду в маленькую корзинку.
— Возьмите, вдруг захочется перекусить. В вашем положении терпеть голод никак нельзя, — заботливо сказала она.
— Спасибо огромное.
Тина вместе с отцом вышла на улицу как раз в тот момент, когда подъехала машина. Из неё вышел Саша, водитель Игоря Владимировича. Тина увидела его — и на секунду застыла: он был невероятно похож на её любимого актёра.
«Да ладно, так не бывает, чтобы такой красавчик работал простым водителем», — подумала она и тихо спросила у отца:
— Это твой водитель?
— Да. Но Саша не просто водитель, он ещё и охранник. Мастер спорта по самбо. Была травма, пришлось уйти из большого спорта. Очень хороший и образованный парень. Когда пообщаешься, сама поймёшь.
— Как интересно… — глаза у Тины загорелись.
— Саша, доверяю тебе самое ценное в жизни — мою дочь. Смотри за ней в оба, отвечаешь головой, — серьёзно сказал Игорь Владимирович.
— У вас есть дочь? Впервые об этом слышу, — удивился Саша.
— Ты не поверишь, я сам только вчера узнал. Видишь, какие чудеса в жизни бывают. А ты не веришь в чудеса, — улыбнулся мэр. — Не гони, веди аккуратно. Как будто у тебя в машине хрустальная ваза.
— Не волнуйтесь, предупреждения «отвечаешь головой» вполне достаточно, всё будет в порядке, — заверил водитель и принял из рук Тины небольшую корзинку с продуктами в дорогу.
Тина обняла и поцеловала отца, затем села в машину. Первые минут десять они ехали молча: Тина смущалась смотреть на Сашу, слишком уж он был похож на её любимого актёра. Александр спокойно вёл машину и не навязывался с разговором, позволяя пассажирке самой выбрать момент, когда заговорить.
Наконец Тина решилась:
— Александр, а вы знаете, что вы похожи на актёра Александра Константинова?
Саша рассмеялся:
— Чем же я на него похож? Разве что именем.
— Не скромничайте, очень похожи, — настаивала Тина.
— Вам нравится Константинов? — быстро сообразил он.
— А как он может не нравиться, когда он такой красавчик и невероятно обаятельный, причём в любой роли? Вы его фильмы смотрели?
— Честно — не помню. Я не особо запоминаю актёров.
— Плохая память?
— Нет, просто актрисы запоминаются лучше, — улыбнулся Александр. — Я же нормальный мужчина, мне нравятся женщины.
Тина густо покраснела, неожиданно почувствовав лёгкий укол ревности.
— Тина, вы киноман?
— Нет. Просто люблю наши фильмы и сериалы. Иностранные вообще не смотрю. У меня хорошая память, поэтому запоминаю актёров, которые нравятся, на которых приятно смотреть.
— А чем занимаетесь, кроме просмотров фильмов?
— Живу, работаю.
— Вы замужем? — неожиданно спросил он.
Тина снова залилась краской.
— А зачем вам это?
— Интересно. Может, я невесту ищу. А вы как раз мой типаж. Мне нравятся умные, интересные и жутко скромные девушки, которые, когда их о чём‑то спрашиваешь, тут же заливаются краской с ног до головы.
Тина покраснела ещё больше и отвернулась к окну.
— Вы нарочно меня смущаете, да? — спросила она, не поворачивая головы.
— Простите, вы там с кем разговариваете? — невинно уточнил Саша, и они оба рассмеялись.
— Если вы серьёзно спрашиваете, то я вам не подойду, — уже тише сказала Тина.
— Можно узнать, почему?
— Я беременна.
— И что? — автоматически отозвался он, а потом осёкся, только сейчас до конца осознавая, что за признание он услышал.
— Ой, простите, я не сразу сообразил. У вас есть жених, и вы собираетесь замуж? Тогда да, я пас. Чужие невесты мне не нужны.
— Нет, у меня нет жениха.
— Тогда почему вы мне не подойдёте?
— Потому что я беременна от другого мужчины, — резонно заметила Тина.
— И вы думаете, что вашему ребёнку не нужен отец?
— Нужен, наверное. Но не каждый мужчина согласится воспитывать чужого ребёнка.
— Тут согласен, не каждый. Но я не каждый, я уникальный, — Саша широко и очень искренне улыбнулся, подмигнув Тине.
Она вопросительно посмотрела на него, пытаясь понять, шутит он или говорит серьёзно.
— Вы шутите? Мне кажется, это не повод для шуток.
— Нет, я не шучу. Вы невероятная девушка, это сразу видно. И у вас какая‑то особенная энергетика, которая на меня действует. Никогда раньше не испытывал подобных эмоций.
— Вам сколько лет, Саша? — осторожно спросила Тина.
— Это имеет значение?
— Да.
— Тридцать четыре. Это нормально? Много? Мало?
Тина удивилась: она была уверена, что ему не больше двадцати пяти.
— Плохо сохранился, да? — снова пошутил Александр.
Его чувство юмора нравилось Тине — немного своеобразное, но тонкое и ненавязчивое.
— Скорее наоборот, слишком хорошо, — призналась она. — Я думала, вам не больше двадцати пяти.
— Да ладно, серьёзно?
— Да.
— Здорово. Это, наверное, из‑за моего сходства с Константиновым? — подхватил Саша, и они оба засмеялись.
За разговором Тина и не заметила, как они въехали в город. Ей так понравилось общаться с Сашей, что даже не хотелось расставаться. Она назвала адрес больницы, куда им нужно было заехать первой.
Когда Тина выходила из машины, неожиданно ойкнула и схватилась за живот.
— Что случилось? Вам плохо? Врача? — испугался Саша.
— Нет, кажется, малыш толкнулся, — улыбнулась Тина.
— Это первый раз, да?
— Да, представляете… Такое приятное чувство.
— Вот видите, свидетелем каких важных моментов я становлюсь. А вы ещё говорите, что ребёнок чужой. Можно потрогать?
Он протянул руку к её животу, не дожидаясь ответа.
— Можно, — тихо сказала Тина и снова засмущалась.
Тина невольно усмехнулась его уверенности, но промолчала, а Саша, так и не почувствовав толчка, только мягко убрал руку.
— Вы не расстраивайтесь, первый раз всегда так, я читала. Чем больше будет живот, тем чаще и лучше будет чувствоваться.
— Вы сейчас дали мне надежду, — улыбнулся Саша.
Тина ответила улыбкой, но ничего не сказала. «Он мне очень понравился, — подумала она, — но вероятность, что мы будем вместе, почти нулевая».
— Я недолго, подождите меня, пожалуйста, в машине, — попросила Тина и направилась к больнице.
Она без труда нашла отделение реанимации и узнала, что Сергея уже перевели в палату интенсивной терапии.
— Скажите, я могу его навестить?
— Да, можете, я вас провожу, — ответил врач.
В палате, кроме Сергея, никого не было. Он лежал у стены, смотрел в потолок, но, увидев Тину, оживился. Правая рука и нога были в гипсе, на лице — ссадина и большой синяк.
— Привет, Серёжа. Что случилось? — Тина присела на стул рядом.
— Привет, Тиночка, я так рад тебя видеть, — почти искренне сказал Сергей. — Мы в такой замес попали с Андрюхой…
— Он жив?
— Жив, но ему хуже, чем мне. С позвоночником проблемы.
— Очень жаль, сочувствую. А у тебя что?
— Перелом руки и ноги. И ещё какая‑то шляпа с ногой, нужно срочно делать операцию.
— Ты как? Как живёшь без меня?
— Всё в порядке. Живу, работаю.
— Скучаешь? — с надеждой польстить самолюбию спросил Сергей.
— Уже нет. Я привыкла. Точнее, отвыкла от тебя. Ты слишком больно мне сделал.
— Прости меня, пожалуйста, — неожиданно сказал он.
Тина опешила. Неужели он хочет всё исправить, принять ребёнка, предложить ей замужество? Может, авария поменяла его взгляды? Но реальность оказалась совсем иной.
— Я виноват перед тобой, конечно, но ты тоже не совсем честно со мной поступила. Я же говорил, что не хочу детей, а тут такой сюрприз: «я беременна». Как я должен был реагировать?
— Я не пойму, ты сейчас извиняешься или обвиняешь меня?
— Извиняюсь, — пожал он плечами.
— Очень своеобразно, должна заметить.
Сергей глубоко вздохнул.
— Мне нужна твоя помощь.
— А, понятно, какая, — сказала Тина.
— Мне нужны деньги. Срочно и много. Мне нужно делать операцию, у родителей таких денег нет. Я только купил машину, у меня тоже нет.
— Так и у меня их нет, разве ты не знаешь?
— А у тебя есть квартира. Её можно продать.
Такой наглости Тина не ожидала.
— Прости, что? Я должна продать свою квартиру и оплатить тебе операцию, я правильно поняла?
— Ну да. Мы же не чужие люди и должны помогать друг другу в сложной ситуации. А у меня очень сложная ситуация, понимаешь? И мне больше не к кому обратиться.
— Тебе не кажется, что это… слишком?
— Нет, не кажется. Ты прерывания же не сделала?
— Нет, конечно.
— Ну вот. Значит, ты носишь моего ребёнка. И чтобы он окончательно остался твоим, ты мне должна заплатить как донору. Поскольку ты завладела моим материалом обманным путём, я своего согласия не давал, ты должна мне заплатить за услугу.
Тина онемела. Она была готова услышать многое, но только не это. Несколько секунд просто не могла подобрать слов.
Наконец, немного придя в себя, спросила:
— Скажи, а ты головой не ударялся при аварии? Тебя невролог смотрел?
— Нет, с головой всё в порядке.
— Очень спорное заключение. Потому что ты больной на всю голову. Ни копейки, слышишь? Ни копейки ты от меня не получишь. Я думала, ты действительно хочешь извиниться и вместе со мной растить нашего ребёнка. Я даже готова была обратиться за помощью к отцу. Но после услышанного — даже не надейся.
Она встала, подошла к двери, обернулась:
— Никогда больше не смей мне звонить и приближаться ближе, чем на километр. Иначе мой отец тебя порвёт. Ну или будущий муж. Второе более вероятно, — загадочно улыбнулась Тина. — Выздоравливай, милый.
С гордо поднятой головой она вышла из палаты. На самом деле девушке стоило огромных усилий сдержать слёзы. Но, выйдя из больницы, она всё‑таки заплакала.
Саша терпеливо ждал у машины. Увидев заплаканную Тину, он сразу подошёл к ней.
— Что случилось? Тебя кто‑то обидел? Что‑то плохое произошло?
— Нет, ничего не случилось. Просто моё прошлое оказалось хуже, чем я о нём думала. Настолько хуже, что мне хочется срочно принять душ, как будто меня только что в грязи искупали.
заключительная