Мою свекровь, Галину Петровну, за глаза называют «Генералом». Всю жизнь она проработала завучем в школе и привыкла, что ее бровь, поднятая на миллиметр вверх, вызывает трепет у окружающих. Моему мужу, Андрею, тридцать восемь.
Он хороший, спокойный мужчина, который научился виртуозно пропускать мамины нравоучения мимо ушей. Я же, в свои тридцать пять, обладаю характером менее нордическим, но более юридически подкованным.
Конфликт наш зрел давно. Галина Петровна искренне считала, что я - временное явление в жизни ее «золотого мальчика», некая функция по обслуживанию, которая почему-то возомнила себя хозяйкой.
Не о том думает Свекровь
Мы живем в просторной трехкомнатной квартире уже семь лет. Квартира хорошая, светлая, в новом районе. Галина Петровна бывает у нас часто. Слишком часто. У нее есть свой комплект ключей (на случай «а вдруг пожар»), и она любит приходить без звонка, чтобы «проверить, сыты ли дети» (нашим детям 8 и 10 лет).
Каждый ее визит начинался с ревизии.
-Лена, почему шторы не постираны? Пыль же летит.
-Лена, ты опять купила полуфабрикаты? Андрей у меня привык к домашним пельменям.
-Лена, переставь этот цветок, он загораживает свет.
Я терпела. Огрызалась, отшучивалась, но терпела. Пока не наступила та самая суббота, когда количество претензий перешло в качество угроз.
В то утро я была на взводе. На работе закрывали квартал, дети притащили из школы простуду, я не спала толком две ночи. Я сидела на кухне в пижаме, пила кофе и пыталась собрать мысли в кучу. Андрей уехал в автосервис.
Дверь открылась своим ключом. На пороге возникла Галина Петровна с сумками.
-Спишь? - вместо приветствия спросила она. - Время одиннадцать, а мать семейства в пижаме.
-Здравствуйте, Галина Петровна. Я устала. У меня выходной.
-Выходной - это смена деятельности, - отрезала она, проходя на кухню и начиная выкладывать на стол какие-то банки. - Я тут привезла лечо, банки надо помыть и убрать в кладовку. И вообще, тут полы грязные. Вставай, приводи дом в порядок. Гости могут прийти.
-Какие гости? - я потерла виски. - Никого не ждем.
-Я жду. Тетя Валя приедет, хочет посмотреть, как племянник живет.
Это стало последней каплей. Она пригласила гостей в мой дом, не спросив меня, и теперь требовала, чтобы я перед ними скакала с тряпкой.
-Галина Петровна, - сказала я очень тихо, но твердо. - Никакой тети Вали сегодня не будет. Я не принимаю гостей. Я болею, дети болеют. Заберите банки и, пожалуйста, уходите. Придете, когда мы вас пригласим.
Свекровь замерла. Банка с лечо зависла в воздухе. Она медленно повернулась ко мне, и в ее глазах я увидела то самое «завуческое» бешенство.
-Ты меня выгоняешь? - прошипела она. - Из квартиры моего сына?
-Это наша квартира. И мой дом.
-Твой дом? - она рассмеялась, картинно запрокинув голову. - Деточка, ты ничего не попутала? Эта квартира оформлена на Андрея! Я документы видела! Ты здесь никто, приживалка с пропиской, которую я терпела ради внуков. Но мое терпение лопнуло.
Она подошла ко мне вплотную.
-Слушай меня внимательно. Или ты сейчас встаешь, надеваешь приличное, убираешь свинарник и накрываешь стол для тети Вали, и впредь ведешь себя покладисто, как подобает хорошей невестке... Или я поговорю с Андреем, и мы тебя выпишем отсюда к чертовой матери.
Поедешь к своим родителям в Саратов, в хрущевку. Ты здесь на птичьих правах, пока я добрая. Захочу - вылетишь пробки, даже чемодан собрать не успеешь.
Момент истины
Она блефовала и верила в свой блеф. В ее картине мира все было просто: на бумажке написано «Собственник: Иванов Андрей», значит, квартира принадлежит клану Ивановых, а я - просто пассажир.
Она не знала одного. Точнее, она забыла одну «незначительную» деталь, которую я, как экономист, никогда не упускала из виду.
Я встала, налила себе еще кофе и посмотрела на нее с улыбкой удава.
-Галина Петровна, садитесь. Ликбез проводить буду.
-Что? - опешила она.
-Садитесь, говорю. Разговор будет про имущественные права. Вы, видимо, живете по законам Домостроя, а мы живем в Российской Федерации.
Я достала из ящика стола папку с документами (у меня все ходы записаны).
-Вот, смотрите. Договор купли-продажи квартиры. Да, титульный собственник - Андрей. Но посмотрите на дату. 2017 год. Мы с Андреем в браке с 2014 года. Я открыла Семейный кодекс РФ на телефоне.
-Статья 34. «Совместная собственность супругов». Имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено.
Галина Петровна фыркнула:
-Бумажки! Андрей деньги зарабатывал! Он глава семьи!
-Ошибаетесь. Мы оба работали. И первоначальный взнос в 30% был внесен с продажи моей добрачной студии. У меня есть все банковские выписки. А ипотеку мы гасили общими деньгами из семейного бюджета. Я наклонилась к ней.
-Так вот, дорогая мама. Эта квартира принадлежит мне ровно наполовину. По закону. Даже без выделения долей. И выписать меня отсюда не может никто: ни вы, ни Андрей, ни Господь Бог, пока я сама не захочу. Я здесь хозяйка. Пол-но-прав-на-я.
Свекровь побледнела. Она открывала и закрывала рот, как рыба на льду. Ее главный козырь - «это квартира сына» - оказался битым.
-А теперь, - продолжила я, - про покладистость. Я не нанималась к вам в домработницы. Я жена вашего сына и мать ваших внуков. И если вы еще раз позволите себе угрожать мне выселением в моем собственном доме, я сменю замки. И ваш комплект ключей аннулируется. Андрей меня поддержит, не сомневайтесь. Он, в отличие от вас, законы знает и семью ценит.
В этот момент открылась входная дверь. Вошел Андрей, веселый, с запахом машинного масла.
-О, мам, привет! А чего вы такие серьезные? Галина Петровна вскочила. Она искала поддержки.
-Андрюша! Твоя жена... она меня выгоняет! Она говорит, что это ее квартира! Что она замки сменит! Ты представляешь?! Она мне кодексом тычет!
Андрей посмотрел на меня, на красную мать, на документы на столе. Он все понял мгновенно. Он подошел ко мне, поцеловал в макушку и повернулся к матери.
-Мам, Лена права. Это наша общая квартира. И да, она здесь хозяйка. Если она говорит, что гостей не будет - значит, не будет. Ты зачем вообще этот разговор начала?
-Я... я хотела как лучше! Порядок навести! А она... неблагодарная! - свекровь схватила сумку. - Ноги моей здесь не будет! Живите как хотите, в грязи, с законами своими!
Она выбежала, хлопнув дверью так, что посыпалась штукатурка.
Андрей вздохнул и обнял меня.
-Прости. Опять она за свое.
-Ничего, - сказала я. - Зато мы провели юридический ликбез. Думаю, теперь она долго не придет.
Она не приходила три месяца. Тетя Валя тоже не приехала. Зато у нас в семье наступил удивительный период спокойствия.