Продолжу про primary risk

Продолжу про primary risk.

С клиентом обсуждали его стратегию. Он не мог определиться с направлением бизнеса. Точнее, формально мог — он хотел построить большую компанию, масштабироваться за пределы страны, заниматься технологиями, влиять на будущее детей и, конечно, стать миллиардером. И это не фантазия — он действительно близко к серьёзному уровню.

Проблема была в другом. Все эти хочу в его представлении должны были реализоваться внутри одной компании. В голове это выглядело как единая конструкция. По факту — это были пять разных направлений: одно в детской нише, второе в технологиях, третье — стабильно зарабатывающее, четвёртое — новая гипотеза с большим рынком, пятое — для души.

Если посмотреть внимательно, он неосознанно распределил свои амбиции по этим направлениям. Но масштаб в каждом был локальным: здесь 200 тысяч, там 300, суммарно — несколько миллионов оборота, но не системный рывок. Плюс классическая ошибка людей, которые не любят зависеть от других и избегают сложных партнёрств: он финансировал одни проекты за счёт прибыли других. Это создавало иллюзию устойчивости и одновременно лишало его стратегической трезвости.

Теперь к первичному риску. В его словах главная задача — построить многомиллиардный бизнес. В реальности же ежемесячная задача — заработать деньги здесь и сейчас, чтобы поддерживать все пять направлений. И кормилась вся конструкция одним самым прибыльным активом — его личной экспертизой и консалтингом. В прошлом он топ-менеджер крупной компании, и именно эта роль продолжала быть финансовым фундаментом.

В чём primary risk? В том, что привычка быть самым умным, дискомфорт в партнёрстве и страх быть незанятым приводят к перегрузке. Он набирает задачи, которые физически не помещаются в его день, и постепенно выгорает. Не из-за отсутствия идей, а из-за невозможности признать ограничение. Можно было бы сказать: выбери одно направление и сфокусируйся, остальное закрой. Но это слишком упрощённый вывод.

Ларри Хиршхорн писал, что в каждый момент один риск становится фигурой, а остальные — фоном. Как только проявляется ключевая первичная задача, метания прекращаются. Потому, что появляется понимание зачем.

В его случае первичный риск — не рынок и не конкуренты.

А внутренняя невозможность отказаться от роли единственного носителя силы.

В тупиковых ситуациях всегда есть конкурирующие первичные задачи и первичные риски. Так и возникает потолок возможностей, топтание на месте, в конце концов наступает выученная беспомощность.

P.S. Можете мне написать, разберу ваш тупик на примере primary risk.