Тишина войны в однушке.
Она проснулась раньше будильника минут за пять. Темнота зимы и теплота комнаты от батарей вновь напомнили ей, что до весны еще далеко. Каждое утро января наводило ее на мечты о жизни в солнечной стране, где по утрам солнце врывалось бы сквозь шторы острым лезвием, разрывая полумрак.
Комната была наполнена тишиной. Но не той, что бывает, когда двое спят в обнимку и дышат в унисон. И не той, что наступает после ссоры, когда ещё тлеют угли. Это была тишина их отношений. Та, что заполняет пространство, когда говорить уже не о чем, а молчать громко — привычно.
Она взглянула на его обнаженную спину и завитки светлых волос, с которыми когда-то любила играть. Он лежал неподвижно, и мирное дыхание его говорило о том, что он спокойно досматривает концовку сна. А может и не досматривает.
Ее каждую ночь посещали такие сны, что их экранизация великими режиссерами вызвала бы фурор у публики. У него же они были так редки, что каждый такой сон был как событие бессознательного, вышедшего наружу.
Ее взгляд упал на цветы на подоконнике. Она все воскресенье собиралась их полить, и теперь они с укором смотрели на нее уже подсыхающими листьями, как бы говоря «ты в ответе за тех, кого посадил». И только вечно зеленый кактус не проявлял никакой критики. Он всегда подмигивал ей своими иголками, нашептывая: «я выживу в пустыне, а ты?»
Надо полить. Сейчас. Нет, сегодня. Сейчас ей уже надо было встать и нарушить тишину приветственным звуком чайника. Этот прибор был подарен ее коллегами в 32 день рождения. Именно он каждое утро напоминал, что рабочая семья ждет ее по будням к 8 утра.
Она еще раз бросила взгляд на Него, его дыхание вновь сообщало, что тревоги наступившего дня лишь для тех, кто рано встает.
Его покой, некогда покоривший ее в начале их знакомства, придававший ей уверенность и ощущение защиты, сейчас так раздражал.
Ладно, надо вставать. Ее ноги неохотно нырнули в тапочки-собачки, которые как бы защищая ее от еще большего раздражения, понесли ее на кухню. К чайнику. К началу.
Она кинула пару ложек растворимого кофе в свою любимую чашку, налила кипяток и добавила каплю молока. Этот ритуал понедельника, а она пила кофе только по понедельникам, начинал отсчет новой недели. Недели, полной рабочей загрузки, домашней рутины и … пустоты … которую она начала испытывать уже давно.
Давно - это сколько ? Сейчас не время погружаться в эти мысли. Надо перестать себя жалеть, собраться с силами, надеть маску счастливой замужней женщины с квартирой без ипотеки, и точно убедить коллег, что все так и есть.
Надев свой любимый костюм темно-синего цвета она осталась довольна собой. Ее светлые волосы средней длины прекрасно гармонировали с синим.
Сапоги, темный пуховик и розовый шарф с розовой шапкой - она переступила порог рабочего понедельника.
