Автобус со школьниками, которые ехали на экскурсию в Бахчисарай, медленно двигался по узкому серпантину крымских гор. Совсем немного оставалось до вершины горы Ай-Петри.
Ребята приехали всем классом из Санкт-Петербурга. Конечно, они не тряслись в автобусе от самой северной столицы. Ребята прилетели вместе с классным руководителем и мамой старосты класса.
В принципе, о том, что приехал весь класс, сложно было сказать. Трое отказались сразу, четверо заболели в последний момент, и ещё несколько ребят родители не пустили. Из всего класса в поездке принимали участие только десять человек.
В принципе, все ехали просто в Алупку — отдыхать, смотреть Воронцовский дворец, гулять по одноимённому парку и купаться в море. Изначально никто не собирался ни на какие экскурсии и тем более в Бахчисарай.
Вдруг на пляже кто-то из детей услышал рекламное объявление. Мужчина приглашал посетить Бахчисарай: незабываемое путешествие через легендарную гору Ай-Петри, посещение знаменитого Бахчисарайского фонтана и что-то там ещё.
Учительница и мама старосты сначала не хотели никуда ехать, но дети стали упрашивать. Машенька, отличница, вспомнила, что в этом году по литературе будут проходить как раз то самое стихотворение, и было бы здорово, если бы они могли на уроке рассказать, что видели это место своими глазами.
Учительница, сопровождавшая класс, была математичкой. Она была далека от литературы, словно Камчатка от Питера. Но она была учительницей, а значит, должна была оценить желание детей к саморазвитию и дополнительному образованию.
Посовещавшись с родительницей, они решили, что если один день своего отпуска проведут не на пляже и не в море, то хуже никому не будет. Решено было съездить на эту экскурсию.
Взрослые дамы в окружении детей подошли к невысокому человеку, который через рупор оглашал всю акваторию пляжа своим приглашением в путешествие. Беленький микроавтобус, или фургончик — женщины в этом не разбирались, — состоял из пятнадцати мест, включая водителя.
Мама старосты класса заглянула внутрь: места удобные, окошки чистенькие, вроде всё в порядке, но почему-то какая-то тоска поселилась в её сердце. Она списала всё на жару.
Мужчина посчитал ребятишек по головам, прибавил взрослых и почесал затылок.
— Двоих не хватает, может, поищете? — предложил он.
— Так мы же приезжие, где же мы поищем? Мы тут никого не знаем, — ответила учительница.
— Эх! Была не была, поехали! Подумаешь, два места. Ничего, такие ребятишки хорошенькие, жалко отказывать, — ответил водитель.
— А экскурсовод? — поинтересовалась учительница.
— Э, зачем экскурсовод? Я твой экскурсовод! — засмеялся водитель.
Ребята дружно забрались в салон, распределились по местам, открыли форточки. Взрослые закупились водой и фруктами, и тронулись в путь.
Дети пели какие-то песни, смеялись, болтали. Женщины сидели рядом и беседовали о чём-то, периодически уговаривая ребят не шуметь и не мешать водителю.
— Э, ничего, ничего, мне никто не мешает, такие хорошие ребята! — тут же вмешивался водитель в педагогический процесс.
Путешествие обещало быть интересным. Кругом буйствовала крымская природа. Олеандры кучками росли у дороги, кое-где встречалась шелковица, раскидывая свои ветви аж до самой дороги. Спелые ягоды падали и окрашивали асфальт в насыщенный буро-фиолетовый цвет.
Водитель предложил остановиться в одном из таких мест и полакомиться настоящей ягодой прямо с дерева. Ребята согласились. Они стали залезать на ветки и срывать вкусные ягоды. Вася перемазался ими весь: и лицо, и руки, и даже одежда. Шелковица плохо отмывается. Есть один секрет: испачканное место надо было потереть незрелой ягодой, и тогда оно хорошо отмоется.
Водитель почему-то не подсказал, а женщины этого не знали. Поэтому Вася ехал весь в синих и фиолетовых пятнах. Дети смеялись над ним, и это, кажется, веселило Васю.
Дорога поднималась всё круче. Сидеть приходилось, откинувшись на спинку кресла. Ребята притихли. Дорога сделалась настолько узкой, что, если выглянуть в окно, видно было только обрыв. Под автобусом дороги не было видно совсем — казалось, что он просто нависает над пропастью.
Водитель занервничал и попросил детей закрыть все окна и форточки. Они продвигались довольно медленно. В салоне становилось душно. В какой-то момент водитель остановился и почесал затылок, потом попросил ребят, которые сидели с левой стороны автобуса, перейти на правую сторону.
Дети зашумели, взрослые стали расспрашивать, что случилось. Водитель пояснил, что дорогу слегка размыло дождём и теперь она наклонена, поэтому, чтобы не свалиться в пропасть, надо изменить центр тяжести автобуса.
Мама старосты очень испугалась в тот момент, она хотела предложить вернуться. Но в этот момент учительница математики, хорошо понимавшая, что такое центр тяжести, уже командовала детьми, говоря, кто куда пересядет.
Микроавтобус тронулся, его действительно заметно накренило влево, кто-то из девочек взвизгнул, водитель выругался и прибавил скорости. Проехав опасное место, они остановились. Водитель повернулся в салон и сказал:
— Девочка, которая сейчас тут кричала, пожалуйста, не делай так больше, это некрасиво!
— Я просто испугалась, — сказала виновница.
Дальше все ехали тихо и молча. Вдруг автобус снова остановился. Тут уже всполошилась учительница — всё-таки ответственность за детей лежит на ней.
— Что там ещё? Опять обвал? — строго спросила она.
— Нет, зачем обвал! Посмотрите, какой прекрасный пёс лежит на дороге, — ответил водитель.
— И стоило из-за собаки останавливаться, — проворчала учительница.
Однако вместе с детьми она посмотрела через лобовое стекло.
На дороге лежал большущий алабай. Белая собака с большими рыжими пятнами по спине и лапам. Он лежал в позе сфинкса с правой стороны дороги, на обочине, и, гордо подняв голову, смотрел вдаль, на море. Между деревьями открывался чудесный вид. Дети хотели выйти и пофотографироваться, но взрослые не разрешили.
— Ну хорошо, собака замечательная, почему мы не едем? — поинтересовалась учительница.
— Потому что собака мешает! — ответил водитель.
Дорога в этом месте действительно была такой узкой, что автобус не поместился бы между собакой и каменной кладкой, которая ограждала пропасть. Водитель погудел в клаксон, собака, не поворачивая головы, невозмутимо подобрала под себя лапы, освобождая проход.
Автобус тронулся, проехал мимо самой морды собаки, дети обернулись и увидели, как пёс снова выпрямил лапы и остался лежать на дороге. Весь оставшийся путь водитель рассказывал о том, какая это хорошая, преданная и благородная собака — алабай.
В самом Бахчисарае всё прошло без происшествий. Фонтан, правда, оказался не таким уж грандиозным сооружением, но зато все до отвала наелись арбузами и мороженым в кафе. Пора было возвращаться.
Дети разместились в автобусе и двинулись обратно. Теперь по серпантину приходилось ехать, всё время упираясь руками в спинку переднего сиденья, чтобы не свалиться вперёд. Смеркалось. Ночи в Крыму тёмные и наступают как-то резко и сразу. Водитель ехал очень медленно, всё время на тормозах.
Вдруг, неожиданно, машина стала словно скользить, колёса явно не крутились, водитель ругался, но автобус продолжал сползать вправо и сильно наклоняться. Дети сами уже перебежали на левую сторону, но это не помогало. Микроавтобус медленно сползал в пропасть.
Вокруг было уже темно, куда катится автобус, невозможно было разобрать. Дети плакали, взрослые их успокаивали. Водитель выскочил из машины, на педаль тормоза нажимать было некому, и автобус понесло вниз ещё быстрее. Наконец он резко опустил перед и начал медленно заваливаться в пропасть, послышался треск ломающихся деревьев, дети кричали.
Автобус завис над пропастью, задними колёсами ещё касаясь обвалившейся дороги, а передними словно балансируя на кроне дерева. Малейшая попытка пошевелиться приводила к тому, что шевелился и автобус. Вскоре крики и паника прекратились. Дети просто хныкали, взрослые ломали голову, что делать.
При падении одна из задних дверей, которые были с торца автомобиля, открылась — можно было выбраться через неё, если пролезть по спинкам сидений как по ступенькам. Но шевелиться было совершенно невозможно.
Вдруг в ту самую дверь просунулась чья-то голова, по характерному дыханию стало понятно, что это была собака. Она посмотрела несколько секунд и снова скрылась. Вскоре сверху в салон что-то упало. Автобус немного пошатнулся, дети снова захныкали.
Кто-то осторожно протянул руку и нащупал то, что упало и свисало сверху.
— Это верёвка! — раздался детский голос.
— Дети! Аккуратно! Все, кто может, просто хватайтесь за эту верёвку! Без паники! Всё будет хорошо, и мы всех спасём! — скомандовала учительница.
Затем она по именам спрашивала, кто где сидит, и выяснила, кто сидит сзади автобуса. Она стала просить всех осторожно, двигаясь очень медленно, подниматься по этой верёвке. Первым пошёл Вася — он был самый маленький, лёгкий и смелый. Он благополучно выбрался, хотя машина и пошатывалась.
— Тут собака! Это он принёс верёвку и держит её зубами! Я буду помогать ему! — крикнул мальчик.
Так один за другим выбрались по той верёвке все дети и даже мама старосты класса. Все дети, которые выбирались наружу, хватались за верёвку и помогали её держать.
Когда прибыли спасатели — водитель всё-таки их вызвал, — то перед ними предстала такая картина: дети и женщина держат конец большого длинного каната. Впереди всех огромный алабай, растопырив все лапы, упирается изо всех сил и держит зубами канат. Из машины вылезает ещё одна женщина.
Как только она выбралась, раздался громкий треск. Дерево не выдержало и свалилось в пропасть. Водителя никто не обвинял. Он не мог знать, что в том месте, где была размыта дорога, случился оползень.
Оказалось, что собака, которая всех спасла, была та самая, которая повстречалась им на дороге утром. Все хотели наградить его, но никто не знал, чей это пёс, как его зовут и где его искать.
В крымские горы ехать больше никому не хотелось, а пёс так и лежал на своём месте, невозмутимо глядя на море и пропуская машины по сигналу клаксона.