Алина поставила на стол тарелку с нарезанным тортом и опустилась на стул напротив Светланы. За окном кухни догорал осенний вечер, а в квартире пахло заваренным чаем и чужим днём рождения, от которого они только что вернулись.
- Представляешь, Людка замуж выходит, - Светлана покачала головой, отламывая кусочек бисквита. - В пятьдесят два года. Говорит, встретила мужчину своей мечты.
- Ну и хорошо, - Алина пожала плечами, наливая кипяток в чашки. - Пусть хоть кто-то счастлив будет.
- Ты это серьёзно? - Светлана внимательно посмотрела на подругу. - Или опять притворяешься?
- Что притворяюсь?
- Что тебе всё равно. Я же вижу, как ты весь вечер морщилась, когда Людка показывала кольцо. Как будто лимон съела.
Алина замолчала, медленно размешивая сахар в чае. Ложка позвякивала о фарфор, и этот звук казался слишком громким в тишине кухни.
- Знаешь, что меня бесит? - наконец сказала она. - Не то, что она замуж выходит. А то, что все вокруг так радуются, как будто она экзамен сдала. Как будто до этого была неполноценной.
- Ага, - Светлана усмехнулась. - Помню, как Тамара из библиотеки мне говорила: «Света, ну когда уже? Андрей же хороший мужик, живёте вместе десять лет. Пора узаконить отношения, а то некрасиво получается». Некрасиво, понимаешь? Будто я что-то должна кому-то.
- А что Андрей говорит?
Светлана отвела взгляд.
- Да ничего. Он вообще про это не говорит. Зато когда поругаемся, сразу чемодан собирает: «Всё, еду к матери в Тверь, надоело мне тут». И каждый раз я думаю, что на этот раз точно уедет.
- Света...
- Знаю, знаю. Не надо мне говорить. Сама всё понимаю.
Они замолчали. Где-то внизу хлопнула дверь подъезда, кто-то громко смеялся. Обычная пятничная ночь в обычном доме, где живут обычные люди со своими обычными проблемами.
- А у тебя с Серёжей как? - спросила Светлана, явно желая сменить тему.
- Да так же, - Алина пожала плечами. - Живём.
- Семь лет живёте. И что?
- И ничего.
- Алин, ну серьёзно. Он хоть про свадьбу заикается?
- Заикается, - Алина усмехнулась. - В стиле: «Вот когда у нас всё наладится, вот когда я получу повышение, вот когда ты закроешь свою ипотеку...» А потом эти разговоры о детях начинаются. «Алин, а давай ребёночка?» Я ему: «Серёж, мне сорок пять. Какой ребёнок?» А он: «Ну сейчас все рожают и в пятьдесят». Как будто это какая-то норма стала.
- И ты что?
- А я молчу. Потому что бессмысленно. Он же не копит на этого ребёнка. Он вообще не копит ни на что. Вся зарплата на его рыбалку, на новые удочки, на поездки с друзьями. А я плачу ипотеку за эту квартиру, которую бабушка мне оставила, но я её переоформляла, брала кредит на ремонт. Плачу одна.
- Он хоть часть вносит?
- Продукты покупает. Иногда коммуналку оплатит. Говорит, что это справедливо, потому что квартира моя, а не общая.
Светлана покачала головой.
- Алин, а тебе это надо?
- Что именно?
- Ну вот это всё. Он у тебя живёт, ты его кормишь, стираешь, убираешь...
- Он сам за собой убирает, - перебила Алина. - Не маленький.
- Да ладно. Я видела, как он носки на батарею вешает и думает, что убрал за собой.
Алина не стала спорить. Они обе знали правду.
- Просто мне страшно, - тихо сказала она через минуту. - Семь лет вместе. Привыкла уже. Он не пьёт, не бьёт, работает. Мне сорок пять. Кто меня теперь возьмёт?
- Да брось ты, - Светлана махнула рукой. - Посмотри на Людку. Пятьдесят два, а встретила же кого-то.
- Людка другая. Она общительная, весёлая. А я...
- А ты красивая, умная, с квартирой в центре. Да мужики в очередь должны стоять.
- Ага, - Алина усмехнулась. - Именно поэтому Серёга меня за семь лет ни разу не позвал замуж.
Они допили чай в молчании. Потом Светлана посмотрела на часы и сказала, что пора, Андрей небось уже звонит, где она пропадает. Алина проводила её до двери, обнялись на прощание крепче обычного, как будто обе понимали, что этот разговор что-то изменил, но не знали, что именно.
Когда Светлана ушла, Алина вернулась на кухню и стала мыть посуду. Вода текла тёплая, почти горячая, руки двигались автоматически, а в голове крутились мысли. Давление общества замужество чувствовалось отовсюду: от коллег на работе, от соседок в подъезде, даже от случайных знакомых в магазине. «А когда свадьба?» - спрашивали они, и в их голосах звучало не любопытство, а оценка. Как будто женщина в зрелом возрасте без штампа в паспорте была чем-то неправильным, незавершённым.
Сергей пришёл поздно. Алина уже легла, но не спала, листала телефон в темноте. Он разделся в коридоре, зашёл в спальню пахнущий сигаретами и пивом.
- Спишь? - шёпотом спросил он.
- Нет.
- Как Светка? Передавай привет.
- Передам.
Он лёг рядом, обнял её, и Алина почувствовала знакомое тепло его тела. Семь лет они спали вот так, он всегда обнимал её перед сном, и это было приятно. Но сейчас его прикосновение вдруг показалось не утешительным, а тяжёлым, как цепь.
- Ты чего молчишь? - спросил Сергей.
- Так. Думаю.
- О чём?
- О жизни.
Он засмеялся сонно.
- Философствуешь на ночь глядя. Давай лучше спать. Завтра в семь вставать.
Через несколько минут он уже посапывал, а Алина всё лежала с открытыми глазами и смотрела в темноту. Как понять что тебя используют? Вопрос крутился в голове назойливо, не давая уснуть. Ведь Сергей не был плохим. Он не кричал, не поднимал руку, работал, приносил зарплату. Но почему тогда она чувствовала себя не любимой женщиной, а удобным местом для жизни?
Утром она проснулась от звука хлопнувшей двери. Сергей ушёл на работу, даже не разбудив. На кухне стояла его немытая чашка, на столе валялись крошки от бутерброда. Алина собрала всё машинально, поставила чайник, села у окна с кофе. За окном октябрьское утро было серым и дождливым, деревья во дворе почти облетели.
Она работала бухгалтером в небольшой фирме, занимающейся поставками стройматериалов. Работа была скучной, но стабильной, зарплату платили вовремя. Алина ценила эту предсказуемость, особенно когда каждый месяц нужно было вносить очередной платёж по ипотеке.
Квартира досталась ей от бабушки, но в таком состоянии, что пришлось брать кредит на ремонт. Потом оказалось, что нужно менять трубы, потом окна, потом проводку. Кредит рос, превратился в ипотеку, и теперь каждый месяц Алина отдавала банку почти половину зарплаты. Ещё десять лет выплат впереди.
Сергей появился в её жизни как раз во время этого ремонта. Познакомились на рынке, он помог донести тяжёлые пакеты с плиткой, проводил до дома, попросил номер телефона. Красивый, высокий, с весёлыми глазами. Ухаживал аккуратно, не напористо. Приглашал в кафе, дарил цветы. Говорил комплименты так искренне, что Алина, привыкшая быть одинокой после неудачного первого брака, оттаивала и верила.
Через полгода он переехал к ней. Сказал, что снимать квартиру дорого, а у неё тут просторно, зачем деньги на ветер выбрасывать. Алина согласилась. Ей было приятно просыпаться не одной, готовить ужин на двоих, обсуждать мелочи прошедшего дня. Они ходили в кино, гуляли по парку, ездили на дачу к его друзьям. Первый год был хорошим.
Потом что-то изменилось. Или не изменилось, а просто стало понятнее. Сергей работал менеджером в торговой компании, но карьерного роста у него не было. Он говорил, что начальство не ценит, что коллеги завистливые, что вообще в этой стране честным трудом ничего не добиться. Зарплата была средняя, но на жизнь хватало. Хватало бы точно, если бы не его увлечения.
Рыбалка. Это была его страсть. Каждую весну, лето и осень он ездил на реку, иногда на несколько дней. Покупал новые удочки, снасти, экипировку. Говорил, что это его единственная отдушина после тяжёлой недели. Алина не возражала, понимала, что каждому нужно своё пространство. Но когда в холодильнике сломался компрессор, а денег на ремонт не оказалось ни у неё, ни у него, она вдруг поняла, что цена комфорта в отношениях может быть слишком высокой.
- Серёж, холодильник надо чинить, - сказала она вечером, когда он вернулся с работы.
- Ну давай вызовем мастера, - он пожал плечами, снимая ботинки.
- Я уже вызывала. Он сказал, что ремонт обойдётся в пятнадцать тысяч. Или проще новый купить.
- Пятнадцать? - Сергей присвистнул. - Дорого. Давай пока так поживём, а?
- Серёж, там всё портится. Мясо, молоко. Я уже всё выкинула.
- Ну тогда будем покупать по чуть-чуть, на день. Или давай кредит возьмёшь на холодильник, небольшой. Потом вместе выплатим.
Она посмотрела на него. Он стоял в коридоре, уставший после рабочего дня, искренне не понимая, почему она молчит.
- Ты же понимаешь, что у меня и так ипотека висит? - медленно сказала Алина. - Что я уже половину зарплаты банку отдаю?
- Ну так это твоя квартира, - он пожал плечами. - Я тебе предлагал вместе платить, но ты отказалась.
- Я не отказывалась, - голос её стал тише, но жёстче. - Ты предлагал платить символическую сумму. Пять тысяч в месяц, когда платёж тридцать.
- Ну я и коммуналку плачу, и продукты покупаю. Это тоже деньги.
- Коммуналку ты платишь не каждый месяц. И продукты покупаешь, когда я прошу.
Он нахмурился.
- Алин, мы же не будем сейчас ссориться из-за холодильника? Давай спокойно решим. Если надо, возьми кредит, потом я тебе помогу выплачивать.
- Когда потом?
- Ну когда деньги будут. Может, премию дадут.
- Серёж, премию тебе не давали три года.
- Ну дадут когда-нибудь. Или я подработку найду.
Но подработку он не искал. Как не искал и новую работу, хотя жаловался на старую постоянно. Он приходил вечером, ужинал, садился перед телевизором, листал телефон, ложился спать. По выходным уезжал на рыбалку или встречался с друзьями. Алина готовила, убирала, стирала, ходила на работу, выплачивала кредиты. И всё чаще ловила себя на мысли, что это не партнёрство, а привычка. Любовь или привычка разделяли их отношения, и ответ становился всё очевиднее.
Холодильник она купила сама, взяв в долг у коллеги. Отдавала по три тысячи в месяц, экономя на всём. Сергей узнал об этом только когда новый холодильник уже стоял на кухне.
- О, классный взяла, - сказал он, открывая морозилку. - Вместительный. А сколько стоил?
- Двадцать восемь тысяч.
- Ого. Ну ты даёшь. Где взяла денег?
- У Иры заняла.
- А, ну ладно. Я тебе потом помогу вернуть.
Потом так и не настало.
Прошёл месяц. Наступил ноябрь, холодный и мокрый. Алина возвращалась с работы, уставшая и голодная, и уже на подходе к дому увидела Сергея. Он стоял у подъезда с какой-то женщиной. Алина не сразу узнала её, но когда подошла ближе, поняла, что это его мать.
Они виделись редко, пару раз за семь лет. Галина Петровна жила в спальном районе, работала в поликлинике медсестрой, была женщиной резкой и прямолинейной. Алина её побаивалась.
- А, Алиночка, - Галина Петровна расплылась в улыбке, увидев её. - Вот и хорошо, что вы вместе. Я тут Серёже говорю, приходите в воскресенье на обед. Я утку запеку, вы любите утку?
- Здравствуйте, - Алина кивнула. - Спасибо, но мы...
- Да ладно, что там дела, - перебила Галина Петровна. - Раз в месяц можно и к матери заехать. Тем более, Серёженька мне говорил, что вы скоро женитесь. Надо же обсудить свадьбу.
Алина замерла. Посмотрела на Сергея. Он стоял, опустив глаза, и молчал.
- Какую свадьбу? - тихо спросила она.
- Ну как же, - Галина Петровна уже не улыбалась, смотрела подозрительно. - Серёжа говорил, что вы собираетесь пожениться. Наконец-то, я уж думала, он всю жизнь будет скитаться. Теперь и внуков дождёмся, у вас же своя жилплощадь, это очень удобно.
В ушах зазвенело. Алина стояла и слушала, как Галина Петровна говорит про жилплощадь, про удобство, про то, что хорошо бы поторопиться с детьми, пока не поздно. И с каждым словом что-то внутри сжималось всё сильнее, как будто кто-то затягивал узел на её горле.
- Мне надо идти, - сказала она, перебивая поток слов. - Извините.
Она прошла мимо них в подъезд, поднялась на свой этаж, открыла дверь дрожащими руками. Села на кухне, даже не сняв куртку. Села и сидела, глядя в окно, пока не стемнело совсем.
Сергей пришёл через час. Вошёл тихо, виновато.
- Алин...
- Ты говорил своей матери, что мы женимся?
Молчание.
- Серёж, я спрашиваю. Ты говорил ей это?
- Ну... я думал, что мы когда-нибудь поженимся. Вот и сказал.
- Когда-нибудь, - она усмехнулась. - Семь лет вместе, а ты всё когда-нибудь.
- Алин, не надо. Мы же нормально живём. Зачем нам этот штамп?
- Тогда зачем ты матери говоришь, что мы женимся?
Он помолчал.
- Она всё время пилит, что я неустроенный. Вот я и сказал, чтобы отстала.
Алина встала, подошла к окну. За стеклом падал мокрый снег, первый в этом году. Некрасивый, грязный, тающий на асфальте.
- Твоя мать сказала, что хорошо, что у меня своя жилплощадь, - тихо сказала она. - Что это удобно.
- Ну и что? Это правда же удобно. Мы не платим аренду.
- Я плачу ипотеку, Серёж. Каждый месяц. Одна.
- Так я же предлагал помочь.
- Когда? - она обернулась. - Когда ты предлагал? Конкретно, с цифрами, с датами?
Он молчал.
- Вот видишь, - Алина кивнула. - Ты предлагал на словах. А на деле я семь лет содержу тебя. Кормлю, стираю, плачу за квартиру, в которой ты живёшь. А ты тратишь свою зарплату на рыбалку и пиво с друзьями.
- Да что ты говоришь, - он вспыхнул. - Я пиво покупаю раз в неделю. И на рыбалку езжу, чтобы не с ума сойти от этой жизни.
- От какой жизни? От той, где тебя кормят и не требуют ничего взамен?
- Алина, ты сейчас несправедлива. Я работаю, приношу деньги в дом.
- Свои деньги. На свои нужды.
- А что, теперь я должен отчитываться за каждую копейку? Ты хочешь контролировать меня?
- Нет, - она покачала головой. - Я хочу, чтобы ты был партнёром, а не нахлебником.
Слово повисло в воздухе, тяжёлое и обидное. Сергей побледнел.
- Я не нахлебник.
- Тогда кто?
- Я твой мужчина. Мы вместе семь лет.
- Мужчина, - она усмехнулась. - Мужчина, который за семь лет ни разу не сделал мне предложение. Который не копит на нашу общую жизнь. Который говорит матери, что женится на мне, потому что у меня квартира.
- Я так не говорил!
- Но так думал.
Они смотрели друг на друга, и Алина вдруг увидела его как будто впервые. Не высокого красивого мужчину, который помог ей донести пакеты с рынка семь лет назад. А уставшего человека за сорок, который так и не научился брать ответственность за свою жизнь. Который жил с ней не потому, что любил, а потому, что это было удобно.
- Наверное, тебе лучше уйти, - сказала она.
- Что?
- Собирай вещи. Уходи.
- Алин, ты чего? Из-за какой-то ссоры?
- Это не ссора, - она покачала головой. - Это прозрение.
Личные границы в паре должны были быть установлены давно, но Алина только сейчас поняла, что их не было вообще. Сергей жил в её квартире, пользовался её деньгами, строил планы на её будущее, но при этом ничего не давал взамен. И самое страшное, что она сама это позволяла, боясь остаться одна.
Он собирался два часа. Складывал вещи в сумки, ходил по квартире, что-то бормотал. Алина сидела на кухне и пила чай, холодный уже, но она не замечала. В какой-то момент он зашёл, встал в дверях.
- Ты правда хочешь, чтобы я ушёл?
- Да.
- Может, поговорим завтра? На свежую голову?
- Нет. Уходи сейчас.
- Куда мне идти? Уже поздно.
- К матери. К друзьям. Снимешь комнату.
- У меня нет денег на комнату.
- Серёж, у тебя зарплата сорок тысяч. Ты же на что-то её тратишь.
- На жизнь трачу. На продукты, на проезд...
- На удочки, - добавила она. - На пиво. На бензин, чтобы кататься с друзьями на рыбалку.
Он замолчал.
- Значит, всё, да? - спросил он через минуту. - Семь лет, и ты меня выгоняешь?
- Семь лет, - повторила она. - И я только сейчас поняла, что ты здесь не потому, что любишь меня. А потому, что тебе удобно.
- Это ты так думаешь. А я люблю тебя.
- Если бы любил, то не жил бы за мой счёт.
Он хотел что-то сказать, но передумал. Взял сумки, вышел в коридор. Алина слышала, как он надевает куртку, обувь. Потом дверь хлопнула, и стало тихо.
Она сидела на кухне до утра. Не плакала, просто сидела и смотрела в окно. Думала о том, что сейчас ей сорок пять, что она одна, что все вокруг спрашивают, когда замуж, когда детей, когда нормальная жизнь начнётся. Думала о Светлане, которая терпит Андрея и его чемоданы, боясь остаться одной. Думала о Людке, которая в пятьдесят два нашла своего мужчину мечты и теперь все вокруг радуются, как будто она наконец-то стала нормальной.
А ещё она думала о себе. О том, что психология отношений после 40 такова, что многие женщины соглашаются на любые условия, лишь бы не быть одинокими. Что общество давит со всех сторон, диктуя, как надо жить, с кем, когда и зачем. Что счастье для себя кажется эгоизмом, хотя на самом деле это просто здравый смысл.
Утром она позвонила на работу, сказалась больной. Потом легла в постель и проспала до вечера. Проснулась от звонка Светланы.
- Алин, ты где? Я тебе сто раз звонила.
- Спала.
- Что случилось? Ты какая-то странная.
- Я Серёгу выгнала.
Долгая пауза.
- Серьёзно?
- Серьёзно.
- О господи. Что произошло?
Алина рассказала. Про холодильник, про мать Сергея, про разговор о жилплощади. Светлана слушала молча, только иногда вздыхала.
- И как ты? - спросила она, когда Алина закончила.
- Не знаю. Странно. Пусто как-то.
- Хочешь, приеду?
- Не надо. Посплю ещё. Поговорим завтра.
- Точно?
- Точно. Спасибо, Света.
Она положила трубку и снова закрыла глаза. Спать не хотелось, но лежать под одеялом было тепло и безопасно. Как в коконе, где никто не достанет, не спросит, не осудит.
Прошла неделя. Сергей звонил каждый день, просил встретиться, поговорить. Алина не брала трубку. Потом он перестал звонить и написал сообщение: «Спасибо за всё. Извини, если что-то было не так. Желаю тебе счастья».
Она прочитала и удалила.
Светлана приходила в гости, приносила торт и вино. Они сидели на кухне, как в тот вечер после дня рождения, и говорили о жизни. Светлана рассказывала, что Андрей опять собирал чемодан, но в итоге остался. Что она устала от этих качелей, но уйти не может, потому что привыкла, потому что страшно.
- Знаешь, - сказала она, допивая вторую рюмку вина, - я тебе завидую.
- Чему? - Алина удивилась. - Тому, что я одна?
- Тому, что ты смогла. Выгнала его и не позвала обратно. Я бы не смогла.
- Света, ты можешь. Просто решись.
- А потом что? Мне пятьдесят. Кто меня возьмёт?
- А зачем тебе, чтобы кто-то брал? Живи для себя.
- Для себя, - Светлана усмехнулась. - Легко сказать. А как это, жить для себя? Я уже забыла.
Они помолчали.
- Кстати, - сказала Светлана, - Людка пригласила нас на свадьбу. В субботу. Пойдёшь?
- Не знаю. Не хочется смотреть на счастливую невесту.
- Да ладно. Пойдём вместе. Выпьем, потанцуем. Отвлечёшься.
- Танцевать я не умею.
- Научишься.
И Алина согласилась. Не потому, что хотела, а потому, что Светлана была права: надо отвлечься, выйти из дома, увидеть людей. Иначе можно сойти с ума в этой тишине, наедине со своими мыслями.
Свадьба была в ресторане на окраине города. Алина надела единственное приличное платье, тёмно-синее, купленное три года назад на корпоратив. Накрасилась, уложила волосы. Посмотрела на себя в зеркало и подумала, что выглядит неплохо. Отношения в зрелом возрасте казались чем-то нереальным, но ведь Людка смогла. Может, и у неё получится когда-нибудь.
Светлана приехала за ней на такси. Она была в красном платье, яркая и весёлая, хотя Алина видела, что веселье наносное.
- Ну что, поехали смотреть на счастье? - Светлана улыбнулась.
- Поехали.
Ресторан был украшен белыми цветами и лентами. Гости уже собрались, сидели за столами, пили шампанское. Людка стояла у входа в белом платье, полная и румяная, сияющая от счастья. Рядом с ней её муж, Виктор, мужчина лет пятидесяти пяти, серьёзный и статный.
- Девочки, как я рада, что вы пришли! - Людка обняла их обеих. - Садитесь за наш стол, там ещё места есть.
Они сели. Алина огляделась: знакомые лица, коллеги, соседи. Все улыбаются, поздравляют, чокаются. Она налила себе шампанского, выпила залпом. Потом ещё. Голова закружилась приятно, плечи расслабились.
Началась церемония. Регистратор говорила пафосные слова о любви и верности. Людка и Виктор расписывались в книге, целовались под аплодисменты. Потом пошёл банкет: тосты, песни, танцы. Алина сидела и смотрела на всё это как будто со стороны. Вот невеста бросает букет, и девушки толпятся, чтобы поймать. Вот букет летит в её сторону, и она автоматически протягивает руки, ловит.
Все засмеялись, захлопали. Людка кричала: «Алиночка, теперь твоя очередь!» Алина стояла с букетом в руках и улыбалась, хотя внутри было пусто. Ей не хотелось «своей очереди». Ей хотелось просто жить, без этих ожиданий, без штампов, без чужих советов.
Она села обратно за стол. Букет положила рядом. Светлана налила ей ещё шампанского.
- Смотри, примета сработает, - пошутила она.
- Не верю в приметы.
Музыка играла громко, люди танцевали. Алина сидела и смотрела в окно. За стеклом была зимняя ночь, падал снег, редкие машины проезжали по дороге. Обычная жизнь продолжалась, несмотря на свадьбы и разводы, встречи и расставания.
- Простите, это место свободно? - кто-то спросил рядом.
Она обернулась. Мужчина лет её возраста, может, чуть старше, в строгом костюме. Приятное лицо, спокойные глаза.
- Свободно, - кивнула она.
Он сел, протянул руку.
- Николай. Я с женихом работаю.
- Алина.
Они пожали друг другу руки. Николай налил себе воды, выпил.
- Вы дружите с невестой? - спросил он.
- Да. Давно знакомы.
- Понятно. А я с Виктором лет пять уже в одной фирме. Хороший мужик, честный.
- Людка тоже хорошая.
- Вижу. Счастливые они.
Помолчали.
- А вы сами... - он замялся, - простите, если вопрос личный. Замужем?
- Нет, - Алина покачала головой. - Недавно рассталась с мужчиной, с которым семь лет жила.
- Понимаю. Я вдовец. Три года уже.
- Мне очень жаль.
- Спасибо. Трудно было первое время, а теперь ничего. Привык.
Они разговорились. Николай оказался инженером, работал на заводе, где Виктор был главным бухгалтером. Жил один, дети взрослые, живут отдельно. Рассказывал спокойно, без надрыва, и Алина ловила себя на мысли, что ей приятно его слушать. Он не жаловался, не искал сочувствия, просто говорил о жизни как она есть.
- Хотите потанцуем? - предложил он, когда заиграла медленная музыка.
- Я не умею.
- Да ладно, кто сейчас умеет. Главное просто покачаться в такт.
Она согласилась. Они вышли на танцпол, он обнял её за талию, и они закружились под музыку. Алина чувствовала его руку на своей спине, крепкую и уверенную, и ей вдруг стало спокойно. Не влюблённо, не восторженно, просто спокойно. Как будто она нашла то, о чём даже не знала, что ищет.
Когда музыка кончилась, они вернулись за стол. Николай посмотрел на часы.
- Мне скоро ехать. Завтра рано вставать. Но было очень приятно познакомиться.
- Мне тоже.
- Может быть, - он замялся, - если вы не против, мы могли бы как-нибудь встретиться? Погулять, кофе выпить?
Алина посмотрела на него. На его спокойное лицо, серьёзные глаза, руки, сложенные на столе. Подумала о Сергее, который за семь лет ни разу не пригласил её просто погулять, потому что был уверен, что она никуда не денется. Подумала о себе, о том, что ей сорок пять, что она боялась остаться одной, а теперь одна, и ничего страшного не случилось.
- Почему бы и нет, - сказала она.
Он улыбнулся, записал её номер телефона в свой телефон.
- Позвоню на неделе. Спасибо, Алина.
Когда он ушёл, Светлана толкнула её локтем.
- Ну что, будешь встречаться?
- Не знаю. Посмотрим.
- Он нормальный вроде.
- Вроде.
Они засмеялись.
Свадьба закончилась поздно. Алина и Светлана сели в такси, усталые и навеселе. Машина ехала по ночному городу, мимо спящих домов, редких фонарей. Снег всё падал, тихо и мягко.
- Ну что, - спросила Светлана, глядя в окно, - пойдёшь на свидание?
Алина молчала. Смотрела на огни за окном, на снег, на отражение своего лица в стекле. Думала о прошлом, о будущем, о том, что жизнь не заканчивается в сорок пять, что можно начать сначала, что можно выбирать, с кем быть, а с кем нет. Что никто не имеет права диктовать ей, как жить.
- А почему бы и нет? - наконец сказала она. - Жизнь-то одна.
Светлана кивнула, ничего не ответила. Они ехали дальше молча, каждая думая о своём.
А тем временем где-то в другом конце города Людка с Виктором вернулись домой после свадьбы, счастливые и уставшие. Через полгода у них родится ребёнок, и Людка погрузится в быт с головой: бессонные ночи, памперсы, кормления, прогулки. Она будет счастлива, но иногда, глядя на спящего мужа, будет думать, что романтика куда-то ушла, а вместо неё остались обязанности.
Светлана приедет домой к Андрею. Он встретит её с упрёком: где пропадала, почему так поздно, он волновался. Она промолчит, разденется, ляжет в постель. А утром снова начнётся тот же круг: его претензии, её молчание, его чемодан у двери, её страх остаться одной. Ещё год они так проживут, потом ещё один. Светлана так и не найдёт в себе сил уйти.
А Сергей будет жаловаться друзьям в баре, попивая пиво: мол, встречался с женщиной семь лет, а она его выгнала, потребовала денег, совсем обнаглела. Друзья будут кивать сочувственно и говорить, что нынешние женщины все такие, только деньги им подавай. Он переедет к матери, будет спать в своей старой комнате на узкой кровати и мечтать о рыбалке.
Но обо всём этом Алина не знала и не думала. Она просто сидела в такси рядом с подругой и смотрела на огни города. Впереди была новая неделя, новая жизнь, может быть, новая встреча. Может быть, Николай позвонит, может, не позвонит. Может быть, у них что-то получится, а может, нет. Но это было уже неважно.
Важно было то, что она сделала выбор. Выбрала себя, свою свободу, своё право на счастье, каким бы оно ни было. И этого было достаточно.
Такси остановилось у её дома. Алина расплатилась, попрощалась со Светланой, вышла. Снег скрипел под ногами, воздух был морозным и свежим. Она подняла лицо к небу, закрыла глаза, вдохнула. И улыбнулась.
Жизнь продолжалась.