Сидели на лавочке у подъезда, пили чай из термоса. Я по случаю прекрасной погоды, а моя знакомая Людмила ждала сына из школы. Подбежал её пятиклашка Ваня, весь взъерошенный, с портфелем наперевес.
— Мам, я на футбол записался, — выпалил он, когда едва отдышался.
— О, хорошо, — кивнула Люда. — Будешь сильным. Там дисциплина.
Улыбка на лице Вани сразу пропала.
— Какая дисциплина? Там же платят, я в интернете смотрел. Буду как Месси! Куплю тебе квартиру, — с полной уверенностью заявил он.
— А инженером не хочешь? — поинтересовался я с улыбкой
— Нее, не хочу инженером, там мало платят, — ответил мальчишка и умчался гонять мяч недалеко от детской площадки.
Людмила вздохнула, а я поморщился от его слов. Футболист. Ну конечно. В моё время на вопрос «Кем ты хочешь стать?» звучали куда более приземлённые, иногда и вовсе фантастические варианты – от космонавта до токаря-универсала. Но «футболист» стоял в одном ряду с «лётчиком-испытателем» — красиво, но как-то совсем не про деньги. А сейчас футболисты миллионеры. Прямо и честно.
Возражать ему я не стал. Ванька пацан хороший, просто мир у него в голове основан на ярких пикселях с экрана. Блогер, киберспортсмен, футболист – прямой путь к «успеху», никаких тебе скучных офисных многоэтажек и заводских цехов.
Стоп, а кто сейчас вообще на заводе работает? Интересный вопрос.
Когда я вернулся домой, то списался с Екатериной, а потом мы созвонились. Она наша всеобщая спасительница, кадровик с очень большим стажем – целых 10 лет. Она умеет расставлять всё по полочкам и людей тоже у нас строит на работе каждый день.
— Катя, — говорю, — вот послушай. Вырос у меня гипотетический племянник. Мечтает о карьере футболиста, потому что «там платят». Как бы ты его в чувство привела?
На том конце провода послышался характерный шелест бумаг. Катя никогда не говорит сходу, она сначала мысленно листает своё обширное досье на человечество.
— А зачем в чувство приводить? — спокойно спросила она. — Он логично рассуждает. Ребёнок не глупый, он видит готовый результат, вилла, машины, толпы фанатов. Он же не видит 9-летнего пацана, которого везут в академию в другой город, он не замечает ежедневных многочасовых тренировок, на которых выживают единицы. Про травмы, которые перечёркивают всё, он и его ровесники вообще не знают. Он видит сияющую вершину. Проблема не в нём.
— В чём же? — уточнил я.
— В том, что мы не показываем и не стремимся показывать, чему можно добиться в других местах, — ответила Катерина. — Ты же сам знаешь, сейчас много вакансий для толкового инженера-проектировщика, технолога, архитектора, особенно, ну, после 2022 года. Зарплаты очень достойные. Но где про них снимают ролики на миллион просмотров? Кто из блогеров часами рассказывает, как он здорово рассчитал нагрузку на балку или разработал новую схему вентиляции? Это на их языке не медийно.
Я представил блогера:
«Приветствую всех. Сегодня делаем чертёж узла сопряжения! Ставьте лайк, если разбираетесь в СНиПах!» Звучало бы маленько странно.
— Так значит, правы те, кто идёт в блогеры? — поинтересовался я.
— Они идут не в блогеры, понимаешь, в чём дело, — поправила меня Катя. — Они идут, стремятся к популярности. А популярность — это всегда лотерея. Можно сколько угодно учиться красиво говорить и держаться в кадре, но гарантий ноль. А чтобы стать классным сварщиком-аргонщиком, нужно просто выучиться и постоянно практиковаться. Спрос на тебя будет всегда. Но попробуй объясни это подростку, когда перед ним пример ровесника, который купил на деньги с донатов Порше.
Мы помолчали. Я вспомнил, как водил экскурсии на завод для школьников лет 20 назад. Их тогда ещё водили. Сейчас, наверное, нет.
— И что же делать? Махнуть рукой? — спросил я.
— Начинать с малого, — сказала Екатерина. — Не надо им говорить, что «футбол ерунда», вы так ещё больше оттолкнёте. Спросить: «А ты знаешь, сколько в нашей области футбольных академий? А сколько ребят из них доходят до премьер-лиги? Давай посчитаем шансы, как в математике». Потом, между делом, показать, сколько получает, скажем, главный инженер на том же заводе, который делает покрытия для тех самых футбольных полей. Или программист, который пишет программы для анализа игроков. Мир шире, чем кажется с дивана на Ютубе.
Мы поговорили ещё немного. Катя привела пару историй, как находила работу молодым ребятам, которые разочаровались в своих «звёздных» планах. Один даже в киберспорте успел себя попробовать, но не срослось. Теперь монтирует видео, но не для блога, а для обучающих курсов для промышленных предприятий. Зарплата, говорит, стабильная, спать спокойно можно.
Я вышел на балкон. Внизу, на площадке, всё ещё бегал Ваня, он азартно бил по мячу, представлял себя, наверное, на стадионе «Сантьяго Бернабеу».
Пусть бегает, мечтает. Правда, в следующий раз, когда зайдёт разговор, спрошу его не про Месси. Спрошу, знает ли он, кто такой спортивный врач, комментатор либо диетолог для команды.
Мир ведь держится ещё и на тех, кто делает для всех звёзд стадионы, шьёт форму, организует трансляции и, в конце концов, чинит водопровод в их шикарных особняках.