Мы с друзьями приехали в Питер на выходные, чтобы развеяться и отдохнуть. В тот момент мне хотелось отвлечься и почувствовать себя живым и счастливым.
Мне было 23 года. Я жил в маленьком городе, был тихим и не самым заметным в компании. Но внутри мне всегда хотелось большего признания и уважения от друзей и близких.
За неделю до поездки мы расстались с девушкой. Это ещё больше добило меня, и я потерял какую-либо радость в жизни.
К психологу со своими проблемами я не решился пойти. Я не верил, что какой-то дядя своими разговорами поможет мне. Наверное, в душе я даже осуждал тех «слабых» людей, которые обращались за психологической помощью. Поэтому лучшим решением для меня была поездка.
Вообще в Питере есть какая-то своя клубная культура, ощущение, что клубы там – это площадка для самовыражения и вдохновения. Там все такие неформальные, свободные, яркие, и мне уже хотелось быть частью этой тусовки.
Наркотики меня всегда отталкивали. Были моменты, когда мне предлагали, но я всегда отказывался. Наверное, из-за наркоманов, которых часто видел в детстве около подъезда. Но в тот вечер всё было иначе. В баре мы познакомились с питерскими ребятами, и почти все вокруг употребляли.
Когда мне протянули маленькую розовую таблетку со словами «это безопасно, попробуй, здесь это «база» веселья», я и не знал, что через пару месяцев буду без денег колоться в грязном подъезде как наркоман. В тот вечер желание почувствовать себя свободно и сбежать от своих проблем перевесило здравый смысл.
Я стал тем, кто в очередной раз подтвердил статистику «больше половины тех, кто начинает с клубных наркотиков, теряют контроль в течение года» – мне же потребовалось всего пару месяцев.
Спустя время, я начал употреблять уже и в своём городе. Таблетка для настроения по пятницам превратилась в таблетку от скуки, от усталости, от грусти. Через несколько месяцев я уже не мог заснуть без дозы, просыпался разбитым и думал только о том, где найти новую. Работать стало невозможно, коллеги замечали неладное и спрашивали: «Не болен ли я?».
Наркотики уже не были для меня кайфом, они стали необходимостью, без них мир казался враждебным, тело явно находилось в стрессе – ломило кости, начиналась паника, тряслись руки, организм, мягко говоря, ломался.
Какое-то время спустя мне уже было всё равно, что употреблять. И та самая «безопасная» розовая таблетка для веселья сменилась на что-то дешевое, грязное и страшное.
Я врал семье о том, где пропадаю неделями, рассказывал байки, что у меня пропал телефон. Я скатился до того, что продал ноутбук, меня выселили из квартиры, так как платить было нечем. Я думал только о том, где взять «еще».
Мое дно наступило в вонючем подъезде, где ошивались мои тогдашние друзья. Я снова просил деньги в долг у мамы. Я думаю, она всё понимала и знала, чем я занимаюсь. Когда я позвонил ей, она не кричала, а тихо сказала: «Сереж, я звоню в клинику. Либо они, либо я тебя больше не знаю». Тогда я воспринял это как шантаж, но сейчас понимаю, что это было от большой любви ко мне.
Я приехал в клинику, в которую она позвонила, очень злой, с мыслью, что мне просто нужно тут отлежаться и перетерпеть ломку. Тогда я не понимал, что это только начало пути к себе. Детоксикация, психотерапия, реабилитация – это был тяжелый труд, мне хотелось всё бросить. Путь выздоровления занял больше года, но он того стоил. Сейчас я работаю, живу с девушкой и безумно благодарен маме за то, что не бросила меня.
Клиника "Панацея". Бесплатная консультация:
8 (843) 203-22-88