Август 2021-го. Суббота. Приехали в Себеж ровно в двенадцать. Солнце светило, но в телефоне мигал прогноз: дождь к обеду. Мы переглянулись с мужем — ну вот, опять. Всю неделю ждали этого уикенда, бронировали дом под Себежем, мечтали про озёра — а тут ливень.
Вышли из машины. Воздух — мокрый, но не дождливый. Пахнет озером и мокрым асфальтом. На асфальте — лужи. Свежие. Значит, дождь был. Только что. А теперь — тишина. И солнце пробивается сквозь тучи, как будто извиняется.
Пошли гулять.
Себеж — не город. Он — между озёрами. Себежское, Освейское, Нешчердо — три зеркала, соединённых протоками. Набережная простая: асфальт, скамейки, фонари. Никаких пафосных ресторанов с видом. Просто вода. Широкая. Серая. Как сталь.
Сели на скамейку. Муж достал бутерброды — взяли с собой из Москвы. Ели молча. Смотрели на воду. Иногда проплывала лодка. Медленно. Без спешки. Как будто и не нужно никуда.
Потом пошли к собору.
Краснокирпичный. 1862 года. Стоит на площади — не кричит, не величается. Просто есть. Мы уже проходили мимо — фотографировали фасад, собирались идти дальше. И тут…
Дверь приоткрылась. Выглянула женщина. Лет пятидесяти. В платке. Крикнула:
— Вы туристы?
Мы кивнули.
— Хотите на колокольню подняться? Недорого!
Муж засмеялся. Я тоже. Так неожиданно. Не гид с бейджиком. Не билетная касса. А живой человек из собора — зовёт.
Поднялись.
Лестница крутая. Деревянная. Скрипит под ногами. На площадке — ветер. И вид: весь Себеж как на ладони. Озёра — слева, справа, впереди. Леса. Дорога в Беларусь — тонкая нить на горизонте. Женщина показывала: вон там граница. Вон там — Освейское. Вон там — наша церковь.
Спросила: вы откуда? Москва, говорим. А она: у меня дочка в Москве живёт. Редко приезжает. Вы ей передайте — мама звонила.
Спустились. Дали ей двести рублей. Она сунула в карман, махнула рукой: приезжайте ещё.
Пошли дальше.
Город маленький. Три улицы, может, четыре. Дома старые — деревянные, с резными наличниками. Бабушка у подъезда сидела, клубок в руках. Кот грелся на асфальте. Никто не спешил. Никто не звонил по телефону. Время здесь — другое. Не московское. Не даже псковское. Себежское.
Мы шли без цели. Просто шли. От озера к площади, от площади к магазину «Продукты», от магазина — снова к воде. Иногда останавливались. Смотрели. Молчали.
А потом поняли: дождь не вернётся. Ушёл. В Беларусь. За границу. Оставил нам солнце, мокрый асфальт и озёра, которые блестят, как будто их только что вымыли.
Вечером вернулись в тот дом под Себежем. Хозяйка уже ждала — пирог с капустой испекла. Сели за стол. Пили чай. Говорили мало. Устали от тишины — хорошей, той, что в городе не бывает.
На следующий день поехали в Ореховно. Но это — другая история. А Себеж остался там: с набережной, с собором, с женщиной на колокольне и с дождём, который вежливо ушёл в соседнюю страну, чтобы не мешать.
Иногда вспоминаю тот уикенд. Не Ореховно с его коваными теплицами. Не даже озёра. А момент на колокольне — когда женщина показывала на горизонт и говорила: «Вон там граница». И я думала: как странно. Мы здесь — в тишине, у воды. А за лесом — другая страна. Другие люди. Другая жизнь.
А между нами — только озеро. И дождь, который не пришёл.