— Мам, ты документы на машину где хранишь?
— Какие документы? — Анна Викторовна изобразила недоумение.
— На Киа Рио. Ту, что во дворе стоит.
— А зачем тебе?
Катя прислонилась к дверному косяку и скрестила руки перед собой. Поза была красноречивой — дочь явно что-то вынюхала.
— Просто интересно. Это же твоя машина?
— Ну... моя, — Анна Викторовна отвернулась к кастрюле, делая вид, что помешивает суп особенно тщательно.
— Странно только, что за рулём я тебя ни разу не видела. Зато Серёжу — постоянно.
— Он меня возит. Удобно же.
— Ага, удобно, — Катя прошла на кухню, села за стол. — Мам, давай без этих игр. Машина на тебе оформлена?
— Катюш, ну это... сложно объяснить...
— Попробуй. У меня время есть.
Анна Викторовна выключила плиту и села напротив. Руки сами собой начали теребить край фартука. Надо было рассказать. Рано или поздно дочь всё равно узнает.
— Ну... да, на мне. Но это не то, что ты думаешь!
— А что я думаю?
— Что я д..ра старая, которая мужику купила машину! — голос сорвался. — Но ты не понимаешь! Я должна была! Иначе он бы ушёл!
Катя закрыла лицо руками и несколько секунд молчала. Потом медленно выдохнула.
— К кому ушёл?
— К Ленке Соколовой.
— К той стерве с третьего подъезда?
— Она не стерва. Она подруга. То есть была подругой. В общем... сложно.
— Рассказывай, — Катя откинулась на спинку стула. — И желательно с самого начала.
А начало было три месяца назад. После развода прошло семь лет, и Анна Викторовна уже смирилась с одиночеством. Привыкла приходить домой в пустую квартиру, разговаривать с телевизором, ужинать под сериалы. Дочь выросла, вышла замуж, родила Мишку. Приезжала по выходным, но это не заполняло пустоту.
И вот в один прекрасный день она столкнулась с Серёжей Кузнецовым. Точнее, он столкнулся с ней — нёс коробки из машины и не заметил, как она выходила с сумками из магазина.
— Ой, извините! — коробка полетела на асфальт, из неё посыпались какие-то запчасти.
— Ничего страшного, — Анна Викторовна присела помочь собрать.
Так и познакомились. Оказалось, Серёжа недавно снимает квартиру в их доме, работает мастером по ремонту чего-то там электронного. Улыбался приятно, глаза добрые. На вид — лет сорок пять. Анна Викторовна даже не подумала, что он младше на целых десять лет.
Через неделю он зашёл попросить соли. Ещё через три дня — помог донести тяжёлые сумки. Потом пригласил в кино. Анна Викторовна сначала отказывалась — неудобно как-то, мужик молодой, а она в свои пятьдесят три уже не торт. Но Серёжа настоял.
— Аня, да ладно вам! Сходим, посмеёмся. Я один вообще в кино не хожу.
Пошли. Потом ещё раз. Потом он стал заходить каждый вечер — то чай попить, то поговорить. Анна Викторовна расцветала на глазах. Записалась в фитнес, покрасила волосы, купила несколько новых платьев. Подруги завидовали.
Особенно завидовала Ленка Соколова.
— Везёт же некоторым, — говорила она, когда они сидели на лавочке у подъезда. — Мужик молодой, перспективный. Золото, а не мужик.
— Ленка, ну какое золото, — Анна Викторовна смущалась. — Обычный человек.
— Обычный! — Ленка фыркала. — Таких обычных днём с огнём не сыщешь. Мне бы такого!
Сначала это казалось безобидными шутками. Анна Викторовна даже гордилась — подруги признают, что у неё получилось. В пятьдесят три года найти нормального мужчину — это ж надо постараться.
Но потом Ленка стала появляться слишком часто. То случайно встретит их у подъезда, то зайдёт за солью именно тогда, когда Серёжа у Анны Викторовны сидит. Наряжалась, духами обливалась, губы красила ярко.
— Серёж, а вы на машине не ездите? — спросила она как-то, усаживаясь рядом на лавочке.
Анна Викторовна тогда ходила выбрасывать мусор, а когда вернулась, застала их в оживлённой беседе.
— Да нет у меня пока машины, — Серёжа развёл руками. — Всё собираюсь купить, а денег не хватает. Работы то много, то мало.
— Эх, жаль, — Ленка вздохнула театрально. — А то бы вы мне помогли с дачей. У меня там участок большой, надо материалы возить, грядки обрабатывать. Одной тяжело.
— Да я б с удовольствием, — Серёжа оживился. — Я дачу люблю. У родителей была, но продали.
— Знаете, Серёж, — Ленка подалась к нему, глаза блестели хитро. — Мне муж дачу оставил, когда почил. А детей у нас не было. Так что со временем... ну, не знаю... можно было бы и передать человеку, который помогал бы. Зачем мне одной?
Анна Викторовна похолодела. Даже мусорный пакет выпала из рук.
— Ленка, а ты что, жениться на себе Серёжу зовёшь? — вырвалось у неё.
— Да что ты, Ань! — Ленка рассмеялась, но взгляд остался жёстким. — Просто говорю, что хорошему человеку помочь можно. Дача-то не бедная. Дом кирпичный, баня, гараж. Вот только машины нет, чтобы туда ездить.
Серёжа смотрел то на одну, то на другую. Анна Викторовна заметила, как он задумался. И поняла — надо что-то делать. Быстро.
В тот вечер она не могла уснуть. Ворочалась, считала овец, пила капли. В голове крутилась одна мысль: Ленка переманит Серёжу. У неё есть чем приманить — дача, имущество, перспектива. А у Анны Викторовны что? Однушка на окраине, зарплата бухгалтера и пенсия лет через семь.
Утром она встала с чёткой целью. Пришла на работу, просидела до обеда как на иголках, а потом пошла в банк.
— Я хочу взять кредит на покупку автомобиля, — сказала она менеджеру.
Девочка лет двадцати пяти окинула её оценивающим взглядом.
— На себя оформлять будете?
— Да.
— Сколько зарабатываете?
— Сорок две тысячи. Справку принесла.
Менеджер пробежалась по бумагам, что-то посчитала в калькуляторе.
— Понимаете, при вашем доходе максимальная сумма кредита — около семисот тысяч. Ежемесячный платёж будет семнадцать-восемнадцать тысяч. Это почти половина зарплаты.
— Ничего, справлюсь.
— Вы уверены? На пять лет брать будете. Это долго.
— Уверена, — Анна Викторовна сжала кулаки под столом. — Оформляйте.
Когда она вышла из банка с одобренной заявкой, руки тряслись. Восемьсот тысяч. Пять лет. Восемнадцать тысяч каждый месяц. Страшно? Да. Но ещё страшнее было остаться одной.
Серёже она сказала через три дня, когда машину уже оформили в автосалоне.
— Серёж, пойдём, покажу тебе кое-что.
— Что такое? — он удивлённо смотрел, как она тянет его к стоянке.
— Вот, — она протянула ключи. — Твоя.
Серёжа замер. Посмотрел на серебристую Киа Рио, потом на неё, потом снова на машину.
— Ань, ты что... это шутка?
— Нет.
— Но откуда... у тебя же...
— Кредит взяла, — она улыбалась, хотя внутри всё сжалось. — Ничего, выплачу. Зато ты теперь на своей ездить будешь.
Он обнял её. Крепко, так что рёбра хрустнули. Закружил на месте, целовал в щёки, в лоб, в губы.
— Анютка, ты что наделала! Я же не просил!
— Знаю. Но хотел же?
— Хотел, конечно! Боже, это же машина! — он отпустил её, пошёл трогать капот, заглядывать в салон. — Я даже не мечтал! Спасибо, родная!
Родная. Анна Викторовна грелась этим словом весь вечер.
— И не говори Ленке, что кредит на мне, — попросила она. — Неловко как-то.
— Да я вообще никому не скажу! — Серёжа махнул рукой. — Это наше дело!
Первую неделю было сказочно. Серёжа возил её повсюду — на работу, в магазин, к дочери. Один раз даже загород съездили, на озеро. Анна Викторовна чувствовала себя королевой. Смотрела на него за рулём и думала — вот оно, счастье. Она сделала правильно.
Ленка, конечно, сразу всё увидела.
— О, машину купил! — она подошла, когда они выходили из подъезда. — Серёж, поздравляю! Молодец!
— Спасибо, — Серёжа смутился.
— Теперь на дачу сможешь ездить. Я же говорила — хороший мужик сам себе всё обеспечит, — Ленка бросила взгляд на Анну Викторовну. В этом взгляде читалось всё: и удивление, и зависть, и злость.
— Поедем как-нибудь, — буркнул Серёжа и поторопился сесть в машину.
А дальше началось странное. Серёжа стал пропадать. Сначала редко — раз в три дня не отвечал на звонки. Потом чаще. Говорил, что работы много, проект горит, встречи с заказчиками.
— Серёж, может, вечером увидимся? — спрашивала Анна Викторовна.
— Ань, я устал. Давай завтра.
Завтра превращалось в послезавтра. Послезавтра — в через неделю. Анна Викторовна не понимала, что происходит. Вроде всё было хорошо? Машину подарила, всё для него делала. Почему он отстраняется?
Ответ пришёл неожиданно. Катя позвонила в субботу утром.
— Мам, где твой Серёжа?
— Не знаю. Говорил, на работе.
— В субботу? На работе? — в голосе дочери звучал сарказм. — А я его только что около торгового центра видела. С Ленкой Соколовой.
— С Ленкой? — сердце ухнуло вниз. — Ты уверена?
— Абсолютно. Они около твоей машины стояли, смеялись. Она ему на плечо руку положила.
Анна Викторовна бросила трубку и помчалась туда. Нашла их в кафе на фудкорте. Серёжа что-то рассказывал, размахивая руками, Ленка смотрела на него влюблёнными глазами.
— Серёжа, — Анна Викторовна подошла к столику. Голос звучал на удивление ровно. — Что происходит?
Он вздрогнул. Ленка улыбнулась.
— О, Аня. Привет. Мы тут случайно встретились.
— Случайно, — Анна Викторовна села на свободный стул. — В субботу утром. В кафе. Случайно.
— Ань, не устраивай сцен, — Серёжа поморщился. — Правда случайно. Я ехал, увидел Ленку на остановке, подвёз.
— Серёжа такой молодец, — Ленка потянулась за салфеткой. — Машина отличная.
— Серёж, пойдём поговорим. Наедине, — Анна Викторовна встала.
Они вышли на парковку.
— Слушай, Ань. Мне надо подумать о нас.
— О нас? — она не поверила своим ушам. — То есть ты сомневаешься?
— Я... не знаю. Запутался.
— В чём запутался?
— Ну... ты хорошая, конечно. Но Ленка... она предлагает дачу. И она свободнее как-то, понимаешь? Ты постоянно звонишь, контролируешь...
— Я волнуюсь! — голос сорвался на крик. — Потому что люблю!
— Знаю. Но это давит. Мне нужно время подумать.
— Сколько времени?
— Не знаю. Месяц. Может, два.
Анна Викторовна смотрела на него и не узнавала. Это тот самый человек, который месяц назад кружил её на руках? Который называл родной?
— Ключи отдай, — сказала она тихо.
— Что?
— Ключи от машины. Кредит на мне, машина моя.
Серёжа покраснел.
— Ань, ну ты чего? Мы же договаривались...
— Ни о чём мы не договаривались. Давай ключи.
— Это подло!
— Подло? — она усмехнулась. — А взять мою машину, а потом встречаться с другой — это что?
Он швырнул брелок ей под ноги и ушёл пешком. Анна Викторовна подняла ключи, села за руль и только тогда разрыдалась.
Теперь она сидела на кухне напротив дочери и заканчивала свой рассказ.
— Вот так, — вытерла глаза. — Я думала, если не куплю ему машину, он к Ленке уйдёт. А я останусь одна.
— Мам, так ты всё равно осталась одна, — Катя потянулась через стол, взяла её за руку. — Только теперь ещё и с кредитом на пять лет.
— Знаю. Я д..ра..
— Нет. Просто... слишком доверчивая.
Они помолчали. Потом Катя спросила:
— Машину продашь?
— Попробую. Хоть часть кредита погашу.
— А Серёжу видела?
— Нет. Он не звонит. — Анна Викторовна усмехнулась. — Зато Ленка вчера писала. Спрашивала, не знаю ли я, где он. Оказывается, обещал ей грядки на даче вскопать. Не приехал.
— То есть он и её кинул?
— Похоже на то.
Катя фыркнула. Потом засмеялась. Анна Викторовна тоже не удержалась. Они смеялись, пока не заболели животы, пока слёзы не потекли уже не от горя.
— Ладно, мам, — Катя вытерла глаза. — Будем машину продавать. И никаких больше кредитов для принцев, договорились?
— Договорились, — Анна Викторовна кивнула. — Хотя знаешь что? Если бы не эта история, я бы так и думала, что он меня любит.
— Ну вот, зато урок получила.
— Дорогой урок. Восемьсот тысяч.
— Зато качественный.