Существует малоизвестная теория, что палатку группы Дятлова могли подменить на палатку Сергея Согрина. Мы обычно доверяем архивным материалам: фотографиям, дневникам участников и протоколам. Но ни в одном из них не упоминается, что случилось с одной из ключевых улик. Почему эта версия сегодня остается одной из самых обсуждаемых?
В дискуссиях о перевале часто упоминают уникальную самодельную палатку на 12 человек —
длинную, сшитую из двух обычных палаток, с особым способом установки и креплением печки. Многие годы в исследованиях её приписывали непосредственно Игорю Дятлову, считая, что это именно та палатка, которую группа взяла в поход. Однако есть материалы, которые заставляют посмотреть на это иначе.
Ещё в 2019 году в одном из обсуждений появился коллаж, где сравнивают несколько изображений. Центральное место занимает схематический рисунок — реконструкция по воспоминаниям участников другой группы, Сергея Согрина. Эта группа вышла на Приполярный Урал 23 января 1959 года — в тот же день, когда стартовала и группа Дятлова. Они шли по похожему региону до 18 февраля. Рисунок показывает, как именно ставилась их большая самодельная палатка и как внутри крепилась складная печка с трубой, которая полностью вкладывалась внутрь корпуса.
На схеме видно характерное устройство: печка подвешивалась на верёвке, труба выводилась через специальный рукав, всё было продумано для походных условий. Это не стандартная фабричная модель — явно самоделка спортклуба УПИ, которую передавали разным группам.
Рядом с этой схемой часто ставят рисунок эксперта-криминалиста Г. Е. Чуркиной, которая в 1959 году осматривала палатку, найденную на склоне. Её схема показывает повреждения — в частности, большую дыру на одном из скатов и несколько разрезов. Но если сравнить пропорции, расположение дыры и общий силуэт, многие замечают поразительное сходство с рисунком Согрина. Даже несмотря на то что схема Чуркиной довольно условная и местами упрощённая, общие черты читаются очень чётко: та же форма, та же логика крепления трубы, та же зона, где могла быть дыра от пожара.
Почему дыра именно там?
В воспоминаниях участников группы Согрина есть прямые упоминания о происшествии. Виктор Малютин записал в дневнике 4 февраля 1959 года:
На улице было минус 34 °C, ночью Серега Согрин сильно раскалил печку — и верх палатки загорелся. Крик «Горим!», печку выкинули наружу, но холод сразу усилился до минус 42 °C. Они кое-как поспали, а потом чинили палатку.
Евгений Зиновьев дополняет:
После этого решили вообще отказаться от палатки и рыть траншею в снегу — застилали лапником, перекрывали лыжами, накидывали остатки прожжённого полотна и сверху снежные кирпичи. То есть палатка была серьёзно повреждена именно в верхней части, где выводилась труба.
Глядя на схему Чуркиной, дыра располагается именно в той зоне, где логично ожидать прогорания от раскалённой печки. Расстояние между основными повреждениями — около 42 см, что примерно соответствует длине корпуса печки. Нижние края повреждений соединяются узкой перемычкой — как будто там отпечатался горячий металл. Всё это выглядит как следы именно такого пожара: огонь пошёл с двух сторон от поддува, прогорел насквозь, потом ветер погнал пламя в одну сторону, а обугленные и закопчённые куски просто оторвали, чтобы не оставлять следов.
Палатка группы Дятлова, как известно, исчезла
После обнаружения её быстро увезли, сначала в прокуратуру Ивделя (есть низкокачественные фото в зале), потом куда-то дальше. По воспоминаниям, хранилась где-то в фонде, но позже якобы пострадала от коммунальной аварии и утрачена. Никто, кроме отдельных рассказов, не видел её после 1959 года — ни демонстраций, ни фото в хорошем качестве. Единственный чёткий кадр — фото поисковика Брусницына от 27 февраля, когда палатка ещё была засыпана снегом, и видно только лыжу-стойку вертикально, как при установке.
Печка тоже не оставила почти следов: найдена в сложенном виде, труба внутри, без дров, без сажи — как будто не использовалась. Описаний почти нет, фото нет. Но по логике самодельных конструкций того времени корпус — простой железный короб, заслонка сбоку, задняя стенка с отверстием для трубы надевается как крышка. Труба — складные жестяные секции, как стаканчик, фиксируются шпилькой, последний участок под углом, чтобы ветер не задувал. Всё просто, надёжно и без лишних деталей.
Такая печка грела хорошо, но была пожароопасной — именно поэтому её не описывали официально в документах спортклуба. Передавали негласно, от группы к группе.
Вся подготовка похода, включая маршрут, дневники и редкие съёмки, строилась вокруг одной большой идеи — общей большой палатки на всю группу
Именно такую 12-местную самодельную палатку с печкой планировали взять. 8 января 1959 года маршрутная комиссия УПИ утвердила проект похода, и в списке общих вещей она стояла на первом месте — большая палатка и печка.
Группа вышла из Свердловска 23 января. Поздно вечером 26 января они прибыли в Северный (посёлок лесозаготовителей), где их ждала команда под руководством человека, которого в некоторых материалах называют «Геной» (с отсылкой к своеобразной «градации» Золотарёва). И вот здесь случился форс-мажор: выяснилось, что большую палатку группа не взяла. Вместо неё привезли две маленькие, судя по всему, по 5 мест каждая.
До этого момента мы говорили о вещах и фактах: палатках, печках, схемах, маршрутах и датах. Но любая крупная нестыковка в таких историях почти всегда упирается не только в предметы, а в людей, которые принимали решения на местах. В посёлке Северный, куда группа прибыла 26 января, оказался человек, чья роль в событиях до сих пор остаётся туманной и плохо задокументированной. В материалах исследователей он фигурирует под именем «Гена» — не как участник похода, а как координатор, куратор или посредник между планом, утверждённым в Свердловске, и реальностью на маршруте. Именно с его появлением версия о подмене палатки перестаёт быть чисто технической и начинает приобретать управленческую логику.
«Гена» отреагировал жёстко: так не договаривались. Те, кто дал неверную информацию о снаряжении, пусть теперь сами ищут большую палатку. Срок — до контрольного возвращения группы в Вижай, то есть до 15 февраля. Утром 27 января он отправил на «большую землю» порученца с выражением недоумения и пожеланиями разобраться. Тем же рейсом уехал Юрий Юдин до 41-го квартала — ему предстояло сыграть роль важного свидетеля, что он и делал всю оставшуюся жизнь.
Сам «Гена» тем временем продолжил работу по плану: проводил планёрки, слушал отчёты двух фотографов о материале, отснятом до Северного, ставил задачи по съёмкам похода (включая кадры с общей палаткой), уговаривал участников группы вести дневники в нужном ключе — всё с упоминанием большой палатки. Он продолжал делать то, что планировалось, несмотря на неожиданность.
Здесь стоит задуматься: кто дал неверную информацию человеку в Северном? Кто-то знал о проекте, утверждённом 8 января, знал про 12-местную палатку, но не знал, что за несколько дней до выезда её передали группе Согрина. Это не рядовой сотрудник спортклуба, но человек, к которому прислушиваются, показывают документы. В материалах часто упоминают похожие случаи с вводом в заблуждение по срокам возвращения (с 12 на 15 февраля), с подписями протоколов и т.д. — всё это связывают с одними и теми же фигурами из окружения спортклуба и комитета по физкультуре.
Аномальные холода на Приполярном Урале сильно замедлили группу Согрина — они больше сидели в снежных траншеях, чем шли. Пришлось запускать историю о просьбе Дятлова перенести контрольный срок. Но и 15 февраля Согрин не вышел. Поиски затянулись. 18 февраля группа Согрина наконец появилась. 19–20 февраля повреждённая палатка с печкой отправилась в Свердловск, а оттуда — максимально быстро в Северный. Убрать обгоревшие, закопчённые куски — дело часа. 24 февраля обоз с пятью телами, палаткой, вещами и командой направился по Лозьве и просекам на перевал.
Подтверждения, что группа Дятлова пошла без большой палатки, есть
Во-первых, нет ни одного свидетельства, что они её несли. Зато есть показания киномеханика М. Т. Дряхлых, который ехал с ними до 41-го квартала и помогал с погрузкой/выгрузкой. Он чётко сказал: группа из 10 человек везла 10 рюкзаков и 10 пар лыж. Большую палатку по объёму (а в кузове важен именно объём) он не видел.
В записке Тибо-Бриньоля подруге Григорьевой (известна с 2019 года) он пишет про «палатки» — во множественном числе. То есть минимум две.
Есть страничка в личном блокноте Дятлова (не взятом в поход): в списке общих вещей — две 5-местные палатки. Возможно, это для другого похода, но блокнот личный, записи не датированы — любая страница могла быть написана в любое время. И группе не привыкать ходить с маленькими палатками.
Такие совпадения маловероятны: две уникальные самодельные 12-местные палатки с похожими печками стартуют в один день в разные концы Урала, получают идентичные повреждения от огня, и их «пребывание в поле зрения» следует строго друг за другом с промежутком, достаточным для доставки. Случайность здесь выглядит натянутой.
Самое красноречивое — молниеносное исчезновение палатки со склона после обнаружения. Её убрали так быстро, что никто из поисковиков не успел снять процесс. Ни одной нормальной фотографии палатки на месте нет — только низкокачественные кадры в прокуратуре Ивделя и один неудачный снимок Брусницына.
Версия о подмене палатки неудобна именно потому, что она не требует фантастики. В ней нет секретного оружия, снежных людей или мистики — только логистика, документы, человеческие решения и исчезнувшая улика. Если палатка, найденная на склоне, действительно не принадлежала группе Дятлова, это меняет саму точку отсчёта всей трагедии. В следующих материалах я разберу детали, которые обычно остаются за кадром: цепочку перевозки вещей, странности официальных протоколов и роли конкретных людей, чьи имена редко обсуждают вслух.