Помимо высокой смертности режим борьбы с пандемией предыдущего вируса стал началом самого масштабного за последние несколько десятилетий эксперимента по модернизации управления обществом. Он уже привёл к серьёзным геополитическим изменениям и всё ещё продолжается. И вряд ли новый индийский вирус способен добавить к произошедшему что-либо более существенное…
По разным данным, за время острой фазы коронавирусной пандемии в России непосредственно от вируса и последствий заболевания умерло от 760,3 тыс. до 1 млн 184 тыс. человек. Это чрезвычайно прискорбные цифры.
Но гораздо большие и далеко идущие последствия пандемия и борьба государства (государств) с ней имели для психологического состояния людей и общественных связей.
Пожалуй, теперь уже можно смело сказать, что в ходе карантинных мероприятий и ограничений был проведён, возможно, самый масштабный в истории социально-политический и экономический эксперимент с далеко идущими последствиями.
Краткое их перечисление может выглядеть следующим образом.
Экономика. Здесь наибольшую выгоду получили крупнейшие корпорации, огромный толчок к развитию получили интернет, социальные сети, маркетплейсы и службы доставки. Пострадала оффлайн-торговля и другие услуги, связанные с массовой мобильностью населения, соответственно сильный удар получили малый бизнес и представители среднего класса.
Общество. Людей в реальных «боевых» условиях испытывали на психологическую устойчивость и управляемость. Под предлогом защиты здоровья повсеместно внедрялись режимы самоизоляции, отказа от общения с друзьями и родственниками, удалённой работы, обязательного ношения масок. Угнеталось критическое мышление. Начальство даже не пыталось дискутировать с населением, а боролось с теми, чьё поведение считало неуместным и вредным в конкретной ситуации. Применялись разные меры воздействия: от навешивания ярлыков (например, «конспирологов») до санкций, в числе которых были увольнения с работы, блокировка сетевых аккаунтов и сайтов, направленные против нарушителей карантина и «антиваксеров» административные и даже уголовные статьи. В результате усилилась начавшаяся ещё раньше общественная поляризация на «привитых и непривиых», «послушных («лояльных») и задающих вопросы («подозрительных»).
В целом, кажется, был создан прецедент с алгоритмами действий по управлению населением, который мог применяться в подобных кризисных ситуациях.
Сегодня у российского порога новый вирус — смертоносный Нипах, распространяющийся пока среди медицинского персонала в Индии. Как следует из информационного бюллетеня ВОЗ, он передаётся человеку от животных, а также через зараженную еду или от человека к человеку.
Летальность составляет 40–75%, что значительно выше, чем у COVID-19 (до 2%). Симптомы включают высокую температуру, рвоту, отёк мозга и поражение центральной нервной системы, приводящее к спутанности сознания и дезориентации. Неврологические осложнения могут сохраняться годами, включая такие осложнения, как энцефалит.
Заболевших Нипахом пока немного — несколько десятков. Основной резервуар — летучие лисицы, питающиеся плодами финиковых пальм. Россиян должно успокаивать эта экзотика — то, что люди заражаются через загрязненные плоды или пальмовый сок. Передача от человека к человеку возможна только через биологические жидкости, воздушно-капельный путь исключён.
Тем не менее, завоз вируса Нипах в Россию — вопрос времени, как это было и с COVID-19, над которым у нас в стране одно время тоже шутили, даже на центральном телевидении. Но вряд ли новый вирус сможет спровоцировать эпидемию или пандемию. И из-за своих биологических особенностей. К тому же отечественная фарма доказала, что способна создавать вакцины против любой заразы, не всегда полностью безопасные, зато быстро. Но главным образом, из-за того, что изменилось само российское общество, а государство создало инструменты воздействия на него, которые продолжает совершенствовать (разные способы индоктринации, изоляции/стигматизации отдельных общественных групп, контроля, цензуры и блокировки нежелательных контактов и контента, и т.п.
Конечно, кто-то из нас может заболеть и даже (не дай, бог!) умереть. Но государство, в целом изменившее страну до неузнаваемости, стало гораздо более неуязвимым...