Всё началось с пятна. Небольшого, расплывчатого, цвета крепкого чая. Оно появилось на светлой столешнице кухонного стола. Я не заметила, как поставила на него мокрую кружку. Когда обнаружила, было поздно — въевшийся контур уже смотрел на меня укоризненно.
Первым порывом было — бежать за специальным средством, отдраить до блеска, стереть эту свидетельницу моей неаккуратности. Но в тот момент я была смертельно устала. Не просто утомлена, а именно устала — той глубокой, костной усталостью, когда любое движение кажется подвигом. Я села на стул, посмотрела на это пятно и… оставила его.
На следующий день я поставила чашку на то же самое место. Сознательно. Ещё одно пятно легло рядом с первым, слегка наложившись на него. Это был тихий бунт. Бунт против идеального порядка, который я сама же и учредила в своём доме и в своей голове. Я поняла, что устала не только физически. Я устала притворяться, что всё в порядке, что я всё успеваю, что мой дом — это безмятежная крепость. А это чайное пятно было первым честным признаком: здесь живёт человек. Усталый человек.
И тогда я завела дневник. Не красивый блокнот с замком для сокровенных мыслей. Самую простую, дешёвую тетрадь в косую линейку, как в школе. Я назвала её «Дневник усталости». Правило было одно: записывать в него не события дня, а только признаки усталости. Маленькие, стыдные, те, что всегда прячешь.
Первую запись я сделала с трудом, будто признаваясь в преступлении: «17 апреля. Обед. Сидела, смотрела на тарелку с супом. Не могла заставить себя взять ложку. Просто смотрела минут десять. Мысли были пустые, как тарелка. Просто не хотелось есть.»
Потом пошло легче.
«19 апреля. Вечер. Разобрала посудомойку. Поставила чистые тарелки не в шкаф, а обратно в машину. Не хватило сил сделать два лишних движения. Утром нашла их и разложила.»
«23 апреля. Забыла, как зовут коллегу, с которой работаю три года. Вспомнила только к вечеру. Было страшно.»
«30 апреля. В магазине стояла перед полкой с йогуртами пятнадцать минут. Не могла выбрать. Взяла первый попавшийся и ушла, чувствуя себя идиоткой.»
Эти записи не были жалобой. Это была инвентаризация. Я выкладывала на бумагу мелкие осколки своего истощения, чтобы увидеть целую картину. И картина открывалась пугающая. Я была не просто уставшей. Я была на нуле. Мой ресурс кончился, а я продолжала делать вид, что еду на полном баке, лишь бы не останавливаться.
А пятно на столе тем временем обрастало соседями. От винного бокала, от мокрой вазы, от забытого лимона. Они складывались в абстрактную, желтовато-коричневую карту моих вечеров. Я перестала их вытирать. Более того, я стала их разглядывать. Каждое — как отпечаток момента, когда я позволила себе просто быть, а не делать. Когда чашка была важнее немедленной уборки.
Однажды вечером, листая тетрадь, я наткнулась на запись двухмесячной давности: «Не смогла досмотреть фильм, который ждала месяц. Уснула на двадцатой минуте.» И вдруг рассмеялась. А что в этом страшного? Фильм никуда не делся. А сон был прекрасен.
Эти пятна и записи стали моими маяками. Они сигнализировали: «Стоп. Ты на пределе. Пора ничего не делать». Я научилась их читать. Если в тетради три дня подряд появлялись записи о забывчивости или нерешительности — я знала: нужно срочно устраивать «день пустых пятен». День, когда можно ставить кружку куда попало, не готовить ужин, а заказать пиццу, и спать днём.
Через полгода я дошла до последней страницы тетради. Я перечитала её от начала до конца. И не нашла в ней ни одной трагедии. Только хронику обычного человеческого истощения. Но перечитывая, я увидела и другое. Я увидела, как постепенно записи стали реже. Как между «не могла выбрать йогурт» и следующей записью появился промежуток в две недели. Потом — в месяц. Я не стала железной леди. Я просто научилась вовремя замечать свою усталость и давать ей право на существование. Не бороться с ней, а принимать как погоду. Иногда идёт дождь. Иногда наступает усталость.
Я не стала заводить новую тетрадь. В ней не было нужды. Её функцию взяло на себя то самое пятно на столе. Вернее, целая их галерея. Они были моим визуальным дневником. Я смотрю на них и вижу не грязь, а прожитые вечера. Минуты тишины. Часы отдыха, которые я себе наконец-то разрешила.
Мой муж, человек аккуратный, сначала ворчал: «Ну что за бардак!» А потом привык. Однажды он принёс домой винтажный стеклянный поднос и поставил его прямо поверх самого большого пятна. «Чтобы эстетичнее было, — сказал он. — А так идея хорошая. Сразу видно, где жизнь кипит». И мы засмеялись.
Теперь, когда гости, указывая на стол, с легким ужасом спрашивают: «Ой, а это что у вас, не оттирается?» — я спокойно отвечаю: «Это наши следы. Наша летопись. И она ещё не закончена».
Я больше не стыжусь своей усталости. Я её уважаю. Она — не враг, а часть меня. Как и эти пятна — часть моего стола, моего дома, моей истории. И иногда, чтобы снова захотеть жить, нужно всего лишь разрешить себе оставить след. Не стирать его в панике, а посмотреть на него, принять и понять, что он говорит. А говорит он простую вещь: ты живой. А живое имеет право пачкаться, уставать и оставлять следы.
А вы ведёте такой невидимый «дневник усталости» в своей душе? Или тщательно вытираете все «пятна», чтобы никто, включая себя, не догадался, как вам порой тяжело даётся эта безупречная чистота бытия?
Сегодняшнее правило: если можно не усложнять — не усложняй. Это касается и уборки, и готовки.
Я больше не вожусь с каждым чайным пятном на столе. И уж точно не буду делать это на кухне! Здесь царят простота и вкус.
Встречайте «Рецепты без заморочек» — место, где можно расслабиться, как в любимой футболке, и получить кайф от процесса.
Первый рецепт-манифест:[ пышный омлет с колбасой и овощами. Сытный завтрак, который делает утро добрым.]. То, что готовится почти интуитивно и оставляет приятные следы на сковороде и в памяти.
За простыми и вкусными рецептами :t.me/...he
А так же еще больше интересных историй в моем новом канале:https://dzen.ru/id/696ba688ccf5387200b17ec5