Телефон завибрировал в сумке в пятый раз за последние десять минут. Марина нащупала его в кармане, не глядя на экран, и сбросила вызов. Она знала, кто звонит. Знала, что будет дальше. И не хотела этого «дальше» прямо сейчас, в пятницу вечером, в переполненном метро, когда она еле стояла на ногах после десятичасового рабочего дня.
Телефон завибрировал снова. На этот раз пришло сообщение. Потом ещё одно. Потом ещё.
Марина закрыла глаза, прижимаясь лбом к прохладному стеклу двери вагона. За окном мелькали огни станций. До дома оставалось ещё пятнадцать минут. Пятнадцать минут передышки перед неизбежным.
Телефон разрывался. Люди вокруг начали оборачиваться, раздражённо косясь на неё. Марина вздохнула и достала телефон.
На экране было двенадцать пропущенных от мужа и семь сообщений:
«Где ты?»
«Марина, я спрашиваю, где ты?»
«Почему не отвечаешь?»
«Ты вышла с работы в 18:00. Сейчас 18:47. Почему ты до сих пор не дома?»
«Если не ответишь в течение минуты, я поеду к тебе на работу»
«Я ЖДУ ОТВЕТА»
«МАРИНА!!!»
Она набрала ответ дрожащими пальцами:
«Прости, аврал на работе. Вышла позже. Скоро буду»
Ответ пришёл мгновенно:
«Ты сказала, что уйдёшь в шесть. Сейчас без пятнадцати семь. Где ты была лишний час?»
«На работе. Начальник попросил доделать отчёт»
«Покажи переписку с начальником»
Марина сжала телефон. Это было каждый раз. Каждый божий раз, когда она задерживалась хотя бы на десять минут. Допрос, проверки, обвинения.
«Семён, я устала. Скоро буду дома, поговорим»
«Нет. Ты покажешь переписку сейчас. Или я сам приеду к тебе на работу и разберусь»
Марина открыла рабочий чат, сделала скриншот переписки с начальником и отправила Семёну. В переписке был таймштамп – начальник написал ей в 17:45 с просьбой срочно доделать квартальный отчёт. Марина ответила, что сделает.
Прошло две минуты. Потом пять. Телефон молчал. Марина вышла на своей станции, поднялась по эскалатору, вышла на улицу. Холодный осенний ветер ударил в лицо. Она поёжилась, натягивая куртку.
Телефон ожил:
«Почему начальник попросил именно тебя? Там есть другие сотрудники»
Марина остановилась посреди тротуара. Прохожие обходили её, бормоча что-то недовольное. Ей было всё равно.
Пальцы печатали сами собой:
«Потому что это моя зона ответственности. Я веду этот проект»
«Я не верю тебе. Ты что-то скрываешь»
«Семён, я ничего не скрываю. Я просто задержалась на работе»
«Если бы это была правда, ты бы позвонила и предупредила»
«Я не могла. У меня был дедлайн»
«Ты могла найти минуту, чтобы позвонить мужу. Но ты не позвонила. Значит, тебе было не до меня. Значит, там был кто-то важнее»
Марина зажмурилась. Слёзы подступили к горлу, но она не дала им вырваться. Не здесь. Не сейчас.
«Я иду домой. Поговорим там»
Она убрала телефон в карман и пошла к дому. Шла медленно, оттягивая момент, когда придётся войти в квартиру и встретиться с Семёном. Со скандалом. С обвинениями.
Это началось полгода назад. Сначала были невинные вопросы: «Как прошёл день? С кем общалась? Кто писал?» Марина отвечала охотно, думая, что Семён просто интересуется её жизнью. Потом вопросы стали детальнее: «Что за номер звонил? Кто это был? Покажи переписку». Марина показывала, потому что ей нечего было скрывать.
А потом началось самое страшное. Семён попросил пароль от её телефона. «Чтобы доверять друг другу полностью», – сказал он. Марина дала. И пожалела об этом через неделю, когда обнаружила, что Семён читает все её переписки, проверяет историю звонков, смотрит, где она была по геолокации.
«Это нормально, – говорил он. – У нас же нет секретов друг от друга. Мы семья. Я имею право знать, где ты и с кем».
Марина пыталась возражать. Говорила, что это нарушение личных границ. Семён обижался, кричал, обвинял её в том, что она хочет скрывать измены.
«Если тебе нечего скрывать, зачем тебе приватность?» – говорил он.
И Марина сдавалась. Потому что устала спорить. Потому что начинала сомневаться в себе. Может, он прав? Может, это действительно нормально?
Но самое худшее началось, когда Семён запретил ей общаться с лучшей подругой, Дашей.
Даша знала Марину с университета. Они прошли вместе через всё – через сессии, первую работу, первые отношения, расставания. Даша была как сестра. Когда Марина познакомилась с Семёном, Даша сразу насторожилась.
«Он какой-то... контролирующий, – сказала она после первой встречи с ним. – Видела, как он смотрит на тебя? Как отслеживает каждое твоё слово?»
«Это забота, – возразила Марина. – Он беспокоится обо мне».
«Забота и контроль – разные вещи», – покачала головой Даша.
Семён почувствовал, что Даша его не одобряет. И начал атаку.
«Твоя подруга настраивает тебя против меня, – говорил он. – Она завидует нашему счастью. Она хочет нас развести».
«Даша просто беспокоится обо мне».
«Она отравляет тебя своими феминистскими идейками. Внушает, что все мужчины – козлы. А я что, козёл?»
«Нет, конечно...»
«Тогда зачем ты её слушаешь? Зачем проводишь с ней время? Я – твой муж. Я должен быть на первом месте. А не какая-то подружка».
Марина пыталась отстоять право на дружбу. Говорила, что Даша важна для неё. Семён устроил истерику, обвинил Марину в том, что она предпочитает подругу мужу, что она плохая жена.
«Хорошие жёны ставят семью на первое место, – говорил он. – А ты? Ты бегаешь к этой стерве, вместо того чтобы проводить время со мной».
Марина начала реже видеться с Дашей. Раз в месяц вместо раз в неделю. Потом раз в два месяца. Даша обижалась, не понимала. Марина не могла объяснить. Стыдилась.
А три месяца назад Семён вообще запретил ей встречаться с Дашей.
«Это она или я, – сказал он. – Выбирай».
Марина выбрала его. Потому что он был мужем. Потому что боялась остаться одна. Потому что... даже сама не знала, почему.
Даша не выдержала, написала длинное сообщение:
«Марина, что происходит? Ты изменилась. Стала какой-то затравленной, задёрганной. Он делает из тебя заложницу. Это не любовь. Это абьюз. Пожалуйста, одумайся. Я всегда буду на твоей стороне, что бы ни случилось. Но выбраться из таких отношений можно только самой».
Марина удалила сообщение, не ответив. Заблокировала Дашу в соцсетях. Семён был доволен.
«Вот видишь, какая она, – сказал он. – Пытается поссорить нас. Хорошо, что ты поняла это вовремя».
Марина ничего не ответила. Она просто сидела на кухне и смотрела в окно, чувствуя, как внутри что-то умирает.
Дверь квартиры открылась, едва Марина вставила ключ в замок. На пороге стоял Семён – высокий, подтянутый, с холодным взглядом стальных глаз.
– Проходи, – сказал он. Голос звучал спокойно, даже слишком спокойно. Это было плохим знаком.
Марина прошла в прихожую, сняла куртку, разулась. Руки дрожали. Семён стоял рядом, скрестив руки на груди, и смотрел на неё.
– Ну, – сказал он. – Объясни.
– Что объяснить? Я уже написала. Задержалась на работе.
– На сорок семь минут.
– Начальник попросил...
– Я видел переписку. Он попросил тебя в 17:45. У тебя ушло сорок пять минут на доделку отчёта?
– Да, там было много правок...
– Сорок пять минут, Марина. И ещё две минуты на дорогу до метро. Это ровно сорок семь минут. – Семён шагнул ближе. – Идеальное совпадение, правда?
Марина отступила, уперевшись спиной в стену.
– Я не понимаю, о чём ты.
– Я думаю, ты очень хорошо понимаешь. – Семён склонился над ней. Марина чувствовала его дыхание на лице. – Ты вышла из офиса не в шесть. Ты вышла раньше. И провела это время с кем-то.
– Это бред!
– Да? Тогда покажи геолокацию за последний час.
Марина вытащила телефон, открыла карты, показала маршрут. Но история была неполной – в офисе был плохой сигнал GPS, и часть маршрута не записалась.
– Видишь? – Семён ткнул пальцем в экран. – Здесь пробел. С 18:00 до 18:15 тебя нигде не было. Где ты была эти пятнадцать минут?
– В офисе! Я же говорю!
– Ты лжёшь. – Семён выхватил телефон из её рук. – Я проверю всё. Каждое сообщение. Каждый звонок. И если я найду хоть одно доказательство того, что ты мне изменяешь...
– Семён, прекрати! – Марина попыталась забрать телефон, но он отстранил её, держа аппарат высоко над головой.
– Не смей мне указывать! – рявкнул он. – Я твой муж! Я имею право проверять тебя!
– У тебя нет права копаться в моём телефоне без разрешения!
– Ещё как есть. Ты моя жена. У тебя не должно быть от меня секретов.
Семён прошёл в гостиную, сел на диван, уткнувшись в телефон. Марина стояла в прихожей, не зная, что делать. Внутри поднималась волна ярости, смешанной со страхом.
Прошло десять минут. Семён листал телефон, что-то бормоча себе под нос. Марина прошла в гостиную, села в кресло напротив.
– Ну что, нашёл любовника? – не выдержала она.
Семён поднял глаза.
– Не нашёл. Пока. Но это не значит, что его нет. Ты могла удалить переписки.
– Я ничего не удаляла!
– Тогда почему ты опоздала?
– Потому что задержалась на работе! – Марина вскочила. – Господи, Семён, сколько можно?! Это происходит каждый раз! Я опаздываю на пять минут – ты устраиваешь допрос! Я не отвечаю на звонок – ты звонишь моим коллегам! Я переписываюсь с подругами – ты требуешь показать переписку!
– Потому что ты даёшь повод! – Семён тоже вскочил. – Если бы ты вела себя как нормальная жена, я бы не проверял!
– Как нормальная жена?! Что значит «нормальная»?! Сидеть дома и ждать, когда ты соизволишь вернуться?! Отчитываться за каждую минуту?!
– Да! – заорал Семён. – Именно так! Жена должна быть предсказуемой! Она должна быть дома, когда муж вернулся с работы! Она должна готовить ужин, а не шляться неизвестно где!
– Я не шляюсь! Я работаю!
– Работаешь! – Семён расхохотался. – Да твоя работа – это клоунада! Менеджер по продажам! Ты болтаешь по телефону с клиентами весь день и думаешь, что это работа?! Настоящие деньги в дом приношу я!
Марина побледнела.
– Ты... ты серьёзно сейчас?
– Абсолютно. – Семён шагнул к ней. – Я зарабатываю в три раза больше тебя. Я плачу за ипотеку, за машину, за отпуск. А ты? Твоих денег едва хватает на продукты. Так что не строй из себя королеву, которая имеет право задерживаться на работе.
– Если я такая бесполезная, зачем ты вообще женился на мне? – тихо спросила Марина.
Семён замолчал. Потом усмехнулся.
– Хороший вопрос. Иногда я и сам не знаю ответа.
Тишина повисла между ними, тяжёлая и липкая. Марина смотрела на мужа и не узнавала его. Где тот мужчина, который дарил ей цветы и читал стихи на первом свидании? Который говорил, что она – самая лучшая? Который клялся, что будет любить её до конца жизни?
Куда он делся?
– Я устала, – сказала Марина. – Я пойду спать.
Она прошла в спальню, легла на кровать, не раздеваясь. Слёзы текли сами собой, тихо и горько. Телефон лежал у Семёна. Марина даже не попросила его вернуть.
Утром Семён разбудил её в шесть, протягивая телефон.
– Извини, – сказал он. Голос звучал виновато. – Я был не прав вчера. Погорячился.
Марина взяла телефон, не глядя на него.
– Ладно.
– Нет, правда. – Семён сел на край кровати. – Я просто... я боюсь тебя потерять. Понимаешь? Когда ты опаздываешь, я начинаю думать всякую чушь. Что ты встретила кого-то лучше меня. Что тебе со мной скучно.
Марина посмотрела на него. Он выглядел искренним. Глаза были влажными.
– Семён, я не встречаю никого. Я люблю тебя.
– Я знаю. – Он взял её за руку. – Просто будь, пожалуйста, внимательнее. Предупреждай, если задерживаешься. Хоть СМС кинь. Чтобы я не волновался.
– Хорошо, – кивнула Марина.
Семён поцеловал её в лоб и ушёл на кухню готовить завтрак. Марина осталась лежать, глядя в потолок.
Это был не первый раз, когда он извинялся после скандала. И не последний. Цикл повторялся снова и снова: скандал – извинения – спокойствие – новый скандал.
И Марина начинала понимать, что это не изменится. Никогда.
Прошло два месяца. Семён стал ещё более придирчивым. Теперь он требовал, чтобы Марина звонила ему каждый час и отчитывалась, где она и что делает. Если она не звонила – он разыскивал её через коллег, друзей, даже начальника.
Однажды он приехал к ней в офис в обед, чтобы «проверить, правда ли она там».
Марина сидела за рабочим столом, когда он ворвался в open space, оглядываясь.
– Семён? – Она вскочила, смущённо оглядывая коллег, которые с интересом наблюдали за сценой. – Что ты здесь делаешь?
– Проверяю, – коротко ответил он. – Ты действительно на работе.
– Конечно, на работе! Где же ещё мне быть?!
– Не знаю. – Семён пожал плечами. – Мало ли.
Он развернулся и ушёл. Марина опустилась на стул, чувствуя, как горят щёки. Коллеги переглядывались, шептались. Начальник вызвал её к себе.
– Марина, у вас всё в порядке? – спросил он с беспокойством.
– Да, всё нормально, – солгала она. – Просто... бытовые проблемы.
Начальник не выглядел убеждённым, но промолчал.
Вечером Марина пришла домой и обнаружила, что Семён упаковал её вещи.
– Что это? – спросила она, глядя на чемодан у двери.
– Ты переезжаешь, – сказал Семён.
– Куда?!
– К своей драгоценной подруге. К Даше. – Семён скрестил руки на груди. – Вы же так скучали друг по другу. Вот теперь и поживёте вместе.
Марина не понимала, что происходит.
– Семён, я не понимаю...
– Я видел твою переписку с ней. – Семён достал свой телефон, открыл скриншот. – Вот. Читай.
Марина взяла телефон. Это была старая переписка, трёхмесячной давности, которую она думала удалила. Сообщение от Даши:
«Марина, прошу тебя, уйди от него. Это токсичные отношения. Он уничтожает тебя. Приезжай ко мне, я помогу»
И её ответ:
«Даша, я не могу. Он узнает. Но ты права. Мне плохо. Очень плохо»
Семён выхватил телефон из её рук.
– Ты планировала уйти. От меня. К ней. – Его голос дрожал от ярости. – Ты обсуждала нашу семью с посторонними людьми!
– Она не посторонняя! Она моя подруга!
– Она стерва, которая настраивает тебя против меня! – заорал Семён. – И ты... ты поддаёшься! Вместо того чтобы бороться за нашу семью, ты жалуешься ей на меня!
– Потому что мне некому больше пожаловаться! – закричала Марина. – Ты изолировал меня от всех! От подруг, от родственников! Ты контролируешь каждый мой шаг! Я чувствую себя в тюрьме!
– Если тебе так плохо со мной, вали! – Семён швырнул телефон на диван. – Вот твои вещи. Дверь вон там. Свободна.
Марина стояла, не в силах пошевелиться. Часть её кричала: «Уходи! Это твой шанс!». Другая часть шептала: «Останься. Извинись. Всё наладится».
– Ну что застыла? – Семён подошёл вплотную. – Или передумала? Поняла, что без меня ты никто?
Что-то внутри Марины щёлкнуло. Как выключатель. Холодно и окончательно.
– Ты прав, – сказала она тихо. – Я уйду.
Она взяла чемодан, надела куртку, обулась. Семён стоял в гостиной, скрестив руки на груди, и смотрел на неё с ухмылкой.
– Вернёшься через три дня, – сказал он. – Максимум через неделю. Никуда ты не денешься.
Марина не ответила. Она вышла из квартиры, спустилась по лестнице, вышла на улицу. Вызвала такси. Назвала адрес Даши.
В машине она достала телефон – свой старый, который хранила в сумке на случай чрезвычайной ситуации. Включила его. Батарея была почти разряжена. Набрала номер Даши.
– Алло? – ответил знакомый голос после третьего гудка.
– Даш, это я, – прошептала Марина. – Можно к тебе приехать?
Пауза.
– Конечно, – сказала Даша. – Приезжай. Я жду.
Даша встретила её у двери с объятиями. Не задавала вопросов. Просто обняла, крепко и долго, пока Марина не расплакалась.
– Проходи, – сказала Даша, забирая у неё чемодан. – Ты будешь спать в гостевой. Там всё готово.
Марина прошла внутрь, осмотрелась. Квартира Даши была маленькой, но уютной. Повсюду книги, растения, мягкий свет ламп.
– Хочешь чаю? – спросила Даша.
– Да, пожалуйста.
Они сидели на кухне, пили чай, молчали. Даша не торопила. Ждала, когда Марина будет готова говорить.
– Ты была права, – наконец сказала Марина. – Насчёт Семёна. Насчёт того, что это токсично.
– Я знаю, – тихо ответила Даша. – Я видела это с первого дня. Но ты не хотела слушать.
– Я боялась, – призналась Марина. – Боялась остаться одна. Думала, что без него я не справлюсь.
– Справишься, – твёрдо сказала Даша. – Ты сильнее, чем думаешь. Просто он убедил тебя в обратном.
Марина кивнула. Слёзы снова подступили к горлу.
– Что мне теперь делать?
– Сначала отдохнуть. Потом – развод. – Даша взяла её за руку. – У меня есть знакомый адвокат. Хороший. Поможет.
– Я боюсь, – прошептала Марина. – Семён не отпустит меня просто так.
– Пусть попробует не отпустить. – В голосе Даши прозвучала сталь. – Я не дам тебя в обиду.
Марина посмотрела на подругу – сильную, уверенную, свободную. Ту, которую Семён называл стервой. Ту, которая была единственным человеком, готовым помочь.
– Спасибо, – сказала она.
– Не за что. – Даша улыбнулась. – Для этого и нужны друзья.
Семён звонил три дня подряд. Марина не отвечала. Он писал сообщения – сначала гневные, потом умоляющие, потом снова гневные. Она не читала их.
На четвёртый день он приехал к Даше. Стучал в дверь, требовал открыть, кричал, что Марина обязана вернуться.
Даша вызвала полицию. Участковый увёл Семёна, предупредил, что если он ещё раз будет беспокоить жильцов, последует административное наказание.
Семён угрожал судом, разделом имущества, разрушением репутации Марины. Адвокат Даши, Виктор Сергеевич, спокойно разобрал каждую угрозу и доказал, что они пустые.
– Квартира в ипотеке, значит, делится пополам. Но вы не обязаны продолжать платить ипотеку, если уходите. Вы не собственник, а просто созаёмщик, – объяснил он. – Ваша зарплата – ваша. Он не имеет права требовать алименты. У вас нет детей, нет совместно нажитого имущества, кроме квартиры. Развод будет быстрым.
И действительно, через три месяца брак был расторгнут. Марина отказалась от доли в квартире в обмен на то, что Семён не будет претендовать на её сбережения.
Она была свободна.
Прошёл год. Марина снимала квартиру недалеко от Даши, работала на прежнем месте, ходила к психотерапевту. Постепенно она училась жить заново – без контроля, без страха, без необходимости отчитываться за каждый шаг.
Это было странно поначалу. Она ловила себя на том, что автоматически проверяет телефон, ожидая гневных сообщений. Вздрагивала, когда кто-то звонил. Извинялась за опоздания, даже если опаздывала на минуту.
Но со временем это проходило. Она училась доверять себе снова. Училась говорить «нет». Училась не чувствовать вину за то, что имеет собственные желания и границы.
Однажды вечером Даша позвала её в кафе.
– У меня для тебя новость, – сказала подруга, когда они сидели за столиком у окна.
– Какая?
– Семён женился.
Марина замерла с чашкой кофе на полпути ко рту.
– Серьёзно?
– Угу. На какой-то девушке из его офиса. Свадьба была месяц назад. – Даша посмотрела на неё внимательно. – Как ты?
Марина задумалась. Ожидала ли она почувствовать боль? Ревность? Сожаление?
Нет. Она чувствовала только облегчение.
– Я рада за неё, – сказала она. – Нет, правда. Надеюсь, он с ней будет счастлив. И что он не будет... таким, каким был со мной.
– Вряд ли люди меняются, – покачала головой Даша. – Особенно абьюзеры.
– Знаю. – Марина отпила кофе. – Но я больше не моя проблема. Я свободна. И это главное.
Даша улыбнулась.
– Правильные слова.
Они сидели в кафе до закрытия, болтали, смеялись, строили планы. Марина рассказывала о новом проекте на работе, о курсах английского, на которые записалась, о путешествии в Грузию, которое планировала на лето.
Жизнь продолжалась. Без Семёна. Без страха. Без цепей.
И Марина была счастлива. По-настоящему счастлива. Впервые за много лет.
Когда они выходили из кафе, Марина обняла Дашу.
– Спасибо, – сказала она. – За то, что не сдалась. За то, что ждала. За то, что помогла.
– Всегда, – ответила Даша. – Я всегда буду на твоей стороне.
Они разошлись по домам. Марина шла по вечерней улице, вдыхая прохладный воздух, и улыбалась. Впереди было будущее. Её будущее. То, которое она строила сама, без чьих-либо указаний и контроля.
И это было прекрасно.