Анна Быкова | Рассказы, детективы

Капельница монотонно отсчитывала секунды. Светлана Николаевна Корнеева смотрела на худое лицо женщины в больничной койке и не могла избавиться от ощущения, что реальность превратилась в дурной сон. Тётя Рая — Раиса Михайловна — та самая, которая тридцать четыре года назад забрала пятилетнюю Свету из детского дома и дала ей семью. Та самая, что работала на трёх работах, чтобы оплатить репетиторов. Та самая, что продала последние серьги, чтобы собрать племянницу в институт. Теперь она умирала от рака поджелудочной, и врачи давали ей месяц...

Дождь барабанил по жестяной крыше автобусной остановки с такой яростью, словно пытался пробить её насквозь. Марина Андреевна Белозёрова, тридцатисемилетняя бывшая главный бухгалтер крупной московской компании, стояла посреди этой остановки с двумя чемоданами и понимала, что её жизнь официально достигла дна. Три месяца назад она была успешной женщиной с квартирой в Митино, хорошей зарплатой и мужем, которого считала любящим. Сегодня у неё не было ничего, кроме этих двух чемоданов и ключей от дома в посёлке Озёрное, о существовании которого она узнала неделю назад...

Запах антисептика в больничном коридоре был таким густым, что казалось — его можно резать ножом. Виктор Сергеевич Громов, пятидесятичетырёхлетний владелец сети автосервисов, сидел на жёсткой скамье и смотрел на свои руки. Руки, которые за тридцать лет брака ни разу не принесли жене цветы просто так, без повода. — Родственники Громовой? — молодой врач в мятом халате появился словно из ниоткуда. Виктор вскочил так резко, что в глазах потемнело. — Я муж. Что с ней? Врач посмотрел куда-то мимо него, и этот взгляд сказал больше любых слов...

Анна вышла замуж за Сергея три года назад. Свадьба была скромной — оба работали, но больших накоплений не имели. Родители Анны помогли с праздником, родители Сергея... промолчали. Впрочем, Клавдия Николаевна, мать Сергея, вообще много чего промолчала. Когда сын привёл невесту знакомиться, она окинула её холодным взглядом и процедила: — Ну что ж, надеюсь, хоть готовить умеешь. Анна тогда не придала значения. Подумала — свекровь просто строгая. Бывает. Но строгость оказалась лишь вершиной айсберга...

Раиса Михайловна воспитывала детей по старинке. Дочь Надежда — это цветок, нежный бутон, который надо беречь от ветра и непогоды. А сын Константин — это дуб, крепкий ствол, опора семьи. — Мужчина должен быть сильным, — повторяла она сыну с детства. — Женщину надо защищать, оберегать. Иначе зачем ты нужен? Константину было четырнадцать, когда умер отец. Надежде — тринадцать. С того дня разница в воспитании стала ещё заметнее. — Костя, сбегай в магазин. Костя, вынеси мусор. Костя, помоги донести сумки...

Оксана и Виктор женаты шесть лет. Познакомились на работе, он — программист, она — дизайнер. Влюбились быстро, расписались через полгода знакомства. Первые два года были счастливыми. Снимали квартиру, работали, копили на своё жильё. Мечтали о двушке в новостройке, планировали детей. Но потом начались проблемы. Мать Виктора, Тамара Васильевна, овдовела. Муж умер от инфаркта в пятьдесят восемь лет. Женщина осталась одна с дочерью Светланой, младше Виктора на три года. Светлана была замужем, но муж Геннадий работал охранником, зарабатывал мало...

Кристина готовила ужин и напевала что-то себе под нос. Настроение было прекрасным. Молодая семья, собственная квартира (пусть и подаренная родителями), новая мебель, новая жизнь. Замужем всего три недели, а кажется, что знает Павла целую вечность. Познакомились год назад на работе. Он — монтажник пластиковых окон, она — ветеринар в клинике. Встретились на вызове — Павел ставил окна в ветклинике, Кристина дежурила. Разговорились. Через неделю пошли в кино. Ещё через месяц встречались официально. Свадьбу сыграли скромно...

Валентина Петровна всю жизнь придерживалась простого принципа: сын — это опора, а дочь — это сокровище. Опора должна быть крепкой, закалённой, готовой нести любую ношу. А сокровище надо беречь, холить, лелеять. Своих детей она воспитывала именно так. Егору с малых лет внушала, что мужчина обязан трудиться, помогать, не жаловаться. А Веронику растила как хрустальную вазу — осторожно, нежно, оберегая от любых трудностей. Когда муж умер, Егору было тринадцать, Веронике двенадцать. С того момента различия в воспитании стали ещё более явными...

Дождь барабанил по окнам старого нотариального кабинета, когда Валентина вышла на улицу, сжимая в руках папку с документами. Внутри лежало завещание, две тысячи рублей на «первые расходы» и выписка из банка: один миллион двести тысяч рублей. Бабушка Зинаида Петровна, которая умерла месяц назад, оставила всё своё имущество внучке. Единственной внучке, которая навещала её каждую неделю последние десять лет, возила на дачу, помогала по хозяйству и просто разговаривала с ней. Валентина села в машину и долго сидела неподвижно, глядя на бегущие по стеклу капли...

Телефон завибрировал в сумке в пятый раз за последние десять минут. Марина нащупала его в кармане, не глядя на экран, и сбросила вызов. Она знала, кто звонит. Знала, что будет дальше. И не хотела этого «дальше» прямо сейчас, в пятницу вечером, в переполненном метро, когда она еле стояла на ногах после десятичасового рабочего дня. Телефон завибрировал снова. На этот раз пришло сообщение. Потом ещё одно. Потом ещё. Марина закрыла глаза, прижимаясь лбом к прохладному стеклу двери вагона. За окном мелькали огни станций...

Кристина сидела на кухне их маленькой съёмной однушки и смотрела в окно на серый октябрьский дождь. За стеклом текли струи воды, размывая контуры домов напротив. В руках у неё была кружка с остывшим чаем, на столе лежала распечатка из банка: накопительный счёт, сумма – 2 870 000 рублей. Три года. Три года жёсткой экономии, отказов от всего лишнего. Никаких отпусков за границей, никаких обновлений гардероба, никаких спонтанных покупок. Каждая копейка шла в копилку на собственное жильё. Андрей работал программистом, получал хорошо – около двухсот тысяч в месяц...

Запах свежескошенной травы смешивался с ароматом шашлыка. Дарья стояла у окна кухни и смотрела на участок, где расположилась очередная компания родственников её мужа Игоря. Восемь человек. Его сестра Инна с мужем и тремя детьми, двоюродный брат Максим с женой и их грудным младенцем. Это был уже четвёртый приезд за месяц. Четвёртые выходные подряд, когда Дарья вместо отдыха мыла горы посуды, стирала постельное бельё и убирала мусор, который оставляли гости. Дом достался ей в наследство от бабушки полгода назад...