— Ты просто невыносима! — голос отца дрожит от ярости, он с трудом приподнимается на локте, а я замираю, чувствуя, как ледяной комок ненависти скручивается в груди.
Но внешне — ни тени волнения. Давно научилась держать лицо. Больше никому не позволю видеть мои слабости.
— Тебе давали лекарство сегодня? — спокойно спрашиваю, игнорируя его вспышку.
— Не трогай меня! Всё отравлено! Ты заодно с ними! Предательница!
— Понятно.
Выхожу из палаты, подхожу к медсестре в коридоре.
По её подсказке направляюсь в кабинет заведующего отделением.
Средних лет мужчина с усталыми глазами поднимает взгляд от бумаг. В нём — ни капли раздражения, только тихое сочувствие.
— Мы делаем всё возможное, поверьте. Инсульт… Поражение лобных долей… Вот, взгляните на снимки…
— Но его нужно лечить, — твёрдо говорю, возвращая ему результаты обследований. — Если он отказывается принимать препараты, можно ведь… как-то заставлять…
— Это не психиатрическое отделение, — мягко, но непреклонно отвечает он. — Обычно родственники помогают…
— У меня нет такой возможности, — задумчиво постукиваю пальцем по столешнице, затем поднимаю глаза. — Я готова оплатить дополнительный уход.
— Хорошо, — кивает он. — Обсудите с медсестрой. Возможно, она сможет организовать наблюдение…
Выхожу, нахожу нужную медсестру, быстро договариваюсь о дополнительном присмотре — за отдельную плату.
Деньги сейчас — не проблема. По крайней мере, не главная.
А вот моё присутствие здесь — да.
Телефон вибрирует в кармане. Сообщение от Марка:
"Когда ты наконец вернёшься? Мне надоело ждать".
С досадой убираю гаджет, радуясь, что настроила уведомления. Так он не увидит, что я прочитала. Потом скажу, что телефон разрядился.
Общаться с мужем сейчас — последнее, чего хочется.
Хочется просто тишины.
Спускаюсь по лестнице, на ходу натягиваю тонкий кардиган, поправляю небрежный хвост.
В зеркале на лестничной площадке мелькает моё отражение.
Ужасна.
Худоба подчёркивает впалые щёки, бесформенный свитер делает фигуру ещё более угловатой, волосы — тусклые, безжизненные, собраны в неаккуратный узел.
Прекрасно.
Лучше и быть не может.
Выхожу на улицу, вдыхаю влажный вечерний воздух.
Город изменился за время моего отсутствия. Больше машин, больше суеты.
Мне бы сейчас не помешала маска. Хотя бы для того, чтобы скрыть лицо.
Ощущаю чей‑то взгляд — резкий, пронзительный. Оглядываюсь.
Нет, никому нет дела до одинокой женщины, спешащей прочь от больничных стен.
Запах лекарств, смешанный с выхлопными газами, бьёт в нос. Голова начинает болеть.
В висках стучит. Отец, даже в состоянии полуразрушенного мозга, умудряется высасывать энергию. Как и мой муж. Оба — мастера эмоционального вампиризма.
На ходу снимаю резинку, встряхиваю головой. Уже не удивляюсь тому, насколько легкие теперь волосы. Да, прошли времена, когда коса оттягивала шею…
Массирую виски, иду, глядя под ноги. Только бы не упасть.
На тротуаре, нагло перегородив проход, стоит машина. Большая, серебристая. Тонированная.
Вздыхаю.
Некоторые люди всегда чувствуют себя королями мира.
Не глядя, пытаюсь обойти.
И замираю, услышав низкий, знакомый голос:
— Лена?
Медленно поднимаю глаза на мужчину, вышедшего из машины.
Дыхание перехватывает.
Я и забыла, насколько он… огромный.
Пять лет назад он был крупным. Сейчас — просто гигант.
Широкие плечи стали ещё массивнее, шея — крепче, руки — длиннее.
Волосы чуть длиннее, чем раньше, падают на лоб тёмными прядями.
А глаза…
Чёрт…
Отвожу взгляд, обжигаясь о глубину его зрачков.
Сколько лет прошло… Зачем он так смотрит? Тут нечего разглядывать. Нет больше той Лены — весёлой, открытой, доверчивой.
— Привет, Денис, — говорю, пряча руки в карманы. — Что ты здесь делаешь? Навещаешь кого‑то?
— Да, — хрипло отвечает он. — Тебя.
Чёрт возьми…
— Я не больна, — вырывается прежде, чем успеваю подумать.
Так нельзя. Я теперь — тень. Тихоня.
— Вижу, — кивает он, медленно оглядывая меня — от потрёпанных кроссовок до растрёпанных волос. — Волосы обрезала.
Молчу, лишь пожимаю плечами.
Отвожу взгляд. С усилием.
Не хочу разглядывать его, запоминать каждую черту. Не хочу снова видеть его во сне. Не хочу!
Только‑только перестала.
Не надо снова.
— Лен… — он делает шаг вперёд, сокращая расстояние между нами. Его ладонь, невыносимо привычно ложится на мой подбородок, вызывая поток воспоминаний. Тех самых, где мир был розовым, а я — наивной дурочкой.
Хорошо, что это в прошлом.
Денис хочет поймать мой взгляд.
А я хочу, чтобы он ушёл. Хотя, лучше — чтобы его вообще здесь не было.
Но когда мои желания исполнялись?
Никогда?
Был один короткий период… Наверное, ради памяти о нём я и просыпаюсь по утрам.
— Убери руки, мне неприятно, — тихо говорю, отступая на шаг.
— Вот как? — в его голосе звучит усмешка, жёсткая, колючая. Он всегда умел быть жёстким. Мой первый мужчина. Теперь, видимо, отточил это мастерство.
— Именно так. — Отхожу ещё на шаг, сжимаю кулаки в карманах, впиваясь ногтями в ладони. Боль должна отрезвить. Заставить разозлиться. Ведь правильно — злиться на него?
Злость приходит. Ободрённая, поднимаю глаза, всматриваюсь в его лицо, чтобы поставить точку.
Я давно не та наивная девочка, которая задыхалась от одного его взгляда. Я больше так не буду.
Буду.
Чёрт.
У него — тёмные глаза. С мелкими морщинками в уголках. И бездонной тьмой внутри.
Не хочу снова. Не хочу!
Инстинктивно отступаю ещё на шаг, понимая, как это выглядит. Но мне уже плевать на чужое мнение.
Денис, не отрывая горящего взгляда, делает шаг вперёд…
— Мне нужно идти, — твёрдо говорю я, делая ещё шаг назад.
— Я довезу, — хрипло бросает Денис.
— Я не поеду.
— Хватит, — говорю я, и мой голос звучит неожиданно твёрдо. — Всё это бессмысленно. — Я делаю глубокий вдох, собираясь с силами. — Пять лет назад я пыталась быть тем, кем ты хотел меня видеть. Пыталась угодить тебе. И это уничтожило меня.
Денис хмурится, но молчит.
— Я больше не та Лена, которая верила, что можно любить тебя и быть счастливой. Я больше не та, которая думала, что смогу изменить тебя или себя ради этого.
— Ты говоришь так, будто мы враги, — тихо произносит Денис.
Денис делает шаг вперёд, но я поднимаю руку.
— Не надо. Пожалуйста.
Он останавливается. В его глазах — что‑то похожее на боль. Но я не позволяю себе поддаться.
— Я устала. Устала от тебя, от себя, от этой истории. Я просто хочу жить. Без тебя. Без воспоминаний. Без боли.
Денис молчит, но его плечи чуть опускаются.
— Прости, — шепчу я. — Но это конец.
Разворачиваюсь и иду прочь.
Шаги звучат глухо, словно сквозь вату. Ветер холодит лицо, но я не чувствую его. Всё, что я чувствую — это облегчение. Тяжёлое, горькое, но настоящее.
За спиной — тишина. Ни криков, ни окликов. Он не бежит за мной.
И это правильно.
Я иду вперёд, не оглядываясь. Вперёд — туда, где нет его, нет прошлого, нет боли.
Только будущее.
Какое бы оно ни было.
А также можете почитать:
Если понравился рассказ, нажмите палец вверх и подписывайтесь на канал!
Делитесь своими историями на почту, сделаем читабельный вид и поменяем имена (если захотите)
Спасибо за прочтение, Всем добра!
#ОсколкиПрошлого #ИсторияЛюбви #ЛичностныйРост #ОтпуститьПрошлое #ЭмоцииИЧувства #ЖенскаяСила #ПереосмыслениеЖизни #ПутьКСвободе