Олег Ефремов входил в репетиционный зал — и воздух мгновенно менялся. Не громыхая дверью, не требуя внимания — просто силой своего присутствия. Он мог быть в помятой куртке поверх отложного воротничка или в праздничном пиджаке, но это не имело значения. Важно было другое: даже закоренелый скептик, только что брюзжавший в углу, через десять минут разговора с ним оттаивал, начинал улыбаться и ловил каждое слово. Эта магия не поддавалась логике. Это была харизма в чистом виде — редкий дар, который превращал собрание талантливых индивидуалистов в единый, дышащий организм под названием «театр». Его «Современник», а позже МХАТ, были не просто сценой. Это были полигоны общественной мысли, где слово становилось поступком, а спектакль — гражданским действием.
Ефремов прожил жизнь на разрыве. Разрыве между безудержной верой в силу искусства переделать страну и горьким прозрением; между славой всенародного кумира и глубочайшим личным одиночеством; между ролью непреклонного лидера-реформатора и уязвимостью человека, чьи главные иллюзии рухнули. Его фигура — это ключ к пониманию целой эпохи советской интеллигенции, её романтического подъёма и трагического излома.
Читайте также: Ирина Линдт Золотухину: «Я люблю тебя всё сильнее»
Олег Ефремов: театр «Современник»
Созданный Ефремовым в 1956 году «Современник» стал глотком свободы после ледяных лет сталинской эстетики. Это был первый театр-вызов, сознательно противопоставивший себя казённому искусству. Его манифестом была современная драматургия — живая, проблемная, нервная. Ефремов, как магнит, притянул к себе главных «шестидесятников» от слова: Михаила Шатрова, Александра Гельмана, Михаила Рощина. Их пьесы о нравственном выборе, бюрократии, революционной совести заставляли зал «электризоваться».
«Люди вскакивали с мест. Это было общественное явление», — вспоминает Зоя Богуславская.
Спектакль «Так победим!» Шатрова, на который пришло всё политбюро, оборнулся публичной дискуссией с властью. Ефремов-режиссёр превращал каждую фразу в отточенную рапиру, вскрывающую социальные язвы. Он был не постановщиком, а публицистом у рампы, а его театр — трибуной для поколения, уверенного, что словом и правдой можно переустроить жизнь.
Олег Ефремов – народный депутат
Апогеем этой веры стало избрание Ефремова в 1989 году народным депутатом СССР. Вместе с Родионом Щедриным и Евгением Евтушенко он вошёл в Верховный Совет, веря, что сможет говорить с властью на равных, как когда-то со сцены. Он пытался достучаться до Горбачёва, просил «раскрутить маховик» свободы для театра. Ответом были туманные обещания и несгибаемая цензура.
История с пьесой «Обещание», которую Ефремов страстно хотел поставить в МХАТе, стала красноречивым символом. После того как чиновники из горкома КПСС услышали финальный монолог героя о том, что «мысль — моё единственное царство свободы», постановку навсегда запретили. Мечта о том, что пьесу поставят «сто театров Советского Союза», рассыпалась в прах. Этот удар был одним из многих, который привёл к краху политических иллюзий режиссёра.
Читайте также: Зачем Гришковец дописал за Солженицына диалоги «В круге первом»
Ефремов – человек
Ефремов-человек был полон парадоксов, которые и составляли его трагическую сложность. Обожаемый женщинами (почти каждая прима театра была в него влюблена всю жизнь), он оставался глубоко одиноким. Обладая гипнотическим обаянием, которое мгновенно располагало к себе людей, в последние годы он часто оказывался в горьком публичном одиночестве.
Одна из последних встреч с ним рисует пронзительную картину: юбилейный банкет в «Метрополе», шумный зал, а в почти пустом фойе сидит сгорбившийся Ефремов, «невидящим глазом» глядя в пустоту. Поза человека, который всё отдал и теперь ждёт машину, увозящую его с общего праздника.
Его личная жизнь была подчинена театру. Как и у многих больших художников, любовь была для него страстью и «допингом», но постоянной величиной оставалась лишь сцена. Даже мучительный конфликт между долгом руководителя и любовью отца, когда решался вопрос об увольнении его сына Михаила за дисциплинарный проступок – дал кому-то в морду прямо в театре, Ефремов переживал как катастрофу вселенского масштаба:
«Он погибнет, если я его уволю. Погибнет как человек, как актёр».
Ефремов: разрыв с «Современником» и переход в МХАТ
Решение Ефремова в 1970 году принять предложение возглавить легендарный, но погрязший в кризисе МХАТ и уйти из «Современника» многие расценили как предательство. Он взял с собой лишь ядро своей школы-студии, оставив основанный им театр. Этот поступок вызвал волну горького непонимания и раскол в театральном сообществе. Для самого Ефремова это был шаг отчаянного максималиста: он мечтал вдохнуть новую жизнь в «храм русского театра», сделать его площадкой для настоящего, а не парадного искусства.
Ему удалось невозможное — его постановка «Трёх сестер» Чехова стала событием, сравнимым с легендарными спектаклями Немировича-Данченко. Но груз административной рутины, борьба с консервативной частью труппы, постоянные стычки с цензурой истощили его. Он, «патриот до мозга костей», желавший сажать «деревья» только на родной почве, видел, как почва уходит из-под ног.
Закат иллюзий Олега Ефремова
Поздний Ефремов — это человек, переживший крушение своей главной веры. Он, как и его друг Юрий Любимов, мог бы с горечью повторить:
«Я никогда бы не тратил столько времени на борцов за свободу… это всё абсолютно пустое».
Но Любимов, уехав, осуществился на Западе. Ефремов же не мог и не хотел жить вне России и вне МХАТа.
Его ахиллесовой пятой, местом страшной уязвимости, было равнодушие к тому, чему он посвящал жизнь. Рассказывали, что на известие о краже в собственном доме он мог не отреагировать. Но если запрещали его спектакль или обижали актёра — он боролся «до язв, до крови». В конце жизни сил для такой борьбы почти не осталось.
Олег Ефремов ушёл, оставив после себя не просто спектакли, а эпоху в истории национального самосознания. Он был последним режиссёром, чей театр воспринимался как прямая парламентская трибуна, и первым, кто остро ощутил тщету этого жеста в наступающую эпоху. Его одиночество в шумном «Метрополе» — точная метафора положения художника-титана в мире, который больше не нуждается в титанах. Он ждал машину, которая так и не приехала, чтобы увезти его в то время, где слово ещё что-то значило, а театр был не развлечением, а смыслом существования.
Читайте также: Как Лермонтов вошёл в историю военного дела в России: любимый поэт Путина и забытый командир русского спецназа
Олег Ефремов: личная жизнь, жёны, дети
Личная жизнь Олега Ефремова была такой же насыщенной, эмоциональной и сложной, как и его творческая судьба. Она отражает характер человека увлекающегося, страстного, но не всегда способного или готового к тихому семейному уюту. Его отношения с женщинами, как правило, строились вокруг театра, а семья в итоге превратилась в настоящую актёрскую династию.
Жёны и союзы
- Лилия Толмачёва (первый официальный брак). Брак с однокурсницей по Школе-студии МХАТ был скоротечным и продлился около полугода. Причиной разрыва стали как увлечения Ефремова на стороне, так и его проблемы с алкоголем. Однако им удалось сохранить дружеские и профессиональные отношения: Толмачёва стала одной из ведущих актрис «Современника».
- Ирина Мазурук (гражданский брак). Студентка сценарного факультета ВГИКа, Мазурук прожила с Ефремовым около трёх лет. В этом союзе в 1956 году родилась дочь Анастасия. Ефремов, по воспоминаниям дочери, не был готов к отцовству и удочерил её лишь годы спустя. Их отношения также были омрачены неверностью и сложным характером режиссёра.
- Алла Покровская (второй официальный брак). Этот союз был самым долгим и значительным. Молодая актриса «Современника» ради Ефремова оставила первого мужа. В 1963 году у них родился сын Михаил, будущий знаменитый актёр. Брак, просуществовавший в разных формах около 16 лет, распался, но Покровская, по её собственным словам, «не мешала» Ефремову, и им удалось сохранить взаимное уважение.
- Анастасия Вертинская (длительные отношения). Яркий роман с актрисой начался в 1969 году и продолжался много лет. Вертинская была серьёзно увлечена Ефремовым, даже обустраивала его быт, но замуж так и не вышла, столкнувшись с его ветреностью и существовавшим браком. Позже она признавалась, что в тот период, когда хотела замуж он был женат, а когда он освободился, её чувства уже угасли.
Дети
- Анастасия Ефремова (род. 1956). Старшая дочь от Ирины Мазурук. Не пошла по актёрской стезе, стала театроведом. Проживала с семьёй в знаменитом дачном посёлке Валентиновка, воспитывала троих детей: Олега (трагически погиб в 2002 году), Ольгу (актрису) и Викентия.
- Михаил Ефремов (род. 1963). Сын Аллы Покровской, самый известный продолжатель династии. Унаследовал от отца не только яркий талант, но и, к сожалению, склонность к разрушительным страстям. Отец шестерых детей от разных браков, среди которых актёры Никита и Николай Ефремовы, продолжающие фамильную традицию на сцене и в кино.
Внуки и правнуки Олега Николаевича сегодня составляют одну из самых заметных актёрских фамилий России, доказывая, что его главная «пьеса» — династия — продолжается и находит новых героев.
Читайте также: 7 книг, чтобы успокоить чувства и раскрыть эмоциональный интеллект
Изображение из открытых источников