Ссылка на четвертую часть 👆
Братья-сталкеры, присядьте, позволю небольшое лирическое отступление! Ночка нынче выпала – хуже выброса! Дочка, понимаешь, «выспаться» дала так, что аж искры из глаз! А тут ещё начальство на работе с Большой Земли нагрянуло, как с цепи сорвались, все бегают, суетятся – голову от этого факстрота аж разносит!
Приполз домой, как после рейда на Радар, надо бы концовку накидать, а Катюха опять давай плакать. В восемь вечера, еле уговорил её заснуть! Слава Зоне, хоть черновик концовки был, но всё равно, пришлось попотеть, переписывать-переделывать.
Короче, други сталкеры, вроде, как говорится, «тютелька в тютельку» подогнал. Но если где косяк заметили – не обессудьте, зенки уже ни черта не видят, буквы прыгают, как снорки на "Янтаре"! Видать, контролёр за мозги крепко взялся!
Так что, братишки, устраивайтесь покомфортнее у костра, наливайте чайку, да слушайте. И не словите ничего от моей писанины, а то потом будете байки травить про кровососа с двумя головами! Приятного чтения, сталкеры! И да минует вас выброс! Сделал по-больше, как и просили!
Кремень подошел к панели лифта. Старая, обшарпанная, с выбитыми кнопками – ровесница самого бункера. Но Кремень был не промах – ПДА у него в руках был не просто инструментом, а продолжением его сталкерской души, ключом ко всем секретам Зоны. Он ловко защелкал тумблерами, подсоединил провода, что-то закоротил, и панель ожила. Тускло вспыхнула лампочка над надписью "Вверх".
– Ну что, парни, пора выбираться! – ухмыльнулся Кремень, хотя в его голосе чувствовалась напряженность.
Загрузились в лифт. Тесно, сыро, пахнет машинным маслом.
– Чего-то мне не по себе, командир, – пробурчал Пыж, нервно переминаясь с ноги на ногу. – Здесь как-то… тихо. Слишком тихо.
Кремень нахмурился. Чуйка Пыжа не раз спасала им шкуры. Но и ждать больше нельзя – пора выбираться из этой проклятой дыры.
– Ладно, – сказал Кремень, внезапно останавливаясь. – Хмырь, остаешься. Подстрахуешь, если что. Да и поднимешь нас, если эта хрень сломается.
Хмырь, как и всегда, не спорил.
– Добро, командир, – пробасил он, почесывая свою щетину. – Буду ждать.
Двери лифта сомкнулись, и кабина медленно со скрипом начала свой путь. Кремень, Шатун и Пыж напряженно молчали, прислушиваясь к каждому звуку. В голове у Кремня нехорошо зудело. Все это было слишком просто. И точно. Не доехав и до середины, лифт замер. В полной тишине.
– Хмырь, ты как там?! – заорал Кремень в рацию. – Прием!
В ответ – лишь шипение. Бетонные стены надежно экранировали радиоволны.
– Чёрт, – выругался Кремень. – Попали…
Не успел он договорить, как лифт сорвался вниз, словно перерезанный трос. Сталкеры заорали, хватаясь за стены, за поручни, за что попало под руку. В желудке все перевернулось, в голове помутилось. Но через несколько секунд падения лифт резко остановился, словно врезался во что-то.
– Все целы?! – прохрипел Шатун, откашливаясь.
– Вроде да, – ответил Кремень, потирая ушибленную спину.
Но радоваться было рано. Лифт снова дернулся, и на этот раз рванул вверх с такой силой, что у сталкеров потемнело в глазах. Взлет, снова резкий тормоз. И так несколько раз.
– Да чтоб вас всех черти драли! – заорал Кремень, сплевывая кровь. – Что за ерунда тут творится?!
Навалилась слабость. Словно неведомая сила вытягивала из них физическую мощь. Руки дрожали, оружие выпадало из рук. И тут вдруг один из автоматов сорвался с предохранителя и начал палить очередями, хаотично дергаясь в воздухе. Только чудом никого не задело.
– Твою мать! – заорал Пыж, пытаясь отбиться от автомата, но безуспешно.
Лифт превратился в адскую мясорубку. Сумасшедшие скачки, темнота, тошнота, хаотичная стрельба. Стараясь уцелеть, сталкеры отбивались от стволов автоматов, ожидая худшего. Минут через десять, которые показались им вечностью, снизу донесся приглушенный взрыв.
– Подствольник! – крикнул Шатун.
И тут же лифт медленно тронулся вверх. Сквозь решетку начали пробиваться лучи света. Неужели конец мучениям? Двери лифта, наконец, открылись. Перед ними простирался Рыжий лес. Деревья зловещего красно-бурого цвета, пропитанные радиацией, торчали, как обугленные кости. Тяжелый, влажный воздух сейчас казался самым приятным и чистым. Кремень, Шатун и Пыж выкатились из лифта, словно мешки с мусором. Ноги дрожали, в голове гудело, но они были на свободе.
– Опускайте! – прохрипел Кремень, указывая на панель управления. – За Хмырем!
Лифт послушно пополз вниз…
Внизу, в темном зале, Хмырь проводил взглядом уходящую кабину. После щемящего чувства возникло ощущение странной слабости, и пробежала волна холода. Опытному сталкеру сразу стало понятно - дело пахнет жареным. Бюрер… Где-то рядом бродит этот карлик-телекинетик, любитель поиграть с жертвой, прежде чем разорвать её в клочья. Хмырь действовал быстро и четко. Занял позицию за бетонной колонной, прислушиваясь к каждому шороху. Сердце колотилось в груди, словно пойманная птица. В Зоне никогда нельзя быть уверенным в своей безопасности. Прошло несколько тягостных минут. Тишину нарушали лишь капли воды, срывающиеся с потолка, и его собственное сбившееся дыхание. И тут, в полумраке, он уловил движение. Еле заметную тень, мелькнувшую за грудой обломков. Бюрер. Карлик парил в воздухе, словно зловещий призрак. Он был сосредоточен – очевидно, пытался воздействовать на лифт, где находились его товарищи, пытался заставить канат оборваться. Хмырь затаил дыхание. У него был только один шанс. В подсумке на поясе граната для подствольника. Медленно, стараясь не издать ни звука, он извлек её, засунул в гранатомет и прицелился. Руки дрожали от слабости, но он знал, что должен сделать это как можно скорее. Там, в лифте, его товарищи, а значит, права на ошибку нет. Бюрер почуял неладное лишь в последний момент. Он резко обернулся, почувствовав приближающуюся смерть, но было уже поздно. Хмырь нажал на спусковой крючок. Грохнул выстрел. Граната, оставив за собой дымный след, полетела прямо в карлика. Раздался оглушительный взрыв, и зал наполнился огнем и дымом. Хмырь зажмурился, прикрывая лицо руками. Когда дым рассеялся, он увидел, что от бюрера не осталось и следа. Лишь обугленное пятно на полу и запах горелой плоти. С облегчением выдохнув, Хмырь услышал, как лифт продолжил движение. Когда он подошел к лифту, кабина уже подъезжала. Двери открылись, и он увидел пустую изрешеченную выстрелами кабину и горы гильз, но крови не было, и это радовало. Поднявшись наверх, он рассказал им свою историю, не опуская ни единой детали.
– Так что вот, пацаны, – закончил он, ухмыляясь. – Не зря я там остался. И карлика уложил, и лифт вам починил. Все как надо. Без меня – как без рук. Я всегда прикрою, как в этот раз.
Кремень кивнул, похлопывая Хмыря по плечу.
– Ладно, герой, расскажешь потом, как карликов плющить. Сейчас ноги в руки и бегом отсюда.
Пыж подпрыгивал от нетерпения, поглядывая на красно-бурые деревья. Они перезарядили оружие. Выбравшись из руин, углубились в Рыжий лес. Воздух был густым и влажным, пропитанным запахом тлеющей листвы. Странно, но в этой части леса ни один из них не был, хотя в самом лесу бывали не единожды.
Прошли около ста метров, когда Пыж вдруг замер, словно наткнулся на невидимую стену.
– Чего встал? – рявкнул Кремень.
– Там… – пролепетал Пыж, указывая дрожащей рукой вперед.
Перед ними раскинулась поляна, но не такая, как все поляны в Рыжем лесу. Эта словно светилась изнутри. Вместо мертвой травы под ногами росла яркая, сочная зелень. Воздух был наполнен слабым, едва уловимым ароматом цветов. Но главное…
Вся поляна была усыпана артефактами. Десятки «Золотых рыбок», «Пузырей», «Батареек» и чего там только не было, они переливались всеми цветами радуги. Они лежали прямо на земле, мерцая и пульсируя энергией. "Капли", в которых отражались деревья, словно в зеркале. "Вспышки", испускающие слабое тепло. "Колобки", покачивающиеся на ветру, как живые.
А в центре поляны, словно королева, возвышалась огромная, сияющая сфера. Она пульсировала мягким голубым светом, словно живое сердце. От нее исходила волна тепла и умиротворения, которая, казалось, проникала в самую душу.
– "Твою ж мать…" – прошептал Шатун, выронив сигарету. – Клондайк.
Пыж забыл про всю свою нервозность. Его глаза жадно пожирали артефакты, представляя, как он продаст их за баснословные деньги.
– Командир, – прошептал он, – мы же… мы же богаты! Да мы сможем купить себе по дому на Большой Земле!
Кремень нахмурился. Его опытный глаз сразу заметил подвох. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. В Зоне не бывает такой щедрости.
– Тихо! – рявкнул он. – С ума посходили? Это ловушка!
– Какая ловушка, командир? – возмутился Пыж. – Мы же сколько лет по Зоне мотаемся! Грех отказываться от такого шанса!
– Грех – это не думать своей головой! – ответил Кремень. – Шатун, детектор!
Шатун достал старенький, но надежный детектор аномалий. Прибор завибрировал и заверещал, словно раненый зверь. На экране стрелка металась, зашкаливая все возможные пределы.
– Тут полная ж..а, командир, – доложил Шатун. – Аномалия на аномалии. "Жарки", "Воронки", "Электры". Тут одного неосторожного шага хватит, чтобы разлететься на куски!
Хмырь молча осматривал поляну. Он присел на корточки и внимательно изучил землю.
– След, – пробасил он, указывая на едва заметную полосу примятой травы. – Кто-то здесь побывал, и совсем недавно. Тяжелый… что-то тащил.
Кремень сглотнул. Значит, кто-то уже соблазнился этим "клондайком". Интересно, что с ним стало?
– Ладно, – сказал Кремень. – Решено. Обходим это место стороной. Артефакты мы и так найдем. Наша задача – вернуться живыми.
Пыж застонал, но спорить не стал. Сталкеры двинулись вдоль опушки леса, стараясь держаться от поляны как можно дальше. Соблазн был велик, но инстинкт самосохранения оказался сильнее жадности.
Когда они уже проходили мимо дальней стороны поляны, из леса раздался жуткий, раздирающий крик. Он был полон боли, страха и отчаяния, словно кто-то заживо горел в огне.
Шатун поднял руку вверх.
Пыж побледнел и затрясся. Кремень нахмурился и сказал:
– Там кто-то есть, надо проверить.
– Ты чего, командир? – испуганно воскликнул Пыж. – А если это ловушка? Нас же там всех перебьют!
– Может, и ловушка, – ответил Кремень. – Но, может, кому-то нужна помощь, сталкеров в беде не бросают. Хмырь, Шатун, за мной. Пыж, остаешься здесь, прикрываешь тыл. Если что – пали.
И, не дожидаясь ответа, Кремень и его товарищи двинулись в лес, на звук крика. Они знали, что вряд ли их там ждет что-то хорошее, но они также знали, что не могут просто так пройти мимо, ведь они – сталкеры, а все сталкеры – братья, и иногда ради этого приходится рисковать всем.