Каз убедил себя, что между ними нет ничего общего. После спасения из темноты он отгородился стеной холодности. Но сможет ли он игнорировать её, когда родители заставят их быть ближе?
9. Пора начинать
С ее стороны
Не думаю, что случай в подсобке спортзала как-то изменил наши отношения с Казом. Мы всё так же в основном игнорировали и избегали друг друга.
Мне надоело просыпаться рано. До сих пор я делала это, чтобы не беспокоить Каза и не рушить его устоявшийся образ жизни. Но раз он считает, что я доставляю ему проблемы, то пусть так и будет. Зачем мне думать о его чувствах?
Перейдя в свой обычный режим дня, я заметила, что по утрам Каз готовил и оставлял мне порцию яичницы или омлета.
— Я привык готовить на двоих, когда мы жили только с ним вдвоем, — заявил Каз, сделав упор на слове «только», когда я застала его однажды утром у плиты. — Не пропадать же еде. Так что не обольщайся.
— Спасибо, — ответила я, проигнорировав его негатив. Мне не хотелось оставаться с утра на одной заварной овсянке или печеньях, поэтому была рада, когда передо мной образовалась тарелка с вкуснейшим омлетом.
Готовить я не любила и не умела. Всё, на что я была способна — это залить молоком хлопья или согреть еду в микроволновке. В Денворде, когда у мамы не было времени на готовку, я всегда пользовалась службой доставки еды.
Родители в первые дни учёбы ночевали в квартире, но в последнее время всё чаще стали проводить дни и ночи в строящемся доме. Однако у нас возникла своеобразная традиция — в субботние вечера проводить семейный ужин, где мы разговаривали по большей части о школе и ремонте.
Я заметила любовь и уважение Каза по отношению к его отцу, проявляющиеся в желании помочь и поддержать. Не то что у меня с мамой. Я мечтаю побыстрее закончить школу и свалить из дома. Особенно из этого дома.
— Мия, как у тебя с английским? Каз тебе помогает? — спросила мама одним субботним вечером, когда совместный ужин шёл к своему завершению.
Я взглянула на Каза в недоумении, у которого на лице отсутствовали какие-либо эмоции.
— Эм, я как бы и сама справляюсь, — ответила я.
— Нет, так не пойдёт, — вмешался Мик. — Каз, в чём проблема? Ты же обещал.
— Во-первых, я ничего не обещал, — ответил он, попивая чай. — Во-вторых, меня не просили.
— Ты мог бы и сам предложить помощь. Учитывая, что у тебя такие блестящие результаты по этому предмету, — продолжил Мик.
— А у Мии не очень, — добавила мама, широко улыбаясь Казу.
Да, спасибо, мам, могла бы и не выставлять меня тупицей. К тому же четвёрка — не самая плохая оценка, даже если и притянутая за уши.
Каз не обратил на слова мамы ни малейшего внимания и принялся уплетать булочку с корицей.
— Тогда пора скорее начинать, — сказал Мик, хлопнув Каза по спине, от чего тот чуть не поперхнулся.
— Верно, верно, — просияла мама, глядя влюблёнными глазами на Мика. Она встала из-за стола и вытащила из шкафа два фужера для вина.
— Сейчас как раз и позанимайтесь, — она начала выпроваживать меня из кухни.
— Мам, не сейчас же. Суббота ведь, — начала было я.
— Никаких «мам». По-другому вас не заставишь, — она сделала мне жест встать и указала на дверь.
Казу же она продолжила мило улыбаться. Он, в свою очередь, одарив меня испепеляющим взглядом, встал из-за стола.
Я вышла первой. Войдя в свою комнату, я поняла, что он не идёт за мной следом, а исчез в своей комнате. Он хочет заниматься в своей комнате?
Я взяла в охапку всё, что нужно для занятий, подошла к его комнате и, притронувшись к дверной ручке, встала в нерешительности. Сделав глубокий вдох, я приоткрыла дверь в комнату Каза. Но через мгновение она с треском захлопнулась изнутри, больно ударив меня по лбу. Что за чёрт?!
Сильно потерев лоб, чтобы убавить боль, я снова попыталась открыть дверь, но всё повторилось. Да что он творит? Меня начал одолевать гнев.
Я принялась стучать в дверь кулаком и пинать ногами. Не прошло и нескольких секунд, как дверь резко распахнулась. Каз угрожающе приблизился ко мне. Из принципа или скорее гнева я даже не шелохнулась. Он был ненамного выше меня, но из-за чрезмерной близости мне пришлось задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза.
— Ты что творишь? — сказал он сквозь зубы.
— А ты чего? Ты заехал мне по лбу!
Он быстро перевёл взгляд на мой скорее всего раскрасневшийся лоб и снова взглянул в глаза.
Одной рукой я держала учебники, другой я потянулась к своему лбу. Внезапно он схватил мою руку за запястье и отвел её немного вбок, чтобы увидеть моё лицо.
— Никогда не заходи в мою комнату, — прошипел он, пронзая меня странным взглядом.
Я попыталась высвободить руку, но он крепко держал её.
— Ты поняла? — спросил он, сжимая её ещё сильнее.
Да что на него нашло?
— Нужна мне твоя комната, — ответила я. — Что прикажешь делать с этим?
Я потрясла перед ним учебниками, которые чуть не выпали, и всё же сделала шаг назад, не выдержав вторжения в моё личное пространство.
Он, наконец, отпустил мою руку и спросил:
— Тебе это действительно нужно?
— Не особо, — быстро ответила я. Хотелось быстрее избавиться от его общества.
— Вот и отлично, — он повернулся ко мне спиной и толкнул дверь в спальню. Но прежде чем закрыть дверь, он снова посмотрел на меня и добавил:
— Я сам приду к тебе, если захочу, — и закрыл дверь.
____________________________
Его забота за завтраком и агрессия у двери — две стороны одной медали. Что это: попытка сохранить контроль, срыв из-за вторжения в его крепость или неосознанное влечение, прорывающееся через злость?
Читай те продолжение. Вы узнаете, что скрывается за дверью его комнаты и почему её запрещено открывать.
А если захочется заглянуть «за кулисы»: обсудить персонажей, узнать о процессе создания или просто пообщаться с автором — добро пожаловать в группу ВКонтакте.
#двестороны #альбахакимо #роман #российскийавтор #книжнаялихорадка #книжныйблог #книголюб #чточитать #книжныеновинки #рекомендациикниг #романтика #дзенчитает #текстдзен #книгадня