Елена смотрела на пустую кружку из-под кофе и пыталась собрать в кулак остатки решимости. Максим должен был прийти через час за деньгами на учёбу. Деньгами, которых у неё не было.
— Лена, ты что такая мрачная? — Игорь вошёл в кухню, поцеловал её в макушку. — Завтра получку принесу, всё будет хорошо.
Она подняла глаза. Сорок два года, седина на висках, улыбка, от которой когда-то таяла. Теперь эта улыбка раздражала — слишком уверенная, слишком беззаботная.
— Макс придёт за деньгами на семестр.
— А, ну так дай ему. — Игорь достал из холодильника йогурт, сел напротив.
— Игорь... У меня нет денег.
Он поперхнулся, вытер рот салфеткой.
— Как нет? А накопления?
— Потратила на твой кредит. Помнишь? Ты просил помочь с первым взносом...
Тишина. Игорь медленно доел йогурт, выбросил баночку.
— Лен, я же сказал, что верну. Просто сейчас тяжело с работой, понимаешь? А парень подождёт, не маленький.
— Я обещала ему. — Голос предательски дрожал. — Я дала слово.
— Дала слово мне тоже. Что будешь рядом, что поможешь. — Игорь взял её за руку. — Он же взрослый уже, сам разберётся. А мы с тобой семья.
Когда Максим пришёл, Елена сидела на диване, комкая в руках салфетку. Двадцать три года, высокий, с её упрямым подбородком и отцовскими серыми глазами.
— Мам, привет. Ну что, готова отправить меня грызть гранит науки?
Она не смогла встретить его взгляд.
— Макс... у меня проблемы с деньгами.
— Какие проблемы? — улыбка исчезла с его лица.
— Я не могу заплатить за учёбу. Сейчас не могу.
— То есть как не можешь? — Он сел на край кресла. — Мам, ты полгода говорила, что деньги есть. Я отказался от работы, чтобы учиться!
— Я знаю, я... Просто сейчас тяжело финансово...
— Из-за него? — Максим кивнул в сторону спальни, откуда доносился звук телевизора.
— Не говори так.
— А как говорить, мам? Ты год назад была обеспеченной женщиной. Приходит этот тип, и вдруг денег нет.
— Игорь тут ни при чём!
— Да ладно тебе! — Максим вскочил. — Думаешь, я слепой? Видел, как он твоей карточкой расплачивается. Видел счета на кредиты.
— Он вернёт!
— Когда? Через год? Два? А я что, должен ждать?
Елена встала, протянула руки к сыну.
— Макс, милый, я найду деньги. Дай мне время...
— Время? — Он отстранился. — Мам, ты сделала выбор. Живи с ним.
Дверь хлопнула. Елена рухнула на диван и заплакала — впервые за много месяцев, не стесняясь слёз.
Игорь появился через полчаса с пивом и пиццей.
— Ушёл? Ну и ладно. Поостынет — вернётся. А ты не расстраивайся.
Но Максим не вернулся. Не отвечал на звонки, в социальных сетях заблокировал. Елена ездила к нему на старую квартиру, где он снимал комнату, — там сказали, что он съехал, адреса не оставил.
— Лен, брось его искать, — говорил Игорь, обнимая её за плечи. — Взрослый мужик, сам разберётся. А тебе только нервы мотает.
Она кивала, но каждую ночь лежала без сна, прокручивая в голове последний разговор с сыном. Его голос: «Ты сделала выбор». Его глаза — холодные, чужие.
— Знаешь, что нужно сделать? — Игорь гладил её по волосам. — Нужно жить дальше. Строить нашу семью. Кстати, у меня есть идея, как решить финансовые проблемы.
Елена подняла голову.
— Возьмём кредит на твоё имя. Большой, под залог квартиры. Я найду хорошую работу, буду платить, а пока рассчитаемся с долгами.
— Игорь...
— Лен, доверься мне. Я же не чужой.
Она доверилась. Взяла кредит на два миллиона рублей. Игорь первые два месяца исправно переводил деньги на счёт, а потом работа у него закончилась. Временные трудности, объяснял он. Скоро всё наладится.
Елена устроилась на вторую работу — консультантом в магазин одежды. Приходила домой в девять вечера, готовила ужин, стирала. Игорь в это время смотрел футбол или играл в компьютерные игры.
— Я устал искать работу, — говорил он. — Нужно немного отдохнуть.
А потом приехала Вера.
— Моя сестра, — объяснил Игорь, помогая женщине лет тридцати занести чемоданы. — У неё проблемы с жильём. Нужно переждать месяц, пока не найдёт квартиру.
С Верой приехал её пятилетний сын Артёмка — шумный мальчишка, который носился по квартире с утра до вечера. Вера оказалась молчаливой женщиной с вечно недовольным лицом. Она занимала ванную по два часа, готовила себе отдельную еду, смотрела телевизор до полуночи.
— Месяц, говоришь? — спросила Елена у Игоря через неделю.
— Ну, может, чуть больше. Ей нужно деньги накопить на депозит.
Месяц превратился в два. Вера не работала — сидела с ребёнком. Игорь объяснял, что она в декрете, получает пособие. Пособие уходило на Артёмкину одежду и игрушки, а еду и коммунальные услуги оплачивала Елена.
Квартира перестала быть её домом. Утром она не могла попасть в ванную — там была Вера. Вечером на кухне сидел Артёмка с чаем и мультиками на планшете. Игорь проводил время в спальне.
— Когда они съедут? — спросила Елена однажды вечером.
— Скоро, — ответил Игорь, не отрываясь от телефона. — Кстати, нам нужен ещё один кредит.
— Что?
— Небольшой. На полгода. У меня проблемы на работе, нужно время решить вопросы.
— Игорь, я уже плачу по одному кредиту! Еле справляюсь!
— Лена, ну что ты как чужая? — Он отложил телефон, повернулся к ней. — Мы же семья. Я для нас стараюсь.
— Для нас? — Голос сорвался на фальцет. — Игорь, я работаю с утра до ночи, плачу за всех, готовлю, убираю...
— А я что, ничего не делаю? Я с Артёмкой гуляю, Вере помогаю. Дом — это не только работа, это забота о близких.
Елена посмотрела на него — на довольное лицо, на руки, которые не знали мозолей, на свежую футболку. Когда она в последний раз покупала себе что-то новое?
— Я подумаю, — сказала она.
Но думать было не о чем. Денег не было даже на еду. Кредитные платежи съедали большую часть зарплаты, коммуналка росла, продукты покупала она одна.
Вера вела себя, как хозяйка. Переставляла вещи в квартире, выбрасывала Еленины журналы («зачем хлам держать?»), стирала детские вещи в машинке каждый день. Артёмка разрисовал обои в коридоре фломастерами — Вера только пожала плечами: «Дети есть дети».
— Когда вы найдёте квартиру? — спросила Елена в третий раз за неделю.
— А что, мы мешаем? — Вера подняла брови. — Игорь сказал, что ты не против помочь семье.
— Я не против помочь, но уже три месяца...
— Слушай, если тебе денег жалко, так и скажи. Мы люди взрослые, поймём.
Елена ушла в спальню и заперлась. Села на кровать, обхватила колени руками. В голове звучал голос Максима: «Ты сделала выбор». Да, сделала. И вот результат.
Последней каплей стал вечер пятницы. Елена пришла с работы — в квартире сидели Игорь, Вера и ещё трое незнакомых людей. На столе — бутылки, закуски, которые она покупала на неделю.
— А, Лена! — Игорь поднял рюмку. — Знакомься, это мои друзья. Празднуем — Верка нашла работу!
— Какую работу? — Елена поставила сумку.
— В салоне красоты, маникюр делать буду, — ответила Вера, не глядя на неё. — Правда, первый месяц испытательный, денег почти не платят.
— А квартира?
— Ну, пока с квартирой не получается. Может, ещё месяц-два поживём.
Елена молча прошла в спальню. Через час гости ушли, но музыка продолжала играть. Она надела наушники, но сквозь них прорывались смех и голоса.
В субботу утром Артёмка разбил её любимую чашку — подарок от Максима на день рождения. Осколки лежали на кухонном полу, мальчик ревел.
— Ну что ты орёшь? — Вера заварила себе кофе. — Чашка как чашка, купит новую.
Елена молча собрала осколки. Руки тряслись.
— Вера, — сказала она, не поднимая головы, — вам нужно съехать.
— Что? — Вера поперхнулась кофе.
— Я сказала — съезжайте. На следующей неделе.
— Ты охренела? Куда мне с ребёнком идти?
— Не знаю. Но из моей квартиры — идите.
Вера поставила чашку, выпрямилась.
— Игорь! — крикнула она. — Иди сюда!
Игорь появился в халате, растрёпанный.
— Что случилось?
— Твоя психованная баба выгоняет нас из дома!
— Лен, ты что творишь? — Игорь подошёл, попытался обнять её за плечи.
— Не трогай меня. — Елена отстранилась. — Вы все съезжаете. Включая тебя.
— Лена, ты не в себе. Мы же семья...
— Семья? — Она засмеялась — коротко, зло. — Семья — это когда люди заботятся друг о друге. А вы меня используете.
— Как это используем? Я же люблю тебя!
— Любишь мои деньги. Мою квартиру. Мою дурость.
— Лен, успокойся...
— Нет! — Она кричала впервые за много месяцев. — Хватит! Я больше не буду! Не буду работать на вас, не буду брать кредиты, не буду жить в собственном доме, как чужая!
Игорь растерялся, Вера нахмурилась.
— И что, прямо сегодня выгоняешь? — спросила она.
— У вас есть неделя.
— А куда мне деваться?
— Не моя проблема.
Вера ушла, громко хлопнув дверью. Игорь остался.
— Лена, давай поговорим спокойно...
— Говорить не о чем. Собирай вещи.
— Но я же люблю тебя! Мы можем всё исправить!
Елена посмотрела на него — на красивое лицо, на умоляющие глаза. Год назад эти глаза сводили её с ума. Сейчас она видела в них только расчёт.
— Исправить? — переспросила она. — Ты можешь вернуть мне Максима?
— Он сам ушёл...
— Из-за тебя. Из-за того, что я предала его ради тебя.
— Лена...
— Всё, Игорь. Кончено.
Он пытался её переубедить ещё два дня. Приносил цветы, готовил завтрак, обещал найти работу. Но Елена словно проснулась после долгого сна. Видела его насквозь — каждое слово, каждый жест казались фальшивыми.
Вера съехала со скандалом, обозвав Елену эгоисткой и стервой. Игорь ушёл последним, на пороге повернулся:
— Ты пожалеешь. Останешься одна.
— Лучше одна, чем с теми, кто меня не ценит.
Первую неделю квартира казалась слишком тихой. Елена ходила из комнаты в комнату, привыкала к тишине. Потом начала убирать — выбросила Игоревы вещи, которые он забыл, отмыла детские рисунки со стен, переставила мебель.
Квартира снова стала её домом.
Но Максима всё не было. Елена искала его через общих знакомых, писала сообщения его друзьям. Через месяц Светлана, бывшая одноклассница, дала ей телефон своего брата — оказалось, Максим работает с ним в строительной компании.
Елена набирала номер три раза, каждый раз сбрасывая на середине гудка. Что сказать? Как объяснить?
Встретились в кафе возле его работы. Максим пришёл настороженный, сел напротив неё, как чужой.
— Привет, мам.
— Привет, сынок.
Они молчали, разглядывая друг друга. Максим похудел, в глазах была усталость взрослого человека.
— Как дела? — спросила Елена.
— Нормально. Работаю, снимаю однушку с парнем. Учиться пока не получается, но планирую заочно поступать.
— Макс... — Голос предательски дрожал. — Прости меня.
Он поднял глаза.
— За что?
— За всё. За то, что не сдержала слово. За то, что выбрала его, а не тебя. За то, что была плохой матерью.
Максим откинулся на спинку стула.
— Мам, ты не была плохой матерью. Ты была... влюблённой женщиной. Просто в неподходящего мужика.
— Я разрушила твою жизнь.
— Не разрушила. Изменила планы — да. Но я справился.
Елена достала из сумки конверт.
— Это тебе. Деньги на учёбу.
— Откуда?
— Накопила. Игорь больше не живёт со мной. И его сестра с ребёнком тоже.
Максим взял конверт, не открывая.
— Что случилось?
— Поняла, что они меня используют. Выгнала.
— И как ты? Не жалеешь?
— О чём? О том, что теперь стала жить для себя? — Елена улыбнулась впервые за много месяцев. — Макс, я хочу попросить у тебя ещё одно прощение.
— Слушаю.
— Прости, что пыталась тебя контролировать. Что не принимала твоих решений. Что считала, будто знаю, как тебе лучше жить.
Максим молчал.
— Я не буду больше вмешиваться в твою жизнь, — продолжила Елена. — Не буду давать непрошеных советов. Не буду навязываться. Просто... хочу быть твоей мамой. Если ты позволишь.
— Мам...
— Ты можешь не отвечать сейчас. Подумай. А я буду ждать.
Максим открыл конверт, пересчитал деньги.
— Здесь больше, чем нужно на семестр.
— Знаю. Остальное — на жизнь. Чтобы ты не работал в две смены.
— Спасибо.
Они сидели в тишине, пили остывший кофе. Потом Максим посмотрел на часы.
— Мне пора на работу.
— Конечно. — Елена встала. — Макс?
— Да?
— Можно я буду иногда звонить? Просто узнать, как дела?
Он помолчал, потом кивнул.
— Можно.
На улице они неловко обнялись. Максим ушёл первым, Елена смотрела ему вслед.
Дома она села на диван — свой диван, в своей квартире, где никого не было, кроме неё самой. Тишина не давила больше — она успокаивала.
В холодильнике лежали продукты, которые она купила для себя. На столе — её любимые книги, которые Вера называла хламом. На полке — новая чашка, которую она выбирала полчаса в магазине.
Зазвонил телефон — номер Игоря. Елена посмотрела на экран и сбросила вызов. Потом заблокировала номер.
Через неделю позвонил Максим.
— Привет, мам. Как дела?
— Хорошо, сынок. А у тебя?
— Тоже хорошо. Слушай... может, встретимся на выходных? Просто поговорить.
— С удовольствием.
После разговора Елена открыла балкон, впустила в квартиру свежий воздух. Солнце светило ярче, чем вчера. Или она просто раньше не замечала?
На кухне она заварила чай, села у окна. Впереди была суббота — целый день, который принадлежал только ей. День, в который она могла делать то, что хочет, есть то, что любит, читать то, что интересно.
День, когда она была хозяйкой собственной жизни.
Елена улыбнулась и открыла книгу. Она училась жить заново — медленно, осторожно, но честно. И впервые за долгое время будущее не пугало, а манило возможностями.
Границы, которые она наконец выстроила, защищали не только от чужих, но и для своих — для себя и для тех, кто действительно её ценил.
И это было только начало.
Конец