Экран смартфона в темноте бытовки светил слишком ярко, больно резал глаза. На часах было начало одиннадцатого вечера. Мои напарники уже вовсю храпели, а я всё никак не мог уснуть. Тянуло домой, к жене и сыну.
Мы на этом объекте работали вторую неделю. Вахта — штука тяжелая, но платят хорошо. Я всё делал ради них. Хотел, чтобы у Тёмки было всё лучшее, чтобы Лена не считала копейки в супермаркете.
Я нажал на иконку приложения «Умный дом». Мы поставили камеру в гостиной пару месяцев назад, когда Тёмка начал активно ползать и баловаться. Официально — чтобы присматривать за ребенком, если Лена на кухне. На деле я просто любил зайти и посмотреть, как мой пацан строит башни из конструктора. Это придавало сил.
Камера щелкнула, изображение прогрузилось. В гостиной горел только торшер в углу. Я ожидал увидеть пустую комнату или Лену, читающую книжку. Но на нашем сером диване сидели двое.
Мой лучший друг Олег и моя жена.
Они не читали книжку. Олег, тот самый человек, которому я доверял ключи от квартиры, сидел в моей домашней футболке. Лена смеялась, закинув ноги на его колени. Тот самый смех, который я считал предназначенным только для меня.
Я смотрел в экран, и мне казалось, что воздух в бытовке закончился. В груди что-то мелко задрожало. Я не чувствовал ярости, только какую-то странную, ледяную пустоту. Словно из меня разом вынули все кости.
— Игорян, ты чего? — пробормотал с соседней койки Саня, мой сменщик. — Случилось чего? Лица на тебе нет.
— Саня, дай ключи от своей «Приоры», — мой голос прозвучал чужо и сухо. — Срочно надо в город. Завтра к пересменку буду.
— Да ты чего, ночь на дворе, триста километров! — Саня сел на кровати, щурясь. — Начальство узнает — штрафанут.
— Я всё решу. Дай ключи.
Я не стал ничего объяснять. Просто схватил куртку и вылетел на улицу. Ночной воздух обжег легкие, но в голове не прояснилось. Перед глазами стояла картинка с экрана: как Олег притягивает её к себе, и как она не сопротивляется.
Дорога пролетела как в тумане. Я гнал по трассе, вглядываясь в разметку, а в памяти всплывали куски нашей жизни. Нам с Олегом по тридцать четыре. Дружим с восьмого класса. Семнадцать лет плечом к плечу.
Я помню, как он помогал мне перевозить вещи, когда мы с Леной только съехались. Нам тогда было по двадцать шесть. Олег на свадьбе был свидетелем, орал «Горько!» громче всех. Желал нам детей побольше.
Когда родился Тёмка три года назад, именно Олег привез Лену из роддома, потому что я застрял на объекте из-за аварии. Я тогда еще плакал ему в плечо от досады, а он хлопал по спине и говорил: «Не боись, Игорян, я же рядом. Свои люди, присмотрю за твоими».
И он присматривал. Постоянно заходил «помочь по хозяйству», пока я на вахте. То кран починит, то полку прибьет. Я еще дурак, благодарил его, коньяк из дьюти-фри привозил.
Я подъехал к дому в половине четвертого утра. Машина Олега стояла во дворе, прямо на моем месте. Дерзко так стояла, по-хозяйски.
Я поднялся на этаж. Руки не дрожали. Было только одно желание — чтобы этот цирк поскорее закончился. Я тихо открыл дверь своим ключом. В прихожей стояли его кроссовки. Те самые, которые мы вместе выбирали по акции в прошлом месяце.
В квартире пахло вином и какими-то пряностями. В гостиной всё еще горел тот самый торшер. Они спали на диване. Прямо там, под пледом, который нам подарила теща на годовщину.
Я прошел на кухню, налил себе стакан воды. Выпил залпом. Потом достал из кладовки два больших чемодана и начал методично вытряхивать в них вещи из шкафа в прихожей.
Шум разбудил их минут через десять. Сначала послышалась какая-то возня, потом тихий шепот Лены:
— Олег, ты слышишь? Кто там?
Я продолжал швырять шмотки Олега в чемодан. Его куртку, его шарф, его сумку с ноутбуком.
— Это я, — громко сказал я, не оборачиваясь.
Они выскочили в коридор почти одновременно. Лена в коротком халатике, заспанная, испуганная. Олег — в моих спортивках, волосы дыбом.
— Игорь? — Лена прижала руку к губам. — Ты… ты почему здесь? Что случилось на работе?
— На работе всё отлично, Леночка, — я посмотрел на неё. — А вот дома у нас, кажется, перестановка.
Олег попытался сделать шаг вперед, нацепил на лицо свою привычную маску «рубахи-парня».
— Игорян, слушай… ты всё не так понял. Я просто засиделся, поздно было, Лена предложила остаться…
— Заткнись, — спокойно перебил я его. — Я смотрел камеру, Олег. С самого начала. С того момента, как ты открыл вино, и до того, как вы решили, что диван — отличное место для «помощи по хозяйству».
Олег осекся. Его лицо пошло красными пятнами. Он стал похож на нашкодившего школьника, которого поймали за курением в туалете.
— Игорь, пожалуйста, — Лена вдруг зарыдала, закрыв лицо руками. — Это была ошибка. Один раз… я просто устала быть одна, тебя никогда нет!
— Тебя никогда нет? — я усмехнулся, и этот звук самому показался мерзким. — Я впахиваю в грязи по пояс, чтобы у тебя была эта квартира, эта машина и этот халатик. А ты устала?
Я застегнул первый чемодан. Тяжелый получился.
— Олег, вот твои вещи. Тут всё, что я нашел в прихожей и что ты приволок за эти годы. Одевайся.
— Игорь, давай поговорим как мужики, — начал Олег, пытаясь вернуть остатки достоинства. — Столько лет дружбы… неужели ты вот так всё перечеркнешь из-за одной глупости?
— Дружбы больше нет, — я подошел к нему вплотную. — Она закончилась в десять вечера, когда ты сел на мой диван. Одевайся. Три минуты. Или я помогу тебе выйти в том, в чем ты сейчас.
Олег посмотрел на мои кулаки, потом на Лену. Он не стал спорить. Быстро заскочил в комнату, натянул свои вещи. Лена стояла в углу, мелко дрожа.
— А ты чего стоишь? — обратился я к ней. — Твой чемодан в спальне. Собирайся.
— В смысле? — она округлила глаза. — Куда я пойду в четыре утра? Это и мой дом тоже!
— По документам квартира моя, куплена до брака, — напомнил я. — К маме иди. К Олегу. Мне плевать. Тёмка сейчас у твоей матери, я ей уже написал, что заберу его завтра вечером. Она, кстати, тоже в курсе, почему.
— Ты с ума сошел! — взвизгнула Лена. — Ты не имеешь права!
— Имею. Я имею право не видеть вас обоих в своей жизни.
Я выставил чемоданы на лестничную клетку. Олег вышел молча, не глядя мне в глаза. Он просто забрал свои сумки и пошел к лифту. Трусливо, поджав хвост. И это был человек, которого я называл братом.
Лена еще пыталась что-то кричать, хватала меня за руки, клялась в любви, обвиняла в черствости. Я просто вывел её за дверь и закрыл замок.
Сел на пол в прихожей. В квартире стало очень тихо. Слышно было только, как гудит холодильник и как за окном начинает просыпаться город.
Я зашел в приложение камеры на телефоне. Черный экран. «Камера отключена пользователем».
Я почувствовал странную легкость. Словно долго тащил на спине огромный мешок с мусором и наконец-то его сбросил. Да, будет больно. Да, завтра придется объяснять всё сыну, адвокатам, родителям. Будет дележка имущества, суды, нервы.
Но одно я знал точно: в моей жизни больше нет предателей.
Я подошел к окну. Внизу, во дворе, машина Олега медленно отъезжала от подъезда. Его фары на мгновение осветили пустую детскую площадку.
— Ну и катитесь, — прошептал я.
Я пошел на кухню и выбросил в мусорное ведро две недопитые бутылки вина, которые стояли на столе. Потом тщательно вымыл столешницу. Впереди был долгий день, и мне нужно было быть в форме.
Ради Тёмки. И ради себя самого.
Странно, но я даже не чувствовал ненависти к Олегу. Только брезгливость. Как будто случайно наступил в грязь в новых ботинках. Бывает. Просто надо вытереть подошву и идти дальше.
Я прилег на кровать в спальне. Подушка еще пахла её духами. Я перевернул её на другую сторону, закрыл глаза и впервые за много месяцев уснул по-настоящему крепко.
Проснулся я от того, что в окно светило яркое зимнее солнце. На душе было спокойно. Я набрал номер тещи.
— Алло, Марина Сергеевна? Доброе утро. Я скоро приеду за Артемом. Да, всё в силе. Мы теперь будем жить вдвоем.
Я положил трубку и улыбнулся. Жизнь продолжалась, и теперь в ней было гораздо больше места для правды.
Спасибо, что дочитали! ❤️ Автор будет благодарен вашей подписке и лайку! ✅👍
Мои соцсети: Сайт | Вконтакте | Одноклассники | Телеграм | Рутуб.