В то лето жара стояла такая, что земля на участке потрескалась, став похожей на старую кожу. Но настоящая беда пришла не с неба, а из-под земли. В округе начали пересыхать источники. Сначала вода помутнела, отдавая тиной, а потом и вовсе ушла, оставив на дне лишь вязкую жижу. Я приехал в дом деда, чтобы подготовить его к продаже. Участок был запущенным, но наш колодец всегда считался самым глубоким. Дед говорил: «Вода — это кровь земли, пока она течет — мы живем».
Вечером, когда зной немного спал, я решил проверить уровень воды. Подошел к старому почерневшему срубу, крутанул ворот. Цепь заскрипела сухо и натужно. Ведро ушло в черную прохладную пустоту.
Шлеп.
Звук удара о дно был странным. Не звонкий всплеск воды, а глухой, влажный шлепок, будто ведро упало в кучу мокрого белья. Я начал крутить ручку обратно. Цепь шла тяжело, рывками. Гораздо тяжелее, чем если бы я поднимал полведра воды.
На середине подъема рукоять вдруг дернуло с такой силой, что она едва не выбила мне пальцы.
Цепь на