Мишель Пастуро писал: «Предание об этой охоте, по-видимому, пришедшее из древнегерманской мифологии, известно почти во всей Европе с раннего Средневековья. У неё много названий: “Дикая охота”, “Охота Артура”, “Охота короля Эрла”, “Воинство Вотана”. Участники охоты, одетые в чёрное или в зелёное, сопровождаемые сворой воющих псов, всю ночь гонят по полям неведомую добычу, которой им не постичь никогда. Их вид вызывает ужас; издаваемый ими адский вой и рёв невыносим для слуха; лучше не попадаться им на пути, иначе они увлекут вас за собой к неминуемой гибели».
Феномен «дикой охоты» («die wilde Jagd») или «неистового/яростного войска» («das wütende Heer») является одним из образов немецкой народной мифологии, который восходит к древнегерманским религиозным представлениям. Французский лингвист Эмиль Бенвенист отмечал, что само имя бога Один (Wotan) означает буквально «предводитель ярости» или «предводитель яростного воинства».
В языческих представлениях “войско мертвых” представляло собой свиту Одина — доблестных воинов, павших в боях, и валькирий — дев-воительниц. И целью «Дикой Охоты», как писал А. Н. Афанасьев, были «быстроногие кони, олени и боровы, пасущиеся на небесных пажитях, или облачная полногрудая дева, за которою гонится Водан, как за своею добычею». «Армия Мертвых» появлялась, нарушая границу между мирами — Асгардом и Митгардом, то есть между миром Вотана и миром людей. Этот прорыв сакральных сил в людской мир служил знамением надвигающихся несчастий, войн и смерти.
Встреча с «Диким Войском» не сулила простому смертному ничего хорошего: «При нечаянной встрече с этим чудесным поездом путник должен броситься наземь и лежать до тех пор, пока не пронесется над ним бешеное сборище; в противном случае — беда! Смелый путник подымается вихрями на воздух и далеко от родины падает, низверженный на землю. Еще опаснее смотреть на дикую охоту из окна: нескромное любопытство вознаграждается таким сильным ударом, что человек падает замертво, и на лице его остается навсегда огненное пятно, или он теряет зрение — страшный бич выстёгивает ему оба глаза».
Первые письменные упоминания о «дикой охоте» в немецкой литературе относятся к эпохе правления Салической династии (1024–1125). Во «Всеобщей хронике» Эккехарда 1123 года есть упоминание вооруженных всадников, которых в установленное время можно видеть в окрестностях Вормса. Якобы эти всадники – души воинов, которые незадолго до этого погибли в сражении. Они появляются из недр горы, проносятся по окрестностям, а с наступлением утра вновь возвращаются в подземное царство. Парижский архиепископ Гийом Овернский, писавший в XIII веке, также упоминал о призрачном войске духов, состоявшем из вооруженных воинов и особенно тех, кто «принял смерть от удара меча».
В XVI–XVII вв. упоминания о «яростном войске» становятся все более многочисленными. В «Страсбургской хронике» за 1516 год есть такое описание: «Не только в этом году, но и прежде во всех наших немецких землях и особенно в Эльзасе и Брейсгау можно было видеть “яростное войско”. Появлялось сие войско не только ночью, но и днем в горах и в лесной местности. Ночью дикое войско проносилось с великим шумом над пустынными полями и лесами, видели его и в городах, сопровождаемое огнями и музыкой. В сем призрачном войске можно видеть 50, 80, 100 и даже 200 духов. Один несет голову, у другого – в руках крест, третий держит руку или ногу, в соответствии с тем, кто из них и каким образом окончил свой земной путь в кровавой битве». В «Швабской хронике» Мартина Краузе (середина XVI века) говорилось о «яростном войске», в котором проносятся над землей души детей, умерших до крещения, души всех воинов, которые погибли в битвах, всех, охваченных яростью, души которых не обрели покоя.
Появление «дикой охоты», по описанию немецких авторов, обычно сопровождалось таинственными призрачными огнями и мерцанием. Предводитель «дикой охоты» являлся в образе призрака или вороного скакуна с огненными очами. При этом его глаза излучают столь нестерпимый свет, что в них больно смотреть. У его своры призрачных собак также пылающие, как раскаленные угли, глаза.
Обычно перед появлением “дикой охоты” меняется погода: начинает завывать ветер, налетают тучи. Иногда, наоборот, можно услышать музыку необычайной красоты. Так, согласно встречающемуся в Баварии поверью: «В сочельник появляется “призрачное войско”. Оно выходит из горы Гельбирг, окруженное таинственными мерцающими огнями. Когда призраки “дикой охоты” проносятся над землей, то звучит нежная, невыразимо прекрасная музыка».
Целый пласт верований, связанных с «дикой охотой» («Wild Hunt»), существовал в Великобритании. Это легенды о призрачных псах, баргерстах или адских гончих, которые преследуют грешников или сопровождают Дикого Охотника. Лай псов «дикой охоты» предвещает смерть или иные бедствия: войну, мор и голод. В Корнуолле адских гончих назвали Devil’s dandy dogs и Dando’s dogs. Прозвище пошло от имени священника Дандо, жившего в Корнуолле, который, по легенде, во время охоты встретил самого дьявола. За свою неправедную жизнь он вынужден был стать участником дьявольской охоты. Под влиянием христианства образ Дикого Охотника сливается с образом дьявола, собирающего души грешников. При этом встречаются интерпретации, в которых в роли Дикого Охотника выступал святой Гавриил, а в скандинавских странах – святая Люсия.
Часть исследователей отмечали связь легенд о Дикой Охоте с историями о рыцарях короля Артура, а также с легендой о странствующем короле древних бриттов – Херле. Так, по легенде, король Херла, пробыв в подземных чертогах у гнома три дня, вернулся со своей свитой домой и обнаружил, что на Земле прошло уже два столетия. Как только часть его спутников слезла с лошадей, они тут же рассыпались в прах. Королю и оставшейся в живых свите ничего не оставалось, кроме как продолжить бесконечные скитания верхом.
Встречались истории, что иногда «Дикий Охотник» проявляет щедрость к тому, кто отзовется на его клик таким же возгласом. В таком случае он бросал отозвавшемуся часть своей добычи: заднюю ногу оленя или другого пойманного зверя, которая потом превращалась в серебро и золото. Однако чаще встреча с «Диким Войском» сулила смерть и несчастья. Существует поверье о том, как некий корнуоллский крестьянин, возвращаясь навеселе домой, повстречал процессию во главе с Диким Охотником и попросил у него один из его трофеев. Получив трофей, крестьянин поспешил домой, где при свете фонаря увидел, что держит в руках собственного мертвого сына.
В более поздних представлениях, распространенных в Девоне и Уэльсе, дикая свора собак во главе с Охотником трансформировалась в черную карету с упряжкой черных лошадей, подгоняемых безголовым кучером, впереди которой бежит черная гончая с горящими глазами. В самой карете сидела одетая в черное костлявая женщина, олицетворяющая саму смерть.
Предания о «дикой охоте» встречались не только в Германии и Великобритании, они присутствуют также в скандинавских странах, Австрии, Бельгии и Нидерландах, в Италии и во Франции. В нордических странах «Дикая Охота» представлялась «войском, состоящим из духов умерших, которые не сделали достаточно добра, чтобы заслужить место на небесах, но и не причинили столько зла, чтобы их отправили в ад». В него входят пьяницы, драчуны, любители непристойных песен, умелые обманщики и те, кто ради денег преступал клятву. Предводителем охоты наряду с Одином называли Теодориха Великого, датского короля Вальдемара IV Аттердага, Сигурда или кого-то из библейских персонажей: Ирода, Каина, святого Гавриила или Дьявола. В настоящее время образ Дикой Охоты стал частью массовой культуры через книги, фильмы и компьютерные игры.
Источники:
Плахова О. А. Отражение народных представлений о Дикой Охоте в сказочной картине мира //Вектор науки Тольяттинского государственного университета. – 2013. – №. 3. – С. 376-380.
Зубарева Е. Ю. «Неистовое войско»(«Das wütende Heer») или «Дикая охота»(«Die wilde Jagd») в структуре традиционных мифологических представлений германских народов //Stephanos. – 2013. – С. 99.
Хохлова А. В. «Дикая охота» в повести В. Короткевича. Новая интерпретация средневековой легенды //Вопросы литературы. – 2021. – №. 4. – С. 154-167.
Ватолина Ю. В. Мифологический лик «чужого» //Вестник Санкт-Петербургского государственного университета технологии и дизайна № 3. Серия 3. Экономические, гуманитарные и общественные науки – 2021. – С. 71.
Пастуро М. Зелёный. История цвета / пер. с франц. Н. Кулиш. М.: Новое литературное обозрение, 2018. 168 с.