18 января 1943 года американцы, раскрыв утренние газеты и прочтя опубликованный приказ Food Distribution Order № 1 (Приказ о распределении продовольствия № 1), были шокированы.
Одним из пунктов этого приказа был запрет на продажу с 18 января нарезанного хлеба. Для нации, привыкшей к удобствам, это был удар под дых, почти так же, как если бы сегодня отключили интернет.
"Что, теперь самим резать? Это же каменный век!" Газеты пестрели заголовками, а домохозяйки хватались за головы. Шок был реальным, ведь нарезанный хлеб стал одним из символов американского прогресса, а тут вдруг — бац! — и его нет.
Чтобы понять весь "ужас ситуации" 1943 года, давайте вернёмся на полтора десятилетия назад. Нарезанный хлеб — это не просто еда, это изобретение, которое изменило мир американской домохозяйки.
Всё началось с одного упрямого ювелира из Айовы — Отто Фредерика Роведдера. Он 16 лет мучился, изобретая машину для нарезки хлеба и едва не разорился).
Наконец 7 июля 1928 года в маленьком городке Чилликот, штат Миссури, компания Chillicothe Baking Company продала первую буханку под маркой Kleen Maid Sliced Bread (нарезанный хлеб „Клин Мейд“) — уже нарезанную и упакованную в вощёную бумагу.
За пару недель продажи хлеба увеличились в разы!
Потом подключилась Wonder Bread (знаменитая американская марка промышленного белого хлеба), начав в 1930 году продажу нарезанного хлеба по всей стране. Американцы с восторгом приняли это новшество: идеальные тосты, ровные сэндвичи, никаких кривых ломтей и крошек по всей кухне.
К 1933 году, всего через пять лет после старта, 80% всего хлеба, который продавался в США, уже был предварительно нарезанным. То есть всего за пять лет нарезка превратилась из «вау, прикольно» в абсолютную норму жизни. К 1940-м это стало уже не роскошью, а нормой.
Именно тогда родилась легендарная фраза «the greatest thing since sliced bread» — «лучшее со времён нарезанного хлеба». Это была высшая похвала какому-либо изобретению, новшеству.
И вот, в 1943-м правительство решило отобрать у народа это «величайшее достижение цивилизации». Это, как если бы сегодня запретили смартфоны, потому что «батарейки нужны для дронов».
Запрет ввели не из вредности, а «ради победы».
Главная причина – экономия ресурсов в военное время.
Инициатором был Клод Р. Виккард, министр сельского хозяйства при Рузвельте. Он и его команда в War Food Administration ввели эту меру как «вклад в победу над фашизмом».
Они посчитали, что запрет на нарезку хлеба позволит:
1. Сэкономить сталь, идущую на изготовления хлеборезных машин, ножей для них и запчастей.
2. Отказ от нарезки хлеба позволит экономить бумагу и воск, так как нарезанную булку паковали в два слоя вощеной бумаги, а целая булка могла храниться дольше и в более простой упаковке.
3. Третья причина - сдерживание цен. Из-за войны цены на зерно выросли на десять процентов. Считалось, что исключение нарезки и упаковки хлеба из технологической цепочки позволит снизить себестоимость булки и удержать прежнюю цену.
Штрафы за нарушение были серьёзными, а пекарням времени на адаптацию дали мало. Потом, после того, как по Соединенным Штатам прошла волна народного возмущения, многие чиновники причастные к этой инициативе делали вид, что они, вообще, ни при делах.
Между тем, запрет вызвал волну негодования, сравнимую с введением сухого закона. Позже историки назовут этот период «Кризисом нарезанного хлеба» или «глупостью Викарда».
Газеты наполнились гневными письмами. Доведенная до отчаяния домохозяйка писала в The New York Times :
«Я хотела бы объяснить вам, как важно нарезанное мясо... простите, хлеб, для морального духа семьи! Я вынуждена собственноручно резать по 30 ломтиков каждое утро для завтраков мужу и детям. И результат выглядит так, будто батон терзала стая голодных волков!»
Даже мэр Нью-Йорка Фиорелло Ла Гуардия не выдержал: в радиообращении 24 января он разрешил местным пекарням, уже оснащённым хлеборезками, продолжать нарезку хлеба. Позднее он с иронией признался, что его жена с трудом справляется с тупыми кухонными ножами. «Это звучит смешно, но война на кухне становится невыносимой», — примерно так прокомментировал он ситуацию.
К счастью для американских домохозяек, «хлебный террор» длился недолго. Уже 8 марта 1943 года (через 49 дней!) Виккард отменил запрет. Официально было заявлено: «Экономия оказалась не столь значительной, как мы рассчитывали.» Об общественном недовольстве в официальных комментариях скромно умолчали.
Пекарни радостно включили машины, нарезанный хлеб вновь вернулась на магазинные полки, тосты снова стали идеальными. Америка вздохнула с облегчением.
Газеты с юмором писали: «домохозяйки теперь могут убрать йод и бинты обратно в аптечки, потому что их пальцам больше не угрожает встреча с тупым кухонным ножом в попытке отрезать ровный кусок.»
Запрет на нарезку хлеба длился всего 49 дней, но оставил яркий след в истории США. Все это показало, как глупые запреты могут привести к неожиданным последствием. И главный урок: прежде чем вводить какие-либо ограничения, стоит хорошенько подумать о том, к чему это может выйти.
У вас же друзья, я думаю, имеется собственное мнение, и вы об этом поделитесь в комментариях.
Всем, до свидания.