Вика собрала сумку, чмокнула меня в щёку и сказала: «Ну все, Максим, я поехала.»
Я кивнул, обнял её: «Езжай. Только аккуратно и бензин заправить не забудь». Она засмеялась: «Да всё ок, я ж не в первый раз. Вернусь в воскресенье вечером». Я смотрел, как она заводит серебристую «Короллу» и уезжает по трассе в сторону деревни.
Люба – это сестра жены. Вечно сидит на своей дачей, в город глаз не кажет. А я терпеть не могу эти грядки, прополки. Поэтому туда ездит в основном жена. Я – если только шашлык намечается.
Проводил я жену и думал, что все будет хорошо, как всегда.
Дома остались мы с дочкой Соней, 15 ей уже, почти взрослая. Вечер пятницы прошёл спокойно: суши на заказ, фильм посмотрели, Соня в свою комнату ушла учить уроки. Я сидел на кухне, думал о Вике, интересно, что они там с Любой затеяли? Может, вино попьют, сплетничают про мужиков. Улыбнулся, написал ей: «Доехала? Целую». Ответ пришёл быстро: «Да, всё супер, мы тебя с Любой тоже целуем». Нормально, думаю, отдыхает жена.
Суббота выдалась отлично. Днём в гараже ковырялся, мотоцикл свой чинил. Но вечером, ближе к девяти, телефон зазвонил. Сосед дядя Коля.
— Макс, привет! — голос у него хриплый. — Что твоя тачка, серебристая которая, у клуба « Звездопад» делала? Ее эвакуатор забрал. Номера твои, это точно, А123АВ777. Стояла там в неположенном месте.
Я замер с бутылкой в руке. «Звездопад» - это клуб в самом центре, где тусуются молодёжь и всякие «бизнесмены». Как машина там оказалась? Где клуб и где деревня?
— Ты уверен, Коль? — спрашиваю, голос сел.
— Сто пудов! Я мимо шёл. Видел, как её цепляли. Что случилось-то?
— Не знаю пока. Спасибо, брат. Позвоню.
Сердце заколотилось. Вика же на дачу уехала. К сестре. А клуб - это напитки, музыка, мужики. Руки задрожали. Позвонил ей.
Гудки. Долго не берёт. СМС: «Вика, где ты? Позвони срочно». Тишина.
Набрал Любу:
— Алло? Максим?
— Вика у тебя на даче? — спрашиваю.
— Неет. А что случилось?
— Потом объясню!
Всё. Точка. Соврала всем.
Соня вышла: «Пап, ты чего белый такой?»
— «Всё норм, дочка, спи давай».
Не выдержал. Оделся, прыгнул в свою «Ладу», поехал на штрафстоянку - она недалеко от центра, у кольцевой. Дорога казалась вечностью. В голове крутится: «Может, Коля напутал? Может, угнали? Или Вика в пробке встала?» Но клуб... Ночной клуб. В субботу вечером. С кем она там?
Приехал. Охранник лениво проверил документы: «Да, ваша, А123АВ777. Плати штраф 5 тысяч и хоть сейчас забирай». Вижу машина стоит в ряду. Подхожу ближе, смотрю в салон через стекло - фонарь тусклый светит.
На пассажирском сиденье кожаная куртка, чёрная, дорогая, не жены и не моя. Больше на мужскую похожа. Хотел было дверь в салон открыть, да вспомнил, что ключа нет, он у жены.
Надумал себе сразу всякого. Перед глазам все поплыло. Ноги подкосились, прислонился к машине.
Двадцать лет вместе. Дочь. А она... в клубе. С кем-то. Почему не на даче у сестры? Обманула? Вранье. Одно вранье.
Позвонил снова. Взяла трубку:
— Макс? Привет, родной! — голос весёлый, музыка на фоне, смех женский.
— Где твоя машина, Вика? — спрашиваю тихо, еле сдерживаюсь.
— Машина? На даче же, припаркована у калитки. А что?
Я аж разозлился после этих слов! Заорал как медведь:
— На штрафстоянке твоя машина! Эвакуатор забрал от клуба. Что там делала машина? Что Ты там делаешь? И что за куртка мужская внутри. Я сейчас сам приеду и проверю все!
Тишина. Секунд десять. Потом всхлип:
— Макс... это не то... Я...
— Кто он? — ору. — Говори!
— Я к Любе ехала, дорога мимо клуба, но... машина заглохла. Позвонила Любе что не приеду, а тут коллеги мимо шли, позвали меня, я и пошла. Выпили, потанцевали. Ничего «такого» не было!
— Коллеги? Назови имена! И чья куртка? Я сам ее отдам, говори быстро!
Она плачет:
— Макс, прости! Ну сглупила, тебе сказать надо было, позвать. Плохо поступила! Я еду домой, сейчас же!
Я доехал домой еле-еле. Соня проснулась: «Пап, ты плачешь?» — «Нет, аллергия».
Лёг, не спал, ждал жену.
Вика примчалась на такси:
— Макс, давай поговорим. Я дура, прости. Ничего серьёзного не было! Просто танцевала, веселилась, ну можно же раз в году. Так сложилось, неожиданно! У самого так же было. Сутками не приходил по выходным, помнишь? Что ты завелся?
— Серьёзного? — фыркаю. —А куртка чужая в салоне тоже неожиданно появилась?
— Да я понятия не имею про какую куртку ты говоришь! Может кто из коллег оставил. Нас там пятеро в клубе отдыхало.
— И ты это так спокойно мне рассказываешь? Совсем стыда нет!
Ссора вспыхнула мгновенно, как спичка в сухой траве.
— Стыда нет? — Вика вскочила с дивана, глаза горят. — Раз в год развеяться нельзя? Я двадцать лет тебе верна, дом обустраиваю, Соню растим вместе!
— Развеяться в клубе с «коллегами»? — Он тоже вскочил, голос дрожит от ярости. — Лжешь с порога! Любе соврала, мне соврала! Машина на штрафстоянке, куртка мужская внутри, небось хахаля твоего и это «ничего серьезного»?
— Я не лгу! — закричала она. — Машина заглохла случайно, коллеги помогли! А куртка... да черт знает, чья она! Может, Витька из бухгалтерии оставил, когда толкал тачку. Он женатый, трое детей! Завтра вместе поедем на стоянку и посмотрим вместе, что за куртка.
— Да иди ты! – сказал я и отвернулся.
Утром поехал на штрафстоянку за машиной. Один. Штраф оплатил, документы подписал. Открыл салон - пусто. Заглянул под пассажирское сиденье - куртки нет. Ни следа.
— Эй, где куртка? Черная кожаная, вчера была! — обратился он к охраннику.
Тот пожал плечами: «Ничего не было. Машина заперта стояла, никто не лазил. Может, тебе показалось? Ночью темно».
Он замер. Точно была. Он же видел ее при тусклом свете фонаря. Или... привиделось? Нет, он не сумасшедший, галлюцинациями не страдает. Но фактов - ноль. Ни куртки, ни фото, ни свидетелей. Только его слово.
И тут пришла мысль! Жена приезжала на стоянку и забрала куртку. Начал расспрашивать охранника приходила ли женщина. Да ничего он не видел, не слышал, никого не было. Бред!
Месяц они с женой не разговаривали.
Он тем временем начал ездить к ее офису. Парковался напротив, высматривал среди выходящих, кто в черной кожаной куртке. Ч.-е.рт, все в одинаковых куртках ходят! Мода, блин.
Со временем все устаканилось, утряслось, помирились. Дом, дочь, быт. Но поездки жены в одиночку пресеклись наглухо.
— К подруге? Давай я тебя отвезу, — говорил он каждый раз.
— Сама поеду!
— Нет, вместе. Или со мной или сиди картошку вон почисть и пожарь!
Сначала спорила, потом сдалась. Все ее самостоятельные вылазки закончились.