Здравствуйте, дорогие читатели. С вами Азат Асадуллин — профессор психиатр, доктор медицинских наук. Сегодня поговорим о том, о чём часто молчат даже в кабинетах врачей: как правильно принимать антидепрессанты, чтобы они помогли, а не навредили. И да, это крайне сложная тема, если бы приём этих препаратов был так же прост, как «одна таблетка утром, вторая вечером», мы бы давно закрыли все психиатрические клиники и открыли вместо них аптеки с инструкциями на дверях. Но мозг, увы, устроен сложнее наших благих пожеланий. Давайте разбираться?
Представьте мозг человека в депрессии. Нейровизуализация показывает: префронтальная кора — тот самый регион, отвечающий за планирование и эмоциональную регуляцию — работает с пониженной активностью. Амигдала, центр угрозы, напротив, гиперактивна. Между ними нарушена связь: префронтальная кора не может «успокоить» амигдалу, как это происходит в здоровом мозге. Гиппокамп — структура, критически важная для формирования воспоминаний и нейрогенеза — уменьшается в объёме на 8–10%. Серотониновые, норадренергические и дофаминовые системы работают не так, как должны. И вот сюда — в эту хрупкую, но живую нейронную сеть — мы добавляем молекулу антидепрессанта.
Как начинается терапия: не торопите мозг
Первое правило: стартовая доза почти всегда ниже терапевтической. Почему? Потому что мозг, привыкший к депрессивному состоянию, воспринимает любое изменение химического фона как стресс. Представьте, что вы годами жили в полумраке, а потом вдруг включили яркий свет — глаза болят, хочется закрыть их. Так и здесь: резкий «химический удар» вызывает тревогу, бессонницу, тошноту. Поэтому врач начинает с минимальной дозы — например, 5 мг эсциталопрама вместо 10 мг, или 37,5 мг венлафаксина вместо 75 мг. И даёт мозгу 5–7 дней, а то и более, чтобы привыкнуть.
Затем — постепенное титрование. Каждые 7–14 дней дозу увеличивают на небольшой шаг. Не потому что врач «тянет время», а потому что нейропластичность — процесс медленный. Антидепрессанты не «добавляют серотонин», как думают многие. Они запускают каскад молекулярных изменений: повышают уровень мозгового нейротрофического фактора (BDNF), стимулируют нейрогенез в гиппокампе, восстанавливают связи между префронтальной корой и лимбической системой. И этот процесс занимает 2–4 недели. Поэтому эффект не наступает сразу — и это нормально. Если через 10 дней вы не почувствовали «лёгкости» — не бросайте таблетки. Мозг просто ещё не закончил перестройку.
Сколько принимать: когда «стало легче» — это только начало
Вот вы прошли через 4 недели терапии. Настроение улучшилось, появилась энергия, вернулось удовольствие от жизни. И тут возникает соблазн: «Я здоров! Зачем мне таблетки?» Опасная ошибка. Мозг в этот момент лишь начал восстанавливать нейронные сети. Он ещё не обрёл достаточной устойчивости, чтобы самостоятельно поддерживать новый баланс. Прекратите поддержку — и сети развалятся, как дом из карточек при первом сквозняке.
Стандартная рекомендация: после достижения ремиссии продолжать приём антидепрессанта ещё 6–9 месяцев. Для людей с повторными эпизодами депрессии — до 2 лет. Это не «зависимость». Это время, необходимое для того, чтобы нейропластичность закрепила новые связи. Представьте, что человек учится ходить после перелома ноги. Сначала — костыли (антидепрессанты). Потом — ходит сам, но ещё шатается. И только через месяцы мышцы и связки окрепнут настолько, что человек забудет о травме. Так и здесь: антидепрессанты — костыли для мозга в период восстановления.
Как отменять: искусство прощания без боли
Самая частая ошибка — резкая отмена. Вы решаете: «Хватит, я больше не хочу быть на таблетках» — и бросаете препарат на следующий день. И вот тут мозг получает «химический шок». Концентрация препарата в синаптической щели падает стремительно. Нейроны, привыкшие к новому химическому фону, теряют ориентиры. Возникает синдром отмены: головокружение, тошнота, «электрические разряды» в голове, тревога. И многие путают это с возвращением депрессии — и снова начинают пить таблетки, уже с чувством вины и безнадёжности.
Правильная отмена — это плавный спуск по лестнице, а не прыжок с крыши. Для препаратов с коротким периодом полувыведения (пароксетин, венлафаксин) снижение дозы должно быть особенно постепенным: на 10% каждые 2–4 недели. Для флуоксетина, который выводится медленно, отмена может быть быстрее — но всё равно не резкой. Последние 10 мг иногда приходится принимать через день, а потом раз в три дня — чтобы мозг успевал перестраиваться. И помните: синдром отмены — это не рецидив депрессии. Это временная реакция на изменение химического фона. Обычно он проходит за 1–2 недели. Но если вы не знаете этого — паника усиливает симптомы.
Побочные эффекты: не враги, а спутники
Да, антидепрессанты могут вызывать побочные эффекты. Сухость во рту, потливость, лёгкую тошноту в первые дни, снижение либидо. Но важно понимать: большинство из них временные. Организм адаптируется за 2–4 недели. А вот снижение либидо или прибавка в весе — могут сохраниться. Но и здесь есть решения: смена препарата, коррекция дозы, добавление препаратов для улучшения сексуальной функции. Главное — не молчать об этом с врачом. Многие пациенты годами терпят дискомфорт, считая его «нормой лечения». Это не норма. Это повод для коррекции терапии.
Образ жизни: таблетка не заменит сон и прогулку
Антидепрессанты работают лучше, когда мозг получает поддержку извне. Сон 7–8 часов — во время сна происходит перезагрузка нейротрансмиттерных систем. Физическая активность — уже 30 минут ходьбы в день повышают уровень BDNF и стимулируют нейрогенез в гиппокампе. Омега-3 жирные кислоты (рыба, льняное семя) улучшают текучесть нейронных мембран, что помогает рецепторам работать эффективнее. Вода — обезвоживание даже на 2% снижает перфузию мозга и усиливает головокружение при отмене.
Но и не стоит ждать чуда от одних только таблеток. Антидепрессанты создают условия для восстановления, но не заменяют психотерапию. Когнитивно-поведенческая терапия учит мозг новым паттернам регуляции эмоций — и этот навык остаётся даже после отмены препарата. Это как костыли и ЛФК после перелома: костыли поддерживают, а упражнения укрепляют мышцы.
У вас есть вопросы ко мне? Пишите на почту droar@yandex.ru или в Telegram @Azat_psy. Можем с вами рассмотреть нашу онлайн-клинику «Мастерская Психотерапии» для комплексной, доказательной и высокопрофессиональной помощи — от профессора до психолога и ассистента-врача:
Но помните важное: всё, что вы здесь прочли, — лишь просветительский экскурс в нейрофармакологию. Лечение, если оно потребуется, может назначить только врач после личной консультации, сбора анамнеза и, при необходимости, дополнительного обследования. Никакие статьи, даже самые подробные, не заменят индивидуальный терапевтический план. И врач, дорожащий своим реноме и соблюдающий этические нормы, не будет по комментарию ставить диагноз и менять терапию. А если будет — действительно, лучше держаться от таких подальше.
Последнее: антидепрессанты — не враг, а союзник
Антидепрессанты не стирают эмоции. Они не превращают вас в «овоща». Они не вызывают зависимости в бытовом смысле. Они дают мозгу шанс перестроить те нейронные сети, которые депрессия разрушила годами. Но этот шанс нужно использовать правильно: начинать постепенно, продолжать достаточно долго, отменять мягко. И сочетать с тем, что поддерживает мозг естественным путём — сном, движением, терапией.
Иногда самое смелое решение — не бросить таблетку, когда стало легче, а продолжить поддержку до тех пор, пока мозг не обретёт достаточно сил, чтобы стоять на своих ногах. Потому что депрессия — это не слабость характера. Это нарушение работы нейронных сетей. И как любое нарушение, оно поддаётся коррекции — через терпение, науку и уважение к сложности человеческого мозга.
Для коллег-специалистов приглашаю в мой телеграм-канал, где мы регулярно проводим разбор фармакологических препаратов с позиций доказательной медицины:
Берегите свой нейробиологический баланс. Иногда путь к свету начинается не с отказа от таблетки, а с понимания, как правильно её принимать.
С уважением,
Азат Асадуллин, профессор психиатр, доктор медицинских наук