Турция вдруг обнаружила, что Казахстан и Узбекистан могут говорить с Вашингтоном напрямую — и это ломает всю привычную конструкцию.
В турецком издании Türkiye Today вышла колонка Зейнеп Озпинар с говорящим заголовком: «Trump’s Board of Peace: Jackpot or trap for Kazakhstan, Uzbekistan?».
Формально — рассуждение о рисках и выгодах для Казахстана и Узбекистана. Фактически — аккуратно упакованное беспокойство Анкары.
Повод известен: Астана и Ташкент подтвердили интерес к участию в так называемом «Совете мира» Дональда Трампа — инициативе, которая пока существует скорее как политический бренд, чем как институционально оформленный механизм. Но даже на уровне намерений этот шаг оказался чувствительным для Турции.
«Морковка» и «палка» по-американски
Озпинар подробно разбирает стандартную американскую конструкцию: доступ к гарантиям безопасности, инвестициям, политическому покровительству и символическому статусу «правильного партнёра» жёстко связан с обязательствами. Репутационные риски, санкционная дисциплина, участие в чужой повестке — всё это не бонусы, а условия.
Вашингтон в этой логике продаёт не ценности и не «мир», а архитектуру доступа. Кто-то получает привилегии. Кому-то звонят в кризис. Кого прикрывают информационно, а кого — штрафуют тарифами и регуляциями. Это система не союзов, а допусков.
Именно здесь начинается турецкая тревога.
Главная проблема Анкары — не США и не Россия
Ключевой нерв текста Türkiye Today — вовсе не страх перед американским влиянием как таковым. Турция давно умеет с ним жить. Проблема в другом: если Казахстан и Узбекистан начинают играть с США напрямую, Анкара теряет роль диспетчера тюркского мира.
Последние 20–30 лет Турция методично выстраивала инфраструктуру влияния в Центральной Азии: от культурных и образовательных программ до военных и экономических форматов.
Эта система предполагала, что любые крупные внешние входы в регион проходят через турецкий фильтр.
«Совет мира» этот фильтр обнуляет.
Много слов о «прозрачности»
Постоянный призыв автора к «ясности», «правилам» и «красным линиям» выглядит как забота о суверенитете тюркских государств. Но по сути это требование Анкары:
любые договорённости с США должны быть формализованы так, чтобы Турция могла встроиться в процесс.
Речь идёт не о ценностях и не о принципах. Речь идёт о контроле над каналами принятия решений.
Джекпот или ловушка
Озпинар описывает развилку: либо «Совет мира» становится понятным механизмом и приносит выгоду всем, либо превращается в инструмент раскола.
Но эта дихотомия лукава. В реальности выигрыш отдельных столиц уже означает перераспределение влияния — и именно это раздражает Анкару.
Турция боится не ловушки для Казахстана и Узбекистана, а джекпота без её участия.
Что это значит для России
С российской точки зрения, принципиальной разницы немного. Проникновение США в Центральную Азию — напрямую или через Турцию — не делает регион стабильнее. Тем более на фоне плотных и раздражающих Вашингтон связей Астаны и Ташкента с Китаем и Россией.
Важно другое: попытка США играть на индивидуальных треках усиливает фрагментацию региона. А фрагментация — это всегда зона повышенных рисков, давления и торга.
Россия в этой конфигурации остаётся стороной, заинтересованной не в витринных «советах мира», а в предсказуемых, многосторонних форматах без скрытых условий и персональных исключений.
Что в итоге?
Колонка Türkiye Today — это не предупреждение Центральной Азии. Это сигнал тревоги Анкары. Турция почувствовала, что её аккуратно отодвигают от рычагов, к которым она привыкла. И потому заговорила языком осторожности и принципов.
В геополитике такие тексты появляются не тогда, когда кто-то ошибается, а тогда, когда кто-то теряет контроль.
Понравилось? Поставь лайк и подпишись. В следующих публикациях ещё больше интересного!