На прошлой неделе книга с таким названием вышла в Санкт-Петербурге в издательстве "Полынья". Сто (!) рассказов, сатира и юмор. Некоторые из них Вы читали на этом канале.
Дальше... Предисловие от автора:
«Читательница написала, что мой рассказ вылечил её от депрессии. Заменил пригоршню назначенных врачом таблеток.
А группа долдонов подала рапорт генералу, что другой рассказ «порочит офицеров и всю систему прохождения службы».
Такие два подхода к литературе. Какой литературе?! – возмутился еще один. Юморески – низкий жанр. Две-три странички. Ни солидности, ни приличного гонорара. Да и герои их часто неприятные.
Еще есть «суконные» люди с суровыми лицами. Точно знающие над чем смеяться нельзя. «Не мы такие – жизнь такая» – вздыхают они. И делают все, чтобы она стала еще более суровой.
Люди смеялись всегда. Звезда Чарли Чаплина взошла во времена великой депрессии. Смеялись, чтобы выжить. Не только в Америке. Смеялись у нас, в самые тяжелые годы.
В блокадном Ленинграде обнадеживали, что со своей армией идет на помощь маршал Кулик. Потом шатающиеся от голода люди в очереди за скудным пайком говорили:
– Слышали? Кулик оказался уткой!
Нашлось место анекдотам в осажденной Москве.
«По Тверской с закрытыми глазами и вытянутыми руками идет человек.
– Что с тобой? – спрашивают его.
– Я лунатик!
– Лунатики при луне ходят.
– А у меня ночного пропуска нет…»
Шутки из окопов злее.
«Выпустили самолеты на средства граждан. С надписями «От колхозников… рабочих… пионеров…» улетели на фронт, а один летчики принимать отказываются:
– С надписью на фюзеляже «От работников военторга» нас свои собьют!»
Я гордился, когда на войне из журнала вырвали и спрятали в планшет не статью главкома, а страницу с моим рассказом. Хотя статью главкома тоже написал я (здесь улыбнутся журналисты).
Из Союза писателей России, в котором состою больше двадцати лет, отныне могут исключить за «Открытое выражение взглядов и (или) действия, свидетельствующие о несогласии с внутренней и (или) внешней политикой...»
Вот незадача. В книге раздел «На злобу дня». Написал рассказ, а политика изменилась. Так и из писателей исключат. Это тоже смешно. Честно. Если «суконные» люди дорвутся до власти, таких книг не будет.
Неизбежное воспринимай равнодушно, учили древние. Даже плохое? Нет! Смейтесь над ним. И оно, если не исчезнет, то скукожится. Жить станет легче. Как и вам, если прочтете эту книгу.
Важно! Книга с картинками! (постарались художники Виктория Гусева, Анна Летова и Евгений Осипов).
Принимайте по две-три страницы в день для хорошего настроения. Читайте и улыбайтесь, несмотря ни на что».
И еще о ней:
«Пятая книга писателя Андрея Макарова – сборник веселых рассказов. В них не только юмор, но и сатира, которая сегодня редкий гость на книжных страницах. Сто рассказов – это минимум сто улыбок. Думается, именно такой книги нам не хватает сегодня».
Книга уже продается в Книжной Лавке писателя в Санкт-Петербурге на Невском проспекте. На сайтах Авито и https://meshok.net/
Со временем появится и в других магазинах.
Ну и один рассказ из нее.
Диспансеризация
Лимузин в Москве – мучение. С трудом у офисного центра припарковался. Кое-как втиснулся и, пока время есть, вышел размяться.
Тут подходит ко мне девчушка в белом халатике.
– Здравствуйте, – говорит и папкой машет, подзывая. – Уделите немного времени. У нас акция сегодня – бесплатная диспансеризация.
Приятная такая девчушка, сплошное декольте и халатик выше колен.
– Можно, – согласился я, – только машину не оставишь. Еще нацарапают чего.
– Так в окно ее видно. Пятнадцать минут обследования на импортном оборудовании и получите полный диагноз.
Смотрю, меня уже ведут куда-то. Над крыльцом надпись: Клиника чего-то там, врач в очках с бородкой на крыльце топчется.
– Здравствуйте, доктор наук такой-то, причем медицинских, – представился.
Внутрь завели, все красиво. Дипломы на стене. Аквариум с рыбками. Раздели, в кресло усадили. Проводами обвешали, лампочки мигают, сижу, как елка в гирлянде.
Врач за монитором только успевает на кнопки жать и диагнозы ставить.
– Алопеция у вас, – укоряет.
– Чего?
– Облысение. Причем вторая стадия переходит в первую.
Очень надо было для этого в монитор смотреть.
– Волосы где-нибудь остались? – врач достал чистую историю болезни и размашисто записал на первой странице.
– За ушами, подмышками, в других местах.
– Наберем, – утешил он, – пересаживать будем в Швейцарии, там это отработано. Пойдем ниже. Гланды у вас еще ничего…
– Доктор! Нет у меня гланд! Вырезали в прошлом веке.
– Я и говорю, что ничего. Нет гланд, а вот связки нехороши. Утолщение и несмыкание. Потому и хрипите. Назначаем уколы и физиотерапию. Через полгода запоете как Басков. Теперь сердце. Один клапан под замену срочно и аортно-коронарно. Это мы в Израиле провернем. Туда самолетом, медборт закажем, если все пройдет хорошо, через две недели вы дома.
– Обратно, тоже самолетом?
– Обратно в любом случае самолетом. Остеохондроз аппаратным массажем поправим, а лучше радикально. Немножко порежем, позвонки подшлифуем. Печень вашу в клинике Управления делами Президента почистим. Там и опыт, и условия соответствующие. Пункцию возьмем прямо сейчас.
Вижу, история болезни пухнет на глазах. И ведь знал, что со мной что-то не то, да все не мог диспансеризацию пройти.
– Лишний вес у вас, аж кресло просело. Усечение желудка, липосакция с последующим удалением рубцов и пластикой кожи. Франция подойдет. Можно с отдыхом на Лазурном берегу совместить. Теперь, если честно, по ночам в туалет встаете?
– Бывает.
– Все правильно, – кивает он, – вернее неправильно. Придется в ведущем институте какое-то время полежать. Кое-что вам заменим.
И снова на приборе ручки крутит.
– Как вы, голубчик, – качает головой, – суставы запустили. Со старыми годик поковыляете, и койка на всю оставшуюся мучительную жизнь. Меняем на титановые. В Германии, в ведущей клинике.
Калькулятор достал.
– Посчитаем, во сколько нам оздоровление обойдется.
– Дорого, наверно?
– Да уж не дороже вашей машины, – усмехается он.
Одеваюсь и все думаю, до чего сервис в медицине дошел. Мне только раз полное обследование делали. По дому какие-то врачи ходили, уговаривали купить от всех болезней целебную шапочку.
– Обследование бесплатно, а за лечение... – потер руки доктор.
И тут в кармане моя кнопочная нокиа запищала.
– Слушаю, Петр Петрович! – нажал я на кнопку. – Машина вас ждет.
– Это что, не ваша Бентли припаркована? – удивился врач.
– Хозяина. Доктор, так как с лечением?
– Здоров! – буркнул он и выключил аппарат.
– Подождите, алопеция же в последнюю стадию перешла.
– Кепку пониже натяни, – посоветовал врач и расстегнул белый халат.
– Хрипы в горле…
– Пиво холодное не пей, – порвал он мою историю болезни.
– Остеохондроз мучает.
– В выходные на грядках покопайся. – Клочки бумаги полетели в урну.
– Доктор! Сердце! Клапан!
– А ты его валидольчиком.
– Не помогает.
– Тогда валокординчиком.
– Ну а ночью в туалет?
– Снотворное прими.
– Лишний вес?
– Жри меньше и реже.
Я бы еще про суставы спросил, но в окно вижу: хозяин в лимузин садится. Кепку пониже натянул и побежал. Не сколько бегу, сколько ковыляю, как Айболит этот напророчил. Так что он меня еще и догнал у самой машины.
– Подождите! – запыхался он, халат нараспашку, – видел в окно как шел ваш босс. Аж сердце защемило! Передайте, что ему надо срочно лечить суставы, позвоночник и, наверняка, разные другие органы. Вот наша визитка и не затягивайте! Здоровье дороже денег.
Поехали мы, босс буркнул, что я где-то шляюсь, и в бумаги зарылся. А я все жалею. По миру мог бы поездить: Швейцария, Франция, Израиль, Германия. Зажал я ему эту визитку. И в самом деле. Почему все хорошее в жизни должно богатым доставаться.
Андрей Макаров