Вчера мой пятилетний сын задал мне вопрос, после которого я полночи смотрел в потолок. Нет, он не спросил, откуда берутся дети или почему небо синее. Он спросил кое-что пострашнее.
Но обо всём по порядку.
Последний месяц я коллекционирую детские высказывания. Не специально, они сами на меня сыплются. Как будто вселенная решила, что тридцать восемь лет жизненного опыта мало, и подключила тяжёлую артиллерию. Философов в памперсах.
История первая. Про работу
Месяц назад. Утро понедельника. Я сижу на кухне, смотрю в чашку кофе взглядом человека, который через час окажется на совещании. Мишка ест кашу. Точнее, размазывает её по тарелке, что в его понимании одно и то же.
Кстати, забыл сказать. Мишка у нас обычно молчун. Может час играть и не издать ни звука. Но если открывает рот, то держитесь.
— Пап, а зачем ты ходишь на работу, если тебе там плохо?
Я замер с чашкой в руке. Вот так, без предупреждения, в семь утра.
— С чего ты взял, что мне плохо?
— Ты по утрам говоришь «о господи, опять». И лицо у тебя такое...
Он скривился, изображая мою понедельничную гримасу. Вышло похоже. Даже обидно, насколько похоже.
— Сынок, работа... ну... это чтобы деньги зарабатывать. На еду. На игрушки тебе.
— А если бы у тебя были игрушки и еда, ты бы не ходил?
— Ну... наверное...
— Тогда выходит, ты продаёшь своё «плохо» за игрушки?
Меня бесит, когда дети правы. Особенно в понедельник. Особенно в семь утра. Особенно когда ты ещё не допил кофе и не готов к экзистенциальному кризису.
История вторая. Про диету
На прошлой неделе мы были в гостях у подруги жены. У неё дочка Соня, четыре года. Кудрявая, с бантиком. И с языком как бритва.
Это не совсем по теме, но Соня планирует стать либо президентом, либо единорогом. Пока не определилась. Так вот.
Жена взяла себе салат. Листья какие-то, пророщенная грусть и три помидорки черри для самообмана.
Я считаю, что диеты это заговор производителей сельдерея. Но жене об этом не говорю.
Соня уставилась на тарелку с искренним ужасом.
— Тётя Лена, а зачем вы едите невкусное?
— Я на диете, Сонечка.
— Это когда только полезное едят?
— Да, чтобы похудеть.
— А потом что будете есть?
— Ну... наверное, обычную еду.
— Вкусную?
— Да.
— Тогда зачем сначала невкусное, если потом всё равно вкусное?
Подруга жены фыркнула в чай. Жена посмотрела на свой салат, перевела взгляд на торт и решительно взяла нож.
— А ведь ребёнок дело говорит.
Диета закончилась, не успев начаться. Соня была довольна. Я тоже, мне достался второй кусок.
История третья. Про любовь
Позавчера. Дача у родителей. Мой племянник Артём, шесть лет, тихий как подводная лодка, весь день молчал. А когда бабушка с дедушкой в очередной раз поспорили из-за помидоров в теплице, он вдруг выдал:
— Дядь Саш, а бабушка с дедушкой ругаются, потому что любят или потому что привыкли?
К слову, родители спорят из-за этих помидоров лет двадцать. Помидоры меняются, спор нет.
Я посмотрел на них. Сорок два года вместе. Но дед носит бабушке кофе в постель. И она всякий раз говорит «ой, ну зачем», хотя оба знают зачем.
— Наверное, и то, и другое, Артём. Одно не мешает другому.
— Это как?
— Ну вот ты любишь манную кашу?
— Ненавижу.
— Но ешь?
— Привык.
— Вот. Как-то так.
Артём посмотрел на бабушку с дедушкой, потом на меня.
— Выходит, любовь как манная каша? Невкусно, но привыкаешь?
По моему опыту, так оно и есть. Только вслух это лучше не говорить.
История четвёртая. Про смысл жизни
И вот вчера вечером. Укладываю Мишку спать. Обычный ритуал: сказка, обнимашки, пятнадцать «попить водички» и три «последних вопроса».
На третьем вопросе он меня и уложил. В прямом смысле, я ещё час лежал и думал.
— Пап, а ты счастливый?
— Конечно, сынок.
— А почему тогда всё время такой уставший?
Я хотел сказать что-то про работу, про взрослую жизнь с её обязанностями, про ипотеку.
Но промолчал.
Он задал тот самый вопрос. Тот, который мы сами себе не задаём, потому что боимся ответа. Почему я называю себя счастливым, но выгляжу уставшим? Почему планирую жить на пенсии, а не сейчас?
Мишка уснул, так и не дождавшись ответа. А я сидел рядом и думал.
Что самое страшное в детских вопросах? Не то, что на них трудно ответить. А то, что ответы у нас имеются. Просто они нам не нравятся.
Вместо морали
Сегодня я сижу и записываю всё это. За окном понедельник. Через час мне на работу. Ту самую, где мне «плохо». За игрушки.
Жена на кухне ест торт. Третий день подряд. Говорит, Сонин метод.
А я думаю вот о чём.
Дети это не цветы жизни. Это зеркала. Честные и неудобные. Они показывают не то, какими мы хотим казаться, а то, какие мы есть.
Честно? Иногда меня это раздражает. Но чаще отрезвляет.
Может, иногда стоит в них посмотреть.
P.S. Вчера Мишка спросил, почему взрослые не играют. Я сказал, некогда. Он ответил: «А когда будет когда?» Я пообещал, что в выходные.
Сегодня среда. До выходных три дня.
Но я думаю, может, не ждать?
Если вам понравился этот рассказ, поставьте лайк. 🙏
Подписывайтесь на наш канал 👉тут, мы будем рады всем.😉