– Ну, Ирочка, ну пожалуйста! Это вопрос жизни и смерти, правда! Мне просто не к кому больше обратиться, мама на даче, давление скачет, я не могу ее волновать, а ты же моя любимая невестка, самая понимающая! – Светлана тараторила так быстро, что слова сливались в один сплошной поток, из которого Ирина успевала выхватывать только отдельные фразы про «срочные дела», «буквально до вечера» и «выручай».
Ирина стояла в дверях собственной квартиры, держа в одной руке тряпку для пыли, а другой пытаясь удержать рвущуюся с поводка таксу Боню, которая отчаянно лаяла на непрошеных гостей. Гостями были золовка Светлана и двое ее сыновей: семилетний Артем и четырехлетний Дениска. Мальчишки уже успели истоптать грязными ботинками коврик в прихожей и теперь с интересом ковыряли пальцами обои в коридоре.
– Света, подожди, – Ирина попыталась вклиниться в монолог родственницы. – Какой вечер? Сегодня пятница. Мы с Олегом собирались после работы поехать за город, у нас бронь в санатории на выходные. Мы два месяца этого ждали.
Светлана картинно всплеснула руками, едва не уронив с плеча огромную сумку, набитую, судя по всему, детскими вещами.
– Ой, ну какой санаторий? Вы же молодые, здоровые, успеете еще! А у меня судьба решается! Мне предложили... в общем, собеседование у меня. В другом городе. Очень перспективная работа, график свободный, зарплата – закачаешься. Если я сейчас не поеду, все, поезд уйдет. Я же для детей стараюсь, чтобы их обеспечить! Мужа-то у меня нет, алименты копеечные, сама знаешь.
Она шмыгнула носом и сделала максимально несчастные глаза. Этот трюк «бедной матери-одиночки» Светлана использовала виртуозно.
В этот момент из кухни вышел Олег, муж Ирины. Он жевал бутерброд, но, увидев сестру и племянников, замер.
– Светка? Ты чего тут? Мы же выезжаем через час.
– Олежка! Братик! – Светлана кинулась к нему, чуть не сбив с ног. – Спасай! Мне срочно надо уехать, буквально на сутки. Завтра к обеду вернусь, зуб даю! Артемка с Денисом побудут у вас. Они тихие, смирные, вы их даже не заметите. Включите мультики, дадите печенья – и все, золотые дети.
Олег растерянно посмотрел на жену. Ирина видела этот взгляд – смесь жалости к сестре и страха перед скандалом. Олег был мягким человеком, и Света этим беззастенчиво пользовалась.
– Ир, ну... – начал он неуверенно. – Может, перенесем поездку? Света ведь работу ищет. Дело важное.
– Олег, бронь невозвратная, – тихо, но жестко сказала Ирина. – И я очень устала за неделю.
– Я все компенсирую! – встряла Светлана. – С первой же зарплаты! И деньги за бронь отдам, и поляну накрою. Ну пожалуйста! Куда мне их деть? В детдом сдать на выходные?
Дениска в этот момент громко чихнул и вытер нос рукавом куртки. Артем уже успел просочиться в гостиную и включил телевизор на полную громкость.
– Ладно, – выдохнула Ирина, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение. – До завтрашнего обеда. Максимум до двух часов дня, Света. Если ты не приедешь, мы отвезем их к твоей маме на дачу, и плевать я хотела на ее давление.
– Ты чудо! Ангел! – Светлана чмокнула Ирину в щеку, оставив липкий след от помады, быстро скинула с детей куртки, сунула в руки Олегу пакет с вещами и, не прощаясь с сыновьями, выпорхнула за дверь. – Я на связи! Люблю вас!
Дверь захлопнулась. В квартире повисла тишина, нарушаемая только звуками рекламы из телевизора.
– Ну вот, – сказал Олег, виновато улыбаясь. – Отдохнули.
– Ничего, – Ирина прошла на кухню, стараясь не смотреть на грязные следы в коридоре. – Сутки потерпим. Главное, чтобы они квартиру не разнесли.
Первые часы прошли относительно спокойно. Мальчишки, получив доступ к большому телевизору и вазочке с конфетами, сидели тихо. Ирина распаковала пакет, который оставила Света. Внутри обнаружились две смены белья, одни колготки на двоих, планшет с треснутым экраном и пачка дешевых чипсов. Ни лекарств, ни любимых игрушек, ни нормальной еды.
– Она даже пижамы не положила, – констатировала Ирина, перебирая вещи. – И зубных щеток нет.
– Я сбегаю в магазин, – тут же отозвался Олег. – Куплю щетки, молока, хлопьев. Они же утром что-то есть должны.
Вечер перестал быть томным, когда Дениска, наевшись конфет, отказался от нормального ужина.
– Не хочу суп! – орал он, размазывая картофельное пюре по столу. – Хочу наггетсы! Мама всегда покупает наггетсы!
– У нас нет наггетсов, – терпеливо объясняла Ирина, вытирая стол. – Есть котлетки домашние, вкусные. Попробуй.
– Гадость! – тарелка полетела на пол.
Боня радостно кинулась подбирать котлету, а Ирина, сжав зубы, пошла за тряпкой. Артем, глядя на брата, тоже отодвинул тарелку.
– Я тоже это есть не буду. Дядя Олег, закажи пиццу.
– Артем, пицца вредная, – попытался проявить педагогический талант Олег. – Ешь, что тетя Ира приготовила.
– А мама говорит, что готовить – это для лохов, проще заказать, – выдал семилетний философ.
Ирина и Олег переглянулись. Вечер обещал быть долгим.
Кое-как накормив детей бутербродами и уложив их спать на разложенном диване в гостиной (пришлось искать старые футболки Олега вместо пижам), супруги упали на свою кровать уже за полночь.
– Завтра в два она их заберет, – как мантру повторила Ирина. – И мы поедем хотя бы в кино.
– Конечно, – Олег обнял жену. – Прости, что так вышло. Светка – она такая... бедовая. Но она хорошая, просто неорганизованная.
Утро субботы началось в семь часов с грохота. Это Артем решил проверить, что лежит в шкафах на кухне, и уронил банку с гречкой. Крупа ровным слоем покрыла пол.
– Я нечаянно, – буркнул он, когда заспанная Ирина вошла в кухню.
– Ничего, – Ирина досчитала до десяти. – Бери веник, будешь помогать убирать.
– Я не умею, – заявил племянник. – У нас мама убирает. Или бабушка, когда приезжает. Я же мужчина.
К двум часам дня квартира напоминала поле битвы. Игрушек у детей не было, поэтому в ход пошли диванные подушки (строили крепость), журналы Ирины (вырезали картинки) и кот (его пытались дрессировать, но кот оказался умнее и спрятался на шкафу).
Обед был готов, вещи собраны. Ирина поглядывала на часы.
14:00. Звонка в дверь нет.
14:30. Тишина.
– Позвони ей, – сказала Ирина мужу.
Олег набрал номер сестры. Длинные гудки. Потом механический голос: «Абонент временно недоступен».
– Может, в дороге? – предположил он. – Там связь плохая бывает.
– На каком она собеседовании, Олег? В субботу? – Ирина скрестила руки на груди. – Ты сам-то веришь в это?
Они прождали до вечера. Телефон Светланы был выключен. Дениска начал хныкать, спрашивая, где мама. Артем вел себя агрессивно, требуя планшет, который разрядился, а зарядки Света, конечно же, не положила.
– Она не приедет сегодня, – констатировала Ирина, глядя на темнеющее окно. – Олег, это свинство.
– Ир, ну мало ли что случилось. Вдруг телефон сел? Вдруг автобус сломался? – Олег пытался найти оправдание, но выглядел все более бледным. Он понимал, что жена на грани.
Ночь прошла беспокойно. Дениска описался, пришлось менять простыни и замывать диван. Артем требовал включить свет в коридоре, потому что боялся монстров. Ирина не выспалась от слова совсем.
Воскресенье. Телефон Светланы по-прежнему молчал.
– Я звоню твоей маме, – сказала Ирина за завтраком.
– Не надо! – испугался Олег. – У нее же гипертонический криз был неделю назад. Если она узнает, что Света пропала, ее удар хватит. Давай подождем до вечера. Ну не может же она бросить детей насовсем?
– Олег, у нас завтра работа. У меня отчетный период, мне в восемь надо быть в офисе. Кто с ними сидеть будет?
– Я отгул возьму, – пообещал муж.
Днем случилось то, чего Ирина боялась. Дениска, бегая по квартире, зацепил ногой напольную вазу – подарок родителей Ирины на свадьбу. Звон разбитого стекла показался ей самым громким звуком в мире.
– Это не я! – тут же закричал Артем. – Это Денис!
Ирина молча взяла совок и веник. Ей хотелось плакать, но слез не было. Была только холодная ярость. Она убрала осколки, вымыла пол, потом зашла в спальню, где сидел притихший Олег, и сказала:
– Если она не объявится до завтрашнего утра, я иду в полицию и пишу заявление о том, что мать оставила несовершеннолетних детей в опасности. И вызываю опеку.
– Ира! – Олег вскочил. – Ты что? Это же моя сестра! Какая полиция? Какая опека? Ты хочешь детей в приют сдать?
– Я хочу, чтобы твоя сестра несла ответственность за своих детей! – крикнула Ирина. – Мы не нанимались в няньки! Мы не резиновые! У нас своя жизнь, Олег! Почему мы должны жертвовать своим отдыхом, своим имуществом, своими нервами из-за того, что ей захотелось погулять?
– Почему погулять? Она на работе!
– Ах, на работе? – Ирина схватила свой телефон. – Смотри!
Она открыла социальную сеть. Света была у нее в друзьях, но профиль был закрыт. Однако у Ирины была подруга, которая тоже знала Свету. И вот на странице подруги в ленте новостей, в разделе «рекомендованное», висела фотография.
На фото была Светлана. В купальнике, с коктейлем в руке, на фоне бассейна. И геолокация: загородный спа-отель «Лазурный берег». Фото было выложено три часа назад с подписью: «Наконец-то заслуженный отдых! Девочки, мы это заслужили!».
Олег смотрел на экран телефона, и его лицо медленно наливалось краской.
– Это... это старое фото, наверное, – пробормотал он, но голос дрогнул.
– Дата стоит сегодняшняя, Олег. И купальник этот я видела в магазине неделю назад, новая коллекция, – добила его Ирина. – Она нам врала. В наглую. Она просто свалила отдыхать, спихнув детей на нас.
Олег сел на кровать и закрыл лицо руками.
– Что будем делать?
– Я тебе сказала, что буду делать я. Завтра утром я везу их к нам в офис, сажаю в переговорной, а ты звонишь своей маме. Пусть она забирает внуков. Или пусть сама звонит своей дочери и вытаскивает ее из бассейна. Мне все равно. Мое терпение лопнуло.
Ночь на понедельник была самой тяжелой. Дениска затемпературил. Видимо, сказался стресс, чужая еда и сквозняк (окно они открывали, чтобы проветрить). Градусник показал 38,5. Ирина дала жаропонижающее, всю ночь меняла мокрые полотенца на лбу ребенка, поила водой. Она не сомкнула глаз. Олег тоже не спал, ходил из угла в угол.
В семь утра понедельника телефон Светланы наконец-то ожил.
– Абонент появился в сети, – пискнуло сообщение.
Олег тут же набрал номер.
– Алло? – голос сестры был сонным и недовольным.
– Света! Ты где?! – заорал Олег так, что Артем в соседней комнате проснулся. – Ты что творишь?!
– Ой, ну чего ты орешь с утра пораньше? – лениво протянула Светлана. – Собеседование затянулось, пришлось остаться. Я же говорила, дело серьезное.
– Какое собеседование в спа-отеле?! – рявкнул Олег. – Мы видели фото! Ты там коктейли пьешь, а у нас Денис с температурой под сорок!
На том конце провода повисла пауза.
– Вы что, следите за мной? – голос Светы стал визгливым. – Личной жизни вообще нельзя иметь? Я, может, устраиваю свою судьбу! Мужчину встретила! А вы... Денис заболел? Чем вы его накормили? Я вам здоровых детей оставила! Если с ним что-то случилось, я вас засужу!
– Приезжай. Немедленно. Или я везу их в опеку, – сказал Олег ледяным тоном, которого Ирина от него никогда раньше не слышала.
– Да еду я, еду! Истерички!
Светлана приехала через три часа. Ирина к тому времени уже позвонила на работу и взяла день за свой счет, потому что оставить больного ребенка одного было невозможно, а тащить его куда-то – преступление.
Света ворвалась в квартиру, благоухая дорогим парфюмом и свежестью. Загорелая, отдохнувшая. Она тут же кинулась к Денису, который лежал на диване, укрытый пледом.
– Маленький мой! Что они с тобой сделали? Заморили голодом? Простудили? – она повернулась к Ирине, и в ее глазах читалась неподдельная ненависть. – Я так и знала, что тебе нельзя доверять детей! У тебя своих нет, откуда тебе знать, как обращаться с малышами!
У Ирины потемнело в глазах. Это был удар ниже пояса. Они с Олегом пытались завести ребенка уже три года, проходили обследования, лечились, и Света прекрасно об этом знала.
– Вон, – тихо сказала Ирина.
– Что? – Света опешила.
– Вон из моего дома. Забирай детей и уматывай. И чтобы ноги твоей здесь больше не было. Никогда.
– Да больно надо! – фыркнула золовка, начиная хаотично собирать разбросанные вещи детей. – Собирайтесь, Артем, Денис! Мы уходим от этих злых людей. Мама вам игрушек купит, вкусненького...
– Ты мне должна деньги, – сказал Олег, стоя в дверях и преграждая путь.
– Какие еще деньги? – Света выпрямилась.
– За разбитую вазу – пять тысяч. За продукты – три тысячи. За лекарства для Дениса – тысяча. И за моральный ущерб – бесценно, но я прощаю. Итого девять тысяч. Переводи сейчас.
– Ты с ума сошел? С родной сестры? – Света вытаращила глаза. – У меня нет сейчас!
– У тебя на спа-отель было. Значит, и на долги найдется. Или я звоню маме и рассказываю ей все в подробностях. Про собеседование, про мужчину, про коктейли. И фото скину. Пусть она полюбуется, как ее дочь «работу ищет», пока внуки болеют.
Света злобно прищурилась, достала телефон и яростно потыкала пальцем в экран.
– Подавись! – телефон Олега пискнул, оповещая о переводе. – Больше вы нас не увидите! Помощи от вас не дождешься!
Она схватила Дениса на руки (тот вяло сопротивлялся), подтолкнула Артема к выходу и вылетела из квартиры, громко хлопнув дверью.
Ирина медленно опустилась на диван. В квартире все еще пахло лекарствами и детским потом, на полу валялись фантики, а на стене красовалось жирное пятно от котлеты, которое она так и не успела оттереть.
Олег подошел к ней, сел рядом и взял за руку.
– Прости меня, – сказал он глухо. – Я идиот.
– Ты не идиот, – Ирина положила голову ему на плечо. – Ты просто брат. Но теперь ты знаешь цену ее просьбам.
– Знаю. Больше этого не повторится. Я обещаю.
Они просидели так полчаса в тишине. Потом встали и начали уборку. Молча, слаженно. Вымыли полы, перестирали белье, проветрили комнаты. Вместе с пылью и грязью из дома уходило напряжение этих безумных трех дней.
Вечером позвонила свекровь, Наталья Петровна.
– Ирочка, здравствуй, – голос у нее был слабый. – Светочка звонила. Плакала. Говорит, вы ее выгнали, обидели, с детьми сидеть не хотели, денег требовали... Неужели правда? Как же так можно, родные же люди...
Ирина глубоко вздохнула. Раньше она бы начала оправдываться, объяснять, жалеть пожилую женщину. Но три дня ада что-то в ней изменили.
– Наталья Петровна, – спокойно сказала она. – Света вам не все рассказала. Если хотите узнать правду – спросите у нее, как назывался отель, где она проходила собеседование в купальнике. А лучше приезжайте к нам в гости, когда давление позволит. Мы вам покажем видео, где Артем рассказывает, что «мама готовить не любит, это для лохов». Думаю, нам есть что обсудить.
В трубке повисло молчание. Потом свекровь вздохнула:
– Ох, Ира... Поняла я. Ладно. Вы уж не сердитесь на дуру. Избаловала я ее.
– Мы не сердимся, Наталья Петровна. Мы просто сделали выводы.
Ирина положила трубку.
– Знаешь, – сказала она мужу, который с тревогой смотрел на нее. – А давай закажем пиццу? Вредную, большую. И нальем вина. Мы заслужили.
– А санаторий? – спросил Олег.
– А в санаторий мы поедем в следующие выходные. И телефоны отключим. Оба.
Они так и сделали. И когда через неделю на экране телефона Олега высветилось «Света», он просто нажал кнопку беззвучного режима и перевернул смартфон экраном вниз. Урок был усвоен, границы очерчены, а родственные связи, как оказалось, становятся только крепче, если держать их на безопасном расстоянии.
Спасибо, что дочитали эту историю до конца! Если она нашла отклик в вашей душе, буду благодарна за лайк и подписку на канал.